столика, услышав мелодичный перезвон приложения.
Открывает и тут же присвистывает:
— А твой Алден не скупится, я сама бы не выбрала лучше. Номера там великолепны!
Вспоминаю. И понимаю, что, чтобы зайти в такой отель на правах приглашенной гостьи, тоже нужно иметь определенное мужество. У меня его нет.
— Так, у нас полтора часа, а значит, осталось время попрактиковаться, Назар сейчас подойдет.
— Попрактиковаться в чем? — в ужасе замираю я.
— Надя, запомни: начинать нужно с главного!
— Кто такой Назар?
— Он, — Еся наставляет свой пальчик на что-то за моей спиной.
Оборачиваюсь с легкой тревогой и понимаю, что, кажется, попала. К нам стремительно приближается нереально красивый мужчина, походя кивает Есе, а затем обращает все свое внимание на меня, делает еще один шаг, притягивает за плечи и накрывает мои губы своими. Моего не слишком активного сопротивления хватает ровным счетом на пятнадцать секунд, после чего он пускает в ход свой язык, и я буквально растворяюсь в его сильных, напористых ласках.
— Небезнадежна, — слышу я откуда-то сверху, обнаружив себя сидящей в кресле, — но помолиться не помешает, чтобы он позаботился обо всем сам.
— А он позаботится? — натянуто интересуется подруга.
Назар опускает глаза вниз, ловит мой взгляд и по-дружески подмигивает:
— Конечно! Это же Сола! — Еще один кивок головы, и самая очаровательная улыбка в мире, предназначенная только мне.
— Пора, — объявляет Еся, как только Назар скрывается за дверью.
* * *
— Пора, — наконец-то решаюсь я, поднимаю руку вверх и отсчитываю три удара в дверь номера.
Нет? Домой? Еська не простит, да и Ольга.
Еще три удара, и дверь моментально распахивается.
Зависаю, потому что он… шикарный. С тем невероятным знанием в глазах, что он — лучший… всегда. Как раз под стать Оле… нет, даже не ей… Соле… и уж точно не мне. Сдерживаю желание вдохнуть поглубже, хотя именно сейчас бьющееся в бешеном темпе сердце настойчиво требует охлаждения.
Назар сказал: «Улыбайся, и все будет хорошо».
Улыбаюсь… Мне нужно произнести всего три слова: я не Сола.
— Сола? — спрашивает он глубоким, уверенным голосом, и я… киваю, потому что с этими звуками в меня проникает и уже вовсю всасывается в кровь острое, как лезвие бритвы, желание. Оно проходится по всем закоулкам памяти, вспарывая все когда-то отложенное, забытое, неуместное, то, что я смогу воплотить в жизнь прямо сейчас.
Предлагает руку, сразу же сжимая мои пальцы своими — приглашая и согревая.
Я все еще могу уйти.
Шаг вперед…
Я остаюсь.
Его взгляд скользит по мне так, что я ощущаю его почти физически.
Эхо ударов сердца беспорядочно путешествует по всему телу, сбивая с толку.
Что?
Какой-то вопрос…
Не расслышала, но согласно киваю, начиная лихорадочно расстегивать пуговицы.
Он позади меня… помогает снять плащ…
Прикоснись-прикоснись-прикоснись… Пожалуйста!
Свожу лопатки вместе, делаю едва заметный шаг назад… ближе… к нему…
Нет…
Уходит.
«Не нравлюсь?» — бьет наотмашь мысль-предательница.
Рассеянное освещение над барной стойкой скрывает его лицо, и я подхожу ближе. Сола непременно что-то сказала бы, но я не уверена, что…
Секунда… Он передо мной, вручает бокал с шампанским. Надо поблагодарить, но меня уже безжалостно тянет в бездонную синеву его глаз, и мысль о том, что нужно удержаться на поверхности, кажется верхом глупости.
Накрывает мою руку своей, уже открыто демонстрируя свою власть, заставляет сделать первый глоток.
Ураганный порыв ветра, его отчаянное, животное желание, в момент затянувшее прозрачную синеву.
Бо-о-ожечки… а так быва-а-ает?
Бокал вдребезги! Надо же убрать! Можно же пораниться! О чем он думает?
Ой!
Теперь понятно, о чем! Льстит и пугает одновременно.
Мой язык, ну нет же! Не-е-ет… м-м-м… да-а-а!
А дальше… Дальше он любит меня так, что я пугаюсь своего первого и в прямом смысле оглушительного оргазма. Потому что сдержаться просто не получается.
Шум в ушах, и я опять пропускаю его слова, но это движение губ мне знакомо.
Ревность медленно начинает заливать душу.
Здесь сейчас не она, а я!
И именно я вдохновляю на второй… третий, четвертый и даже пятый раз, когда тело уже не выдерживает нагрузки, но все равно тянется к тому, кто дарит непередаваемые ощущения и эмоции, заполняя собой всю меня.
Слова, что не может быть брака без хорошего секса, вдруг обретают смысл. Без такого — да, а мне всегда казалось, что только без уважения.
Обнимает за талию, вдавливает мою спину себе в грудь, ясно давая понять, что никто никуда не идет.
— Ты — великолепна, еще лучше, чем я представлял, Сола, — признается он мне и опять повторяет с какой-то ненормальной одержимостью: — Со-о-ола…
* * *
Поворот ключа. Я дома. Снимаю туфли, обретая долгожданное равновесие в помощь все еще трясущимся ногам. Поднимаю руки вверх, потягивая спину и очередной раз ловя удовольствие от растяжки проснувшихся мышц. Утыкаюсь лбом в холодную стену. Как же хорошо…
Пить, принять душ и спать, до подъема у меня еще три часа.
Смотрю на руку, уточняя время на часах, и, повинуясь порыву, подношу ее еще ближе, вдыхая аромат, который, кажется, пропитал меня всю.
Его аромат…
Желание оставить его на себе до утра с легкостью рвет доводы разума о важности водных процедур после секса. Мой первый настоящий секс в жизни… Прости, Витя, но теперь мне есть с кем сравнить. Фыркаю, вспоминая упреки мужа, что это со мной что-то не так.
Не включая свет, захожу на кухню и наполняю стакан прохладной водой. Жадно делаю первый глоток.
— Ну и где ты шлялась? — заставляет меня поперхнуться и начать откашливаться голос, звучащий в кромешной темноте.
