Читаем без скачивания Милые обманщицы. Убийственные - Сара Шепард

– Быть в центре внимания – это потребность, легко превращающаяся в зависимость, – объяснил зрителям доктор. – Если некто достаточно долгое время приковывал к себе интерес окружающих, то со временем он может начать нуждаться в таком интересе. Иногда ради того, чтобы остаться в центре внимания, люди идут на самые разные ухищрения, вплоть до измышления фактов или прямого обмана. Иными словами, они создают ложную действительность…

После этого снова появился ведущий, пообещавший более подробно вернуться к этой истории в начале часа. Когда пошла реклама, Ария прижала ладони к сиденью скамейки и сделала несколько успокаивающих вдохов. Что. За. Черт. Возьми?

Снаружи на платформу с грохотом влетел скорый поезд, резко остановился. Но Арии вдруг расхотелось ехать в Филадельфию. Какой смысл? Все равно, куда бы она ни поехала, за ней повсюду будет следовать багаж из Роузвуда.

Она вернулась на парковку, поискала глазами высокую фигуру и светлые волосы Джейсона. На стоянке не было ни души. Дорога перед станцией тоже пустовала, медленно переключались огни на светофоре. На мгновение Ария почувствовала себя единственным человеком на земле. Она сглотнула, странное ощущение пробежало сверху вниз по ее позвоночнику. Ведь Джейсон только что был здесь, верно? И они своими глазами видели труп Йена в лесу… верно? На мгновение Арии показалось, что она сходит с ума, как и уверял психиатр.

Но она быстро подавила эти мысли. Когда поезд отъехал от станции, Ария вернулась в свою машину. Так и не придумав, куда податься, она поехала обратно в школу.

7. Кейт-Ханна – 1:1

Ханна поставила свою большую порцию латте с обезжиренным молоком на стойку с сахаром и молоком в «Стиме», маленьком кофе-баре при школьной столовой. Это было во вторник, во время ланча. Кейт, Наоми и Райли еще стояли в очереди. Ханна слышала, как они все, одна за другой, заказывают экстра-большой мятный чай. Ханна не заметила объявления в кафе, но, судя по всему, мятный чай сегодня был напитком дня.

Она разорвала зубами второй пакетик сахарозаменителя. Жаль, что сегодня она не прихватила с собой перкоцет[9], а еще лучше – пистолет! Этот ланч был настоящей катастрофой.

Все началось с того, что Наоми и Райли наперебой восторгались сапогами Кейт от «Фрай»[10], но при этом словно не заметили гораздо более крутые туфли Ханны от Чи Михара[11].

Затем они без конца трещали о том, как чудесно провели вчера время в «Рив Гош», где один из официантов, явно студент колледжа, тайком приносил им «Пино Нуар» литрами. Напившись до отвала, они отправились в «Сефору», где Кейт купила Наоми и Райли гелевые маски для глаз, чтобы минимизировать последствия будущего похмелья. Сегодня они все принесли эти маски в школу и накладывали их во время длинного перерыва в аудитории для самоподготовки. Единственное, что немного улучшило настроение Ханны, было состояние кожи под карими глазами Райли, которая после холодной маски приобрела нездоровый ярко-красный оттенок.

– П-фф, – негромко фыркнула Ханна.

Она швырнула пустой пакетик из-под сахара в маленькую хромированную урну и дала себе слово при первой же возможности купить Наоми и Райли что-нибудь покруче, чем дурацкие маски. Потом ее взгляд упал на плоский экран телевизора, висевший над кувшином с лимонной водой. В обычное время этот телевизор был настроен на школьный канал, где по кругу крутили записи школьных спортивных состязаний, выступления хора и интервью с героями дня, но сегодня кто-то переключил его на новости.

«ТЕЛО ТОМАСА В ЛЕСУ НЕ ОБНАРУЖЕНО», – кричал заголовок.

У Ханны скрутило живот. Сегодня утром на английском Ария уже рассказала ей об этом. Но Ханна все равно не могла понять, как мистер и миссис Томас могли получить письмо от Йена. И как могло оказаться, что в лесу не обнаружили никаких следов его тела – ни крови, ни волос, ничего вообще? Значит ли это, что они его не видели? Или это значит, что Йен… до сих пор жив?

И еще: зачем копы говорят, будто Ханна и остальные девочки все это выдумали? В ту ночь ей не показалось, что Вилден им не поверил. Строго говоря, если бы той ночью Вилдена не было так чертовски трудно найти, они вернулись бы в лес гораздо раньше. Возможно, они бы даже поймали Йена до того, как он исчез – или его уволокли. Но поскольку сотрудники роузвудской полиции не могли публично признать, что провалили все дело, они… выставили сумасшедшими Ханну и ее подруг. А она-то все это время думала, что Вилден на их стороне!

