Кейден оперся бедром о подоконник.
— О, уверен, отец получил сообщение, но предполагаю, что у него своя стратегия.
— Что еще за стратегия?
— Как поступить с нами, — ответил Кейден, с досадой проводя ладонью по лицу.
Джейс, сидевший за столом, откинулся на спинку кресла и кивнул.
— Думаю, ты прав, Кейден.
Далтон скрестил руки на груди.
— И почему ты думаешь, что он прав?
Встав, Джейс обошел стол и сел на край.
— Сам подумай. Это ведь наш отец, Шеппард Грейнджер. Человек, который, не поставив нас в известность, дал распоряжение своему адвокату нанять телохранителей для нашей защиты. Телохранителей, которые даже сейчас отказываются отступать, пока он не скажет свое слово. Мы имеем дело с человеком, который с радостью провел бы остаток дней за решеткой, если бы считал, что это обеспечит нам безопасность. Полагаю, Карсон связалась с ним. Рассказала ему о вчерашней встрече, и теперь он пытается решить, как с нами поступить.
Кейден покинул свое место у окна и встал рядом с Джейсом.
— И ты слышал Карсон прошлой ночью так же, как и мы, Далтон. Она была непреклонна в нежелании отца, чтобы мы возобновляли его дело.
Да, подумал Далтон, он слышал Карсон; однако несколько отвлекся. Присутствие Джулс мешало ему сосредоточиться на протяжении большей части встречи. В конце концов, хотел он отдать ей должное или нет, но именно она заметила, что Бобби следил за ним. Не раз она притягивала его внимание против его воли. Прошлой ночью, когда она сняла пальто, он отвлекся на ее черную юбку и красную блузку. В кои-то веки он пожалел, что красный — его любимый цвет. Далтон замечал его всякий раз, когда Джулс меняла позу, сидя на диване. Черт, она скрестила эти великолепные ноги, и все, о чем он мог думать, это о том, каково оказаться между ними. И хотя он не находился рядом с ней, это не мешало ему вдыхать ее аромат. И чем больше тот проникал в его ноздри, тем больше он думал о сексе. О таком, когда трахаешься всю ночь напролет.
Далтон подпрыгнул, когда Кейден щелкнул пальцем у него перед носом, и нахмурился.
— Зачем ты это сделал?
— Затем, что мы с тобой разговариваем, задаем вопрос, а твои мысли за миллион миль отсюда.
— Проехали, — сказал Далтон, не желая признавать, что так и было. — О чем вы меня спрашивали?
— Что Джулс делала в твоем доме после полуночи?
Далтону было интересно, когда же они спросят об этом.
— Очевидно, я не единственный, кто был невнимателен во время разговора. Мне казалось, Джулс сама все объяснила. Она припарковалась перед моим домом и ждала, когда я вернусь домой.
Кейден закатил глаза.
— Это мы знаем, Далтон. Мы хотим знать, почему.
Далтон скользнул в кресло перед столом Джейса. Прошлой ночью он почти не спал и недосып сейчас, определенно, на нем сказывался.
— Она услышала, что я не приду на званый ужин к Шане, и подумала, что мы должны это обсудить. Конечно, это бы оказалось пустой тратой времени.
— И, безусловно, ты сказал ей об этом... после того, как поцеловал. О чем Бобби всем рассказал, — сказал Джейс, изучая брата.
Губы Далтона изогнулись в хмурой гримасе.
— Парень чертовски много болтает. Этого поцелуя не должно было случиться. Она велела мне притвориться, что я ее целую.
— Чего ты, конечно же, не сделал.
Медленная улыбка тронула губы Далтона.
— Нет, не сделал.
Он не мог не вспомнить, какие чувства вызвал у него поцелуй с Джулс. После того, как прошлой ночью все, наконец, разошлись, он вернулся в постель, полный решимости продолжить свой сон с того места, на котором тот прервался. Но не смог этого сделать, потому что разум был заполнен воспоминаниями об их поцелуе... о том, какой она была на вкус и как ощущалась в его объятиях.
Поняв, что братья наблюдают за ним, Далтон решил отвлечь их от темы о нем и Джулс.
— Теперь я хочу спросить тебя, Джейс.
— О чем?
— Как, черт возьми, ты узнал, что Карсон неравнодушна к отцу?
