Была быстро собрана экспертная комиссия, быстро преобразованная в Стратегический научный резерв, под руководством Честер Филипс, цель которой была только одна — создать армию суперсолдат, чтобы дать отпор фашисткам.
В организацию вошли немало умных женщин, половину которых, правда, сразу нагрузили совсем другими задачами, касающимися ядерной физики и физики материалов, так что полноценно над проектом «Возрождения» работали только я и Эрскин. Вначале все было хорошо — мы получили от правительства большой запас вибраниума, требуемый для создания установки вита-лучей и самой сыворотки.
Но на втором этапе работы мы столкнулись с проблемой. Для активации установки и синтеза сыворотки требовалось огромное количество энергии, в несколько мегаватт, и несколько уникальных материалов, цена которых превышала сумму с шестью нулями. Здесь Честер и сенатор Брандт, бывшая покровителем проекта, сразу сказали выкручивайтесь сами, ведь за всю электроэнергию в Нью-Йорке и добычу требуемых ископаемых отвечала одна компания, владелец которой сидел передо мной.
«Убедить поучаствовать его не получилось, так что придется продать часть акций компании» — Устало подумала я, прекрасно понимая что, не разбив яиц омлет не приготовить. — «В конце концов, мне все вернется сторицей, а этот мужик пожалеет, что не решился поучаствовать напрямую»
— Сколько ты хочешь за все? — Спросила я, внутренне уже готовясь к долгому торгу. Хекматьяры не просто так считаются богатейшими людьми в Америке, если не во всем мире, еще со времен их основательницы. Зарабатывать деньги они умеют и своей выгоды никогда не упустят. Никогда не упускали.
— Доведение моей доли до 10 % акций в твоей компании и право вето в совете директоров. Взамен я становлюсь спонсором проекта и покрываю все издержки. — От сказанного у меня глаза на лоб полезли.
— Виктор, побойся Богиню! — Возмутилась я, смотря на отражение этого гада в стекле. — Это слишком много!
— Как я слышал дела у твоей компании идут не слишком хорошо. — Перебил он меня, начав пренебрежительно рассматривать кольца на руках, которых у него было много, но каждый из которых стоил как-бы не дороже всего этого офиса. — Проект импульсного двигателя почти завершён, но он слишком энергозатратен. Ни нефть, ни природный газ не смогут стать для него главным энергоисточником. По сути десять лет исследований и вкладов в утиль. Как только об этом станет известно, Хелена, твои акции рухнут. Не поможет ни поддержка правительства, ни армии.
— … — Сколько сил мне стоило сохранить лицо не узнает никто. Откуда он узнал о тайных исследованиях моей компании, которые планировали показывать лишь в следующем году, и тем более сложностях с ними связанными я не знаю. Но обязательно докопаюсь до правды, кто слил налево такую информацию и подставил меня перед Хекматьяром.
— Твой ответ, Хелена? — Будто бы он не знает.
Голова почти сразу загудела. Расчёты, вероятности и десятки всевозможных вычислений, сделанных чтобы понять, чем это может обернуться. Затребованные акции не были главной проблемой — Хекматьяру и так принадлежал пакет в 7 % и оставшиеся три должны были по минимуму окупить его участие в проекте. Но право вето, дающее ему возможность зарубить на корню любую инициативу, выдвинутой мной или кем-то из совета директоров. Эта власть и власть немалая.
Но зная сидящего передо мной мужчину, он никогда не будет делать себе в убыток. Надежда слабая, но дивиденды в случае победы стоят того.
Вымогатель.
— Хорошо, Виктор. Завтра я пришлю к тебе своего юриста. — Сказала я, вставая и направляясь на выход из кабинета, ступая по мягкому персидскому ковру. — Но запомни, просто так я это не оставлю.
— Я запомню, Хелена. Очень хорошо запомню. — Ответил мне Хекматьяр повернувшись и сверкнув своими глазами, на мгновение показавшимися алыми. Наверно от усталости — все же вторые сутки на ногах.
Быстрым шагом я прошла кабинет секретарши, спустилась по лифту и села в автомобиль, напоследок бросив взгляд на трёхцветный символ компании, сияющий на вершине небоскреба.
