— Жив и здоров, как видишь! Спасибо, конечно. Какими судьбами ты здесь? — Драко широко улыбался. Он понимал, что друг не может поговорить с ним напрямую из-за связывающей клятвы невыразимца, но просто не мог упустить случай поиздеваться.
Тео прищелкнул языком и сердито прожег его взглядом, садясь в кресло для посетителей.
— Сейчас животик надорву от смеха.
— Наверное, ты хочешь, чтобы я что-то тебе рассказал. Ума не приложу, о чем идёт речь, — Драко откинулся в кресле и закинул правую ногу на колено.
Нотт закатил глаза, ожидая пока друг наиграется.
— У нас есть все время этого мира, Малфой, чтобы потешить твою мелочную душонку. Умоляю, не останавливайся.
Ухмылка слетела с лица Драко, и оно приняло серьезное выражение.
— Я переспал с Гермионой Грейнджер в свой день рождения и не помню этого. Впрочем, как и она. Я знаю, что тебе это известно, — отрапортовал он в лучших аврорских традициях, — теперь можешь задавать миллион своих вопросов, я все равно не знаю на них ответ, — Драко взмахнул рукой в сторону Нотта, побуждая начинать допрос.
— Что ты помнишь из того дня? — и только теперь Малфой понял, что друга привёл к нему больше профессиональный интерес, чем желание поддержать его. С другой стороны, он ведь не в курсе, какой подарочек им достался в ту ночь. И сейчас Тео едва сдерживался, чтобы только не достать рабочие записи.
На самом деле, Драко тоже был бы не прочь узнать, что могло произойти с ними такого, что заставило их ни с того ни с сего броситься в объятия друг друга.
— Вряд ли я тебя удивлю или обрадую. Провёл утро в Мэноре примерно до обеда, точнее не скажу. Проснулся там же в воскресенье. Потом меня чуть не сожгла Дафна. Остальное ты знаешь. Ни намёка на происходящее, — он развел руки в стороны, давая понять, что на этом его содержательный рассказ окончен.
— Не возражаешь, если я посмотрю? — глаза Тео горели азартом безумного учёного на пороге величайшего открытия.
Драко ждал чего-то подобного с тех пор, как увидел Нотта в кабинете, поэтому ответил, не раздумывая:
— Я тоже хочу увидеть.
Тео кивнул, вскакивая на ноги.
— Тогда не будем терять времени. Давай пройдём в мой кабинет.
Драко удобно устроился в том же кресле, что и Гермиона несколькими часами ранее, и с интересом рассматривал овальное зеркало, крутя его в руках. Невыразимцы явно не зря протирали здесь штаны, закрывшись за семью печатями.
— Сначала мне нужно будет найти это воспоминание самому, чтобы показать тебе. Поэтому сосредоточься на дне твоего рождения и попытайся проиграть его в голове, — быстро сказал Тео, направляя на друга палочку. В этот раз ему должно быть проще.
Он быстро нашел нужный момент, но у Драко он выглядел иначе. Воспоминание почти чёткое, но словно окутано белой дымкой, совсем отсутствуют звуки. И Тео понял, что уже видел что-то подобное, когда изучал природу сна. Значит, если Грейнджер спрятала это за стеклом, Драко убедил свой разум, что это просто сон, который он не помнит. Что ещё раз доказывает его теорию об отсутствии постороннего вмешательства. Они несомненно сделали это сами.
Сосредоточившись, Тео произнёс заклинание, и в зеркале появилось изображение. Он не знал куда деться от происходящего, находясь непосредственно в голове у друга, и только надеялся, что Драко тоже не станет досматривать сцену до конца.
Малфой покинул кабинет Нотта в смятении. Было дико странно смотреть на самого себя в объятиях Грейнджер. Он остановил просмотр, когда руки его двойника уверенно стягивали с плеч ее блузку, вовремя вспомнив о присутствии Тео в такой интимный момент, Драко вытолкнул его из разума, обрывая связь. Того, что он уже успел увидеть с головой хватит, чтобы проснуться утром с болезненным стояком.
*
Драко проснулся от того, что все его тело горело, и зажмурился от яркого утреннего света, льющегося в окно. Ему было невыносимо жарко и… приятно. Он потёр глаза, пытаясь сконцентрироваться и понять, что происходит, но трудно ошибиться в ощущениях, когда тебе делают минет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он посмотрел вниз и рывком сел на кровати, увидев мягкие каштановые локоны, полностью спрятавшие лицо девушки, облизывающей его до боли напряженный член.