Джейс тихо усмехнулся.
— Она не просто к нему неравнодушна, Далтон. Она в него влюблена. Большая разница. Однажды ты это поймешь, когда познаешь любовь, и тогда сможешь легко распознать ее в ком-то другом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Согласен, — вмешался Кейден. — Я видел это в ее глазах всякий раз, когда она произносила имя отца. Не знаю, какие у него чувства к ней, но могу сказать, что она испытывает к нему очень глубокие чувства.
— Поверить не могу, что ты вынудил ее признаться, — сказал Далтон, ухмыляясь. — Ты меня чертовски удивил.
Сидя на столе, Джейс сделал глоток воды.
— Я сам себя удивил. Поступив так, я переступил черту, за что извинился перед ней перед тем, как она ушла. — Джейс потер шею сзади. — Мое единственное оправдание в том, что прошлой ночью было раскрыто так много шокирующих фактов — Карсон оказалась женщиной, за нами уже больше месяца следили телохранители, и один даже отправился за мной в медовый месяц, а еще эта тесная связь нашего очень профессионального и делового отца со Стоунуоллом, Квазаром и Страйкером. Наверное, у меня случился один из тех моментов, когда я почувствовал необходимость для разнообразия самому открыть хоть какую-то тайну.
Далтон мгновение ничего не говорил, размышляя над тем, что прошедшая ночь, определенно, преподносила один большой сюрприз за другим. Карсон Бойетт, безусловно, была красоткой, и он понимал, почему отец в нее влюбился. Далтон поднялся с кресла.
— Так что же нам делать с отцом? Я считаю, мы должны сесть в машину и прямо сейчас поехать в Делверс.
— О, так теперь ты хочешь навестить папу, когда не виделся с ним больше месяца?
— Отвали, Кейден. Я планировал навестить отца на этой неделе, но теперь сделаю это раньше. Тем более что Стоунволл, Квазар и Страйкер не успокоятся, пока отец их не отзовет. Сегодня утром меня вели до самой работы.
— Нас тоже, — подтвердил Джейс, — так что перестань ныть. Мы должны позволить папе самому с этим разобраться. Но, несмотря на это, мы вновь откроем дело, и я думаю, он это знает. Он беспокоится, и у него есть на это полное право. Давайте подождем до конца дня, и если к тому времени от него не будет вестей, завтра отправимся в Делверс.
И Далтон, и Кейден кивнули в знак согласия.
***
— Что же, Джулс, должен сказать, что вы с Шаной, похоже, провели очень интересную ночь, — заявил Бен Брэдфорд, откидываясь на спинку стула за кухонным столом.
Джулс только что закончила рассказывать ему все, включая тот факт, что за последний месяц Шеппард Грейнджер распорядился нанять телохранителей для защиты своих сыновей. Бывший полицейский в Бене подумал, что эти трое парней были довольно хороши, если до сих пор оставались незамеченными. И он не удивился, что именно Джулс догадалась о слежке за Далтоном. Он знал, что она хороша в своем деле.
— Ты бы видел лицо Шаны, когда Квазар признался, что поехал за ними в Южную Африку в их медовый месяц, — сказала Джулс, ухмыляясь.
Бен ничего не ответил, сделав еще один глоток чая со льдом. Он знал, что Джулс пытается внести немного юмора в ситуацию, но она также хорошо, как и он, понимала, если Шеппард Грейнджер считает, что его сыновьям нужна защита профессиональных телохранителей, то дела обстоят довольно серьезно. Не помогало и то, что, будучи замужем за Джейсом, Шана также вполне могла оказаться на линии огня.
— Интересно, кто не хочет, чтобы дело Шеппарда Грейнджера возобновили.
Бен встретился взглядом с Джулс. Он видел, ее одолевает больше, чем простой интерес. Разум Джулс уже проанализировал каждую крупицу информации, услышанную ей прошлой ночью, и в добавок ко всему она намеревалась провести собственное расследование. На этот раз ею двигало нечто большее, чем банальное любопытство — ее сестра могла быть в опасности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Понятия не имею, — ответил Бен, отставляя стакан с чаем в сторону. Когда опасность могла угрожать одной дочери, — это уже достаточно плохо. Ему не нужны было, чтобы под раздачу попала еще и вторая.
