Следующее письмо было от Корна. Оно было запечатано сургучом в трех местах.
«Мой Господин! Мы несказанно рады, что Вы, наконец, достигли цели Вашего путешествия. Мастер Никос обещал позаботиться о Вас, так что я могу быть спокоен. Это достойный человек, который доказывает свою дружбу не словами, а делами.
Арбалетчики Армель и Авнер, которых Вы приняли на службу, благополучно добрались до Лие. Мы тут же привели их к присяге. Это очень достойные люди, они уже не раз сослужили нам верой и правдой. Надеюсь, что в скором времени нам станет что-нибудь известно и о судьбе мастера Анселя, их старшего брата.
Одно время капитан стражи Санто Ван зачастил к нам в гости, но мы с Артом его навсегда отвадили от нашего дома.
Пети, Арт, Амел, Локман, Эс и Ментор передают вам привет. У них все хорошо. Ментор даже собирается жениться, мы приготовили для молодоженов отдельную комнату. Глядишь, вскоре в нашем доме будут слышны детские крики! По крайней мере, ваша матушка на это очень надеется.
В Лие очень неспокойно. Редкая ночь проходит без уличных стычек и поджогов. Дома наших соседей по улице лорда Фаста и лорда Эна стоят пустые. Их ограбили на прошлой неделе, а хозяев убили.
На нас нападать не решаются, так как Армель и Авнер каждую ночь дежурят в башне со своими арбалетами. Однако Вы не волнуйтесь напрасно, если на нас нападут, мы не ударим лицом в грязь!
Про старого Мелвина я Вам не пишу, он побежал сам письмо строчить!
Пусть боги хранят Вас, а мы будем охранять Ваш дом!
Преданный Вам всем сердцем Корн.
P.S. Моя рука работает отлично! Уже как родная!»
Я вновь заулыбался. Верный Корн был в своем репертуаре! Меня, конечно, встревожили вести о беспорядках в Лие, однако я вполне мог положиться на оруженосца и на маленькую армию, которой он командовал.
Третье письмо было от дворецкого Мелвина. Оно было перевязано красивой ленточкой завязанной элегантным узлом.
«Дорогой мастер Маркус! Дайте боги вам здоровья, а мне дожить до вашего возвращения! Знали бы вы, как мы все за вами скучаем!
Каждый раз, когда я делаю уборку в вашей комнате, я смотрю на ваш мундир в шкафу, на ваши книги на столе и представляю, как вы вот-вот войдете и попросите чаю…
Без вас дом опустел, хоть вы и наполнили его солдафонами. Леди Эра тоже все время плачет, она больше не сидит на балконе, а все свободное время проводит в кабинете вашего батюшки.
Корн настоящий молодец. Сразу видно, чей это оруженосец. Вы можете быть спокойны. За ним мы как за каменной стеной!
Еще хочу вас поблагодарить за то, что разрешили семье моего сына переехать к нам. Его жена и детки кланяются вам!
Возвращайтесь поскорее, мы все за вами очень скучаем!
Ваш верный слуга, Мелвин».
Я вздохнул. Похоже, что не суждено мне вернуться в родной Лие в обозримом будущем. Одно было хорошо, не смотря на смуту в городе, Корн все держал под контролем. Все были живы и здоровы. Верный оруженосец даже от моего имени взял к нам в дом семью Мерри, оруженосца моего брата. Какой же он все-таки молодец! Никогда и не о чем не забывает!
Я распустил шнурок и высыпал содержимое кошелька себе на ладонь. Блеснуло золото и несколько драгоценных камней. Как это было похоже на мою маму! Вот только что мне делать со всем этим богатством на краю земли? Этого я не знал.
К ужину мы как раз поспели! Столы стояли во дворе, в тени вековых платанов, которые, вероятно, помнили еще первых обитателей крепости.
Толстенные необхватные стволы величественными колоннами поднимались ввысь. Под ногами шуршала палая листва, и хрустели сухие оболочки осыпавшихся плодов.
Воздух был напоен запахом цветов и ароматами, несущимися от чанов с едой.
— Как же есть хочется! — вздохнул Килит, в руках которого красовалось маленькое блюдо, вместо тарелки.
Мы прошли между рядами столов, за которыми сидели колдуны и направились прямиком к чанам, источающим чудесные ароматы.
Килит навалил себе гору каши с мясом и залил это морем острого соуса. Сверху он все украсил зелеными листьями салата и посыпал орехами.
— Хочешь стать таким как мастер Хайл? — спросил я его, усмехаясь.
— До мастера Хайла мне далеко, — вздохнул Килит. — Мне бы хоть немного мяса на кости нарастить!
С тарелками наперевес мы демонстративно прошли мимо стола, за которым сидел наш жирный наставник. Тот только удивленно вскинул брови, но больше не проявил к нам никакого интереса.
Колдунов было не больше сотни. Большинство было одето в одинаковые балахоны, похожие на те, которые носили служители Орвада.
Некоторые, как мастер Никос, были одеты в скаутские куртки и широкие брюки, подвязанные под коленями. Эти, безусловно, были командирами разведчиков.
За столом, где сидел Никос, все были одеты в коричневые куртки. За столом мастера Хайла, все носили балахоны. Похоже, что и тут было разделение на классы и касты!
Мы сели на свободное место рядом с молодыми улыбающимися колдунами. От них сильно пахло потом и краской. Их балахоны были покрыты белыми пятнами, а с бритых затылков шелушилась кожа.
Один из них подмигнул мне и локтем пододвинул тарелку с нарезанным хлебом. Я благодарно кивнул.
— До того как началась засуха, на обед у нас дома подавали индюшку с гречневой кашей и яблоками, — вздохнул Килит. — А на ужин мясной пирог с ягодами и цыплят! Но должен честно признать, что соус, который здесь делают, весьма не дурен! Он отлично подошел бы к оленине или свинине.
Деревянная ложка в руке моего друга напоминала весло, которым орудовали гребцы на пентере. Она в одно мгновение снесла вершину горы, возвышавшейся в его тарелке, и спустя мгновение уже проложила в ней глубокое ущелье, в которое как по руслу реки устремился ярко-красный соус.
— Я был самым маленьким в нашей семье, — продолжил Килит. — Так что меня постоянно баловали разными сладостями. Засахаренными фруктами, сладкими желе и орехами, конфетами, халвой и даже шербетом!
Наши соседи по столу заворожено наблюдали, как гора каши исчезает на глазах, под ударами огромной ложки.
— У нас шербета не бывает, — вздохнул молодой колдун, от которого пахло краской. — Зато мастер Геренхир делает отличные медовые пряники!
— Я пряники тоже люблю! — оживился Килит, отрываясь от тарелки, с которой он уже собирал остатки соуса ломтем хлеба.
Колдуны засмеялись. Я тоже улыбнулся. Как, должно быть, трудно было Килиту переносить голод! Тем не менее, за все время, что мы провели в подземелье, я от него ни разу не слышал жалоб!
— Я Гвар, — молодой колдун протянул мне руку выпачканную краской. — А это мой друг Киели.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