— Грейнджер! — воскликнул он, пытаясь отползти к стенке кровати, но она крепко удерживала его за основание.
— Малфой. Уже давно Малфой.
Гермиона подняла голову и смотрела на него с лукавой улыбкой на покрасневших губах.
— Что т-ты делаешь? — Драко смотрел, как она снова опускается к нему и обводит его языком, испытывая то ли ужас, то ли восхищение.
Она была одета в белую шелковую сорочку, почти полностью оголяющую бёдра. Тёмные соски выделялись сквозь тонкую ткань, слегка натягивая её. Он пожирал её глазами, заставляя себя не смотреть, как его член снова и снова проникает в её горячий рот, но при этом не в состоянии отвести взгляд от этого зрелища.
Гермиона поднялась и приблизилась к нему. Перекинув одну ногу через его бёдра, она удобно устроилась прижавшись горячей промежностью прямо к его паху, и обняла его за шею.
— Разве я не могу разбудить своего мужа минетом в надежде на продолжение?
Она потянулась к его губам, прикрыв глаза. Драко прижал её к себе обеими руками, не в силах больше бороться с желанием, не дававшим ему покоя последние дни. Он почувствовал прикосновение горячих мягких губ и закрыл глаза, падая в пропасть.
Громкий хлопок заставил его подскочить с бешено колотящимся сердцем и такой же пульсацией между ног.
В его руках больше не было Грейнджер. Или Малфой. А возле кровати виновато топтался Твинки, спрятав свои огромные глаза.
— Твинки должен разбудить хозяина на работу. Завтрак будет подан через пятнадцать минут, сэр.
Во рту пересохло, и Драко оставил попытки что-то ответить и откинулся обратно на подушку.
Эротический сон с участием Грейнджер; прекрасно и предсказуемо. Он сморщился от неприятного трения ткани о сверхчувствительную кожу. Кажется, от этого просто так не избавиться, особенно если вспомнить, что последний секс у него было ровно месяц назад. Потом стало как-то не до того.
Драко спустил резинку пижамных брюк, освобождая ноющий от перевозбуждения член. Он закрыл глаза и провёл рукой по его длине, снова вызывая в памяти картину сна и представляя, что это рука Грейнджер уверенно гладит его, пока её язык обводит кругами головку и втягивает её в рот, напрягая щеки.
Воображение подкидывало ему все новые и новые образы. Рука ускорила темп и, представляя, как обнаженная Гермиона насаживается на него, прижимаясь голой грудью к его груди, он кончил, заливая горячей спермой живот.
Не представляя, как теперь смотреть в ей глаза, Драко поплёлся в душ.
Комментарий к Глава 8
Буду рада услышать ваше мнение в отзывах или на моем канале https://t.me/dramione_byenfera
========== Глава 9 ==========
Гермиона смотрела на себя в зеркало и не могла понять, что с ней не так. На первый взгляд все было, как обычно, но она слишком хорошо знала себя, чтобы не заметить отличия. Волосы были длиннее и почти доставали до поясницы. Вокруг глаз на коже можно было разглядеть мелкие морщинки, даже когда она не улыбалась. Она определённо выглядела старше.
Гермиона сделала несколько шагов назад и остановилась, зачарованная блеском камней на самом прекрасном платье, которое ей только доводилось видеть. Золотистое, оно сверкало и переливалось в неровном свете свечей. Корсет плотно облегал её талию, приподнимая грудь, а юбка струилась невесомым полупрозрачным облаком, демонстрируя стройные ноги в высоком разрезе.
Неожиданно на талию легли две крепкие мужские ладони, Гермиона испуганно подняла глаза и увидела Малфоя за своим плечом. Он притянул ее ближе, прижимаясь к спине голым торсом. С его мокрых растрёпанных волос на ее обнаженные плечи попадали капли воды. Он улыбался, и она впервые в жизни видела такое мягкое и открытое выражение на его лице.
— Ты неописуемо прекрасна, но я мечтал весь этот чертов бал, как сниму с тебя это платье, — прошептал Драко ей на ухо, посылая электрические импульсы по её коже.
