был сожжен известный еретик Джордано Бруно.
1970–1980
Семидесятые! Годы расцвета застоя! Время, когда Леонид Ильич хватал с неба звезды и вешал их себе на мундир. Десятилетие, когда мы продавали за границу все, что нельзя, и покупали там все, что можно. Период, когда у них был бум, а у нас — БАМ.
В этот бурный исторический момент вряд ли кто обратил внимание, что бывшие соавторы Курляндский и Хайт разошлись и начали писать самостоятельно, собираясь вместе лишь для продолжения сериала “Ну, погоди!” Не ищите в нашем разводе каких-то сенсационных причин. Просто наступает время, когда каждый писатель хочет сказать что-то свое. Не обязательно хорошее, но свое.
Очень точно об этом сказали тоже разошедшиеся соавторы Арканов и Горин: когда литератор пишет “Выхожу один я на дорогу”, — это поэзия. А когда “Мы вдвоем выходим на дорогу”, — это уже разбой.
В этот раздел вошли рассказы, написанные мной для “Клуба 12 стульев”, монологи, сценки и пародии из программ Г. Хазанова “Мелочи жизни", “Очевидное — невероятное’’ и программы Е.Петросяна “Доброе слово и кошке приятно”.
ДУЭЛЬ
Экономист Глухов в присутствии трех свидетелей назвал плановика Мухина дураком. Это рядовое событие вызвало совершенно необычные последствия. Плановик Мухин в присутствии тех же свидетелей вызвал Глухова на дуэль и гордой походкой удалился к себе в отдел.
Весть о дуэли в несколько минут облетела все учреждение. В коридорах, курилках, на лестничных площадках все разговоры были только о дуэли.
— Это же надо: взял и вызвал! Я его просто уважать начала.
— Оставьте! Какая может быть дуэль в наше время? Поговорят и разойдутся.
— Не скажите. Он упорный. Пока своего не добьется…
— Добьется он. Строгача с занесением.
Разговоры не стихали до обеда. А в обед к Мухину поднялся сам председатель месткома Петренко.
— Послушай, Мухин, — сказал он. — Тут разные глупости болтают. Будто ты Глухова на дуэль вызвал.
— Это не глупости, — спокойно ответил плановик. — Это правда.
— Ладно тебе, — усмехнулся Петренко. — Взрослый человек, с инженерным дипломом…
— Именно с дипломом. И оскорблять себя никому не позволю.
— Хорошо-хорошо. Если ты настаиваешь, давай мы его на местком вызовем, проработаем.
— Местком здесь ни при чем. Он же не его дураком назвал, а меня. Тут задето мое достоинство.
— Слушай, какое может быть достоинство в нашем учреждении? И какая дуэль? На арифмометрах, что ли?
— Условия дуэли я изложу письменно, — сказал плановик и гордо отвернулся к окну, показывая, что разговор закончен.
К концу рабочего дня условия дуэли были выработаны и подписаны обоими участниками. Выглядели они так: в девять часов вечера в квартире Мухина противники занимают места. Каждые пять минут секунданты наливают, а дуэлянты выпивают по стакану чистой воды. Первый, кто откажется продолжать дуэль, считается проигравшим и должен подать заявление об уходе. Условия окончательные, и примирение невозможно.
В девять часов вечера в доме Мухина противники заняли места на кухне. Один из секундантов взял стакан и открыл кран. В трубе что-то засвистело, забулькало, и вместо воды кран испустил тяжелый, продолжительный вздох.
— Нет воды, — констатировали секунданты.
— Позвольте, позвольте, — забеспокоился хозяин, — это недоразумение. Я сейчас все выясню.
Он снял трубку и набрал номер котельной.
— Дежурный слесарь у телефона, — сказали с того конца трубки.
— Здравствуйте… Это из двадцать шестой квартиры говорят. У меня воды нет.
— Ну и что? Во всем доме воды нет.
— Почему? — наивно спросил Мухин.
— А я откуда знаю? Звоните в диспетчерскую.
— Но вы же слесарь!
— Именно, что слесарь, а не справочное бюро! Отчего да почему…
— Вы мне не грубите, — строго сказал плановик. — Я требую, чтобы вы устранили повреждение.
— Слушай, — не выдержал слесарь, — ты что, дурак? Что ты ко мне привязался?
— Как вы меня назвали? — взвился Мухин. — Я вас вызываю!
— Ну и вызывай. А я все равно не приду.
В трубке раздались короткие гудки. Мухин глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и набрал телефон диспетчерской.
— Говорят из дома номер четыре. Воды нет.
— Знаем.
— Знаете?.. А что же вы людей не предупреждаете?
— Гражданин, что вы нервничаете? К утру исправят.
— А если я не могу ждать до утра? Может, мне надо срочно ванну принять?
— Ванну? — удивилась дежурная. — Во вторник? Знаете что, гражданин, мне некогда глупости слушать. Я на работе.
Мухин тихо опустил трубку на рычаг.
— Ну что, — мрачно спросил Глухов, — отменяется?
— Нет-нет, — встрепенулся плановик. — Подождите, я сейчас.
Он схватил два эмалированных ведра, спустился вниз и позвонил в первую попавшуюся дверь соседнего дома. Послышалось шарканье домашних тапочек, дверь приоткрылась, и оттуда выглянул заспанный мужчина в тренировочном костюме.
— Извините, пожалуйста, — сердечно сказал Мухин. — Вы мне водички не дадите?
— Да что ж это такое! — возмутился мужчина. — Ходят и ходят! Покоя человеку не дают.
— Вы простите, но мне очень нужно. Всего два ведра.
— Ну да, тебе — ведро, другому — бочку.
— Слушайте, вы человек или нет?
— Я-то человек. А вот у тебя, я вижу, с головой не все в порядке.
— Что? — оскорбился Мухин. — Да я…
Дверь захлопнулась перед его носом.
— Откройте! — забарабанил Мухин. — Я вас вызываю!
— А я милицию вызываю, — сказали из-за двери. — Чтоб тебя, хулигана, в чувство привели.
Позвякивая ведрами, Мухин вышел на улицу.
— Что ж это такое? — думал он. — Не могу же я всех подряд на дуэль вызывать.
За углом что-то затарахтело, и на середину улицы выехала поливальная машина.
— Стойте! — закричал Мухин и кинулся наперерез. — Остановитесь!
Машина затормозила.
— Ты что, рехнулся?! — набросился на него шофер..
Но Мухин уже не обращал внимания на слова.
— Прошу вас, налейте мне два ведра.
— Ты что, думаешь, у меня здесь водопровод?
— Неужели вам жалко обыкновенной воды? Может, мне плохо!
— Плохо ему, — процедил шофер. — Ходит тут в галстучке, дурью мается. А я до ночи вкалываю. А ну, отойди!
Машина взревела мотором и двинулась по асфальту, разбрызгивая драгоценную воду.
Плановик медленно поднялся наверх и открыл дверь квартиры.
— Глухов, — тихо сказал он, — я все понял. Ты уж извини меня, дурака…
В водопроводном кране что-то засвистело и оттуда с шумом ударила тугая струя воды. Но это уже никого не интересовало.
ОДНОФАМИЛЕЦ
Вот скажите, какая фамилия, по-вашему, лучше: Пантелеев или