Знак непобедимого бизнес гиганта Абстерго Индастриз ярко сиял над ночным Нью-Йорком, прекрасно демонстрируя главного зверя в местных джунглях.
Ненадолго.
Надеюсь ненадолго.
* * *
Р. О. V. Виктор Хекматьяр
Стоило закрыться двери за быстро ушедшей Старк, как я полностью расслабился, перестав себя контролировать.
— Значит началось… — Сказал я, пока заклинание Смена обличья медленно спадало с меня открывая мою настоящую суть. Не могучего и седовласого мужика, с плечами в сажень, а тонкого и изящного эльфа, с длинными платиновыми волосами и кроваво-красными глазами. Смени кожу на белую, спрячь уши и глаза, оденься в костюм и выйди на улицу, то все окружающие будут тебя воспринимать как очень худую женщину.
Уже прошло полтора века с тех пор как были основаны США и моя первая личина, Амелия Хекматьяр, ныне одна из матерей-основательниц, начала строить и расширять свой бизнес.
Заводы, фермы, лесопилки, корабли, железные дороги… Везде куда можно было «Хекматьяр и товарищи» тянули свои руки стремясь заработать как можно больше денег.
Именно мои люди начали самую известную в мире Золотую лихорадку, нажившись на глупых копателях, пропивавших все добытое золото в моих пабах.
Именно я стал одним из первых железнодорожных магнатов, профинансировав в 1815 году Джинни Стивенс и построив первую в мире пассажирскую железную дорогу между Бостоном и Нью-Йорком. В то время проект железного коня считали полной ересью и на старую «Амелию» смотрели как на умалишенную старуху. Но через считанные годы, когда сталь начала тянутся в сторону Востока и Юга все резко начали суетиться, когда сливки уже давно были сняты.
Именно я стал одним из пионеров освоения Луизианы и Техаса, заранее выкупив те земли, которые наиболее богаты черным золотом. Смешно сказать, но сейчас именно мне принадлежала почти половина частного черного золота Соединенных Штатов и за любыми моими спекуляциями в этой отрасли следят как за зеницей ока. И это не учитывая мои активы за границей.
Именно я стал одним из самых богатых плантаторов Юга, изначально отказавшись от рабского труда и создавая на местах фабрики по переработке и производству хлопка и сопутствующих тканей и соединений.
Я первым начал организацию лесорубов, создав компанию, которая занималась вырубкой лесов целенаправленно и с большей эффективность.
В общем, перечислять все что было сделано за эти годы можно долго, но если в вкратце то к концу «жизни» Амелии в 1823 году компания «Хекматьяр и товарищи» была главным сырьевым гигантом во всех Соединенных Штатах, если не в обоих Америках.
Мое новое альтер-эго, Петра Хекматьяр продолжила экспансию на запад, но больше налегала на промышленность и заводы, став одной из лидеров северян во время Гражданской войны. Именно ей современные историки приписывают ряд очень интересных поправок в конституцию, давшие права мужчинам и индейцам, последних из которых в те года угнетали ничуть не меньше чем темнокожих.
К сожалению, Петре пришлось уйти на покой в 1877 году. Ведь очень тяжело объяснить, как человек выжил после того, как под его поездом взорвали несколько килограмм взрывчатки. Сам я выжил благодаря сопротивлению к огню, большому количеству жизненных сил и одному из моих сильнейших артефактов — Кольцу зимы. Он позволил мгновенно опустить температуру вокруг себя до нуля и погасить пламя, не давая ему причинить еще больше вреда.
У этого происшествия было два итога. Во-первых была создана нормальная и качественная служба безопасности, которой наверняка позавидовали бы и люди в правительстве не только США, но и главенствующей в мире Британской империи. Заманить себе в работники нескольких ветеранок-инвалидов со всех концов света, хорошо знающих свое дело, полностью тех излечив и обеспечив нормальным финансированием было простым и эффективным ходом, давших мне команду готовых на всего головорезок, обеспечивая мне охрану не совесть, а на жизнь.