Ханна быстро отвернулась от телевизора, ей хотелось поскорее выбросить всю эту историю из головы. Неожиданно ее взгляд зацепился за нечто, торчавшее из-под диспенсера для корицы. Это нечто было похоже на… кусок ткани. Причем того же цвета, что флаг роузвудской частной школы.

Ханна сглотнула, выдернула тряпку, развернула ее – и громко охнула. У нее в руках был неровно обкромсанный квадратный клочок ткани. В его верхнем правом углу виднелся краешек герба роузвудской частной школы. С обратной стороны английской булавкой был приколот номер «16». В роузвудской школе заранее нумеровали фрагменты флага, чтобы потом их легче было сшивать.

– Что это такое? – раздался голос. Ханна вздрогнула от неожиданности. Она даже не заметила, как Кейт подкралась к ней сзади.

Ханна не сразу нашлась с ответом, ее голова все еще была занята последними новостями о Йене.

– Это от дурацкой школьной игры, – пробормотала она.

Кейт приоткрыла ротик.

– Та игра, что началась сегодня? Петля времени?

Ханна закатила глаза.

– Капсула времени!

Кейт отхлебнула глоток своего чая.

– «После того как все двадцать фрагментов флага будут найдены, их сошьют вместе и захоронят в Капсуле времени за футбольным полем», – процитировала она слова с плакатов, развешенных по всей школе. Одному богу известно, зачем пай-девочке Кейт понадобилось учить наизусть правила игры «Капсула времени» – можно подумать, ее будут спрашивать их на отметку! – Имена победителей будут увековечены на бронзовой табличке. Это же грандиозно, правда?

– Мне пофиг, – буркнула Ханна.

Оцените иронию судьбы – именно сейчас, когда Ханна была настолько равнодушна к «Капсуле времени», что даже не потрудилась прочитать подсказки, развешенные в школьном вестибюле, кусок флага сам прыгнул ей в руки! А в шестом классе – это был первый год, когда она могла принять участие в игре, – Ханна фантазировала, как она украсит кусок флага, если ей посчастливится его найти. Некоторые неудачники рисовали на своих клочках всякие глупости, вроде цветочков, смайликов или – вершина тупизны! – герба роузвудской школы, но Ханна уже тогда понимала, что украшенный флаг не менее важен, чем выбор сумки или мелирование волос в салоне Генри Флобера в торговом центре «Кинг Джеймс». Когда через день после начала игры Ханна и другие девочки столкнулись с Эли на заднем дворе ее дома, Эли подробно рассказала, что она нарисовала на своем куске флага. «Логотип “Шанель”. Узор Луи Виттона. Лягушку-анимашку. Девочку, играющую в хоккей на траве». В тот день, вернувшись домой, Ханна первым делом записала все, что перечислила Эли, чтобы не забыть. Тогда это казалось ей гламурным и по-настоящему правильным.

Позже, в восьмом классе, Ханна и Мона вдвоем нашли фрагмент флага. Ханна тогда хотела включить задумки Эли в украшение флажка, но побоялась, что Мона пристанет с расспросами, – она вообще старалась не упоминать об Эли при Моне, потому что та была одной из жертв постоянных насмешек Эли. Тогда Ханна считала Мону своей близкой подругой, ей и в голову не могло прийти, что Мона в это время неторопливо, шаг за шагом, готовится разрушить ее жизнь…

К столику подошли Наоми и Райли, они обе немедленно заметили флаг в руках у Ханны. Карие глаза Райли округлились от изумления. Она протянула было свою бледную веснушчатую руку к флагу, но Ханна с неожиданной прытью убрала лоскут за спину, подальше от беды. Стоит ей отвернуться, как любая из этих поганок украдет ее флажок и не поморщится! Внезапно она поняла, почему Эли сказала Йену, что собирается защищать свой флаг ценой жизни. И еще она поняла, почему Эли была в таком бешенстве в тот день, когда кто-то украл у нее флаг.

С другой стороны, Эли хоть и была в бешенстве, однако вовсе не выглядела убитой горем. Честно говоря, в тот день она скорее казалась очень озабоченной чем-то еще. Ханна хорошо запомнила, как Эли постоянно оглядывалась то на лес, то на свой дом, словно боялась, что ее подслушивают. Немного пожаловавшись на пропажу флажка, она вдруг снова стала обычной стервозной Эли ДиЛаурентис, оборвала разговор на полуслове и ушла, дав понять, что у нее есть дела поважнее, чем болтовня с четырьмя неудачницами.

Когда стало ясно, что Эли уже не вернется, Ханна вернулась в палисадник перед домом за своим велосипедом. Улица Эли выглядела очень симпатично. Во дворе у Кавано был очаровательный красный домик на дереве. За домом семьи Спенсер крутилась настоящая ветряная мельница. А чуть дальше по улице виднелся огромный дом с фонтаном и гигантским гаражом на шесть машин. Ханна тогда еще не знала, что в этом доме жила Мона.