когда говорил, что кто-то на «дудке играет» — понял я.
— А как я в тебя врезался, если я был в воздухе, а не-дворянам летать запрещено? — полюбопытствовал я.
Она секунду смотрела на меня, будто прикидывая, действительно ли я такой глупый или просто для смеха притворяюсь.
— Затем, что я взлетала на крышу, Матвей, — наконец ответила она, — мне тоже кое-что досталось от благородных предков, которые путались с прислугой. Моей Яры хватает на большие прыжки, например, чтобы запрыгнуть на крышу этого дома.
— То есть, я врезался в тебя, когда ты была в прыжке? — уточнил я.
— Ага, вот, посмотри, синяк небось огромный? — она молниеносно задрала кофточку чуть ли не до самой груди. Никакого синяка я не увидел, зато увидел тонкую талию и красивый плоский животик с вертикальной полосочкой пресса посерединке.
— Да нет, вроде бы всё хорошо, — ответил я как можно беспечнее, будто передо мной каждый день незнакомые девушки одежду задирают. — А что ты играешь?
— Просто нахожу в Паутине разные мелодии и разучиваю те, которые нравятся. Из видеоигр или фильмов или классику. Хочешь послушать? — сказала она, возвращая одежду на место.
Я понял, что она скорее утверждает, чем спрашивает. Вообще, Лена создавала впечатление девушки, с которой лучше не спорить.
— С удовольствием, — сказал я из вежливости.
Минут с десять она играла разные мелодии, в целом неплохо, но я привык к другому уровню исполнения. Когда она закончила, я слегка похлопал.
— Тебе правда понравилось? — спросила она.
— Да, конечно, — ответил я. Не объяснять же девушке, что исполнение дилетантское.
Она положила флейту и стала приближаться ко мне.
— Хоть ты и мямля, Матвей, но что-то мне в тебе нравится, — прошептали её влажные губы.
«Я даже знаю, что» — подумал я. — «Мой Яр. Человек с таким количеством Яра обычно если и разговаривает с ней, то только как с прислугой. А тут она думает, что мы ровня, но Яра у меня в резервуаре сейчас как у мелкого дворянина, то есть, намного больше, чем у всех, с кем она может иметь свободный разговор».
Она приблизилась ко мне. Её макушка не доставала мне и до подбородка.
«Какого чёрта» — решил я, — «она сама этого хочет, и жениться мне не придётся. В конце концов, возможно, это мой последний шанс познать близость с женщиной. Яр ведь может не вернуться.»
Я наклонился и поцеловал её. Она охотно ответила. Я понял, что нужно делать: взяв её за руку и приложив палец к её губам, я сказал: «Тс-с!». Мы прокрались в мою собственную спальню, где я прошептал, притворяясь, что нам нельзя тут находиться:
— Сегодня хозяина нет, только внизу спит Тарас.
— Значит, нам повезло! — хихикнула Лена, толкая меня на кровать.
Глава 6
Я немного сомневался в своих способностях к этому занятию — сексу — из-за отсутствия личного опыта, но принцип я понимал из видео, которого в Паутине полно, а в остальном я быстро разобрался, учитывая, что Лена была очень активна и явно делала это уже не в первый раз. Да уж, за последние сутки каждое удивительное событие влечёт за собой целый ворох других.
Когда мы закончили, я предложил принять ванну. Ванная комната у меня именно что комната, размером с мою спальню, и в самой ванне можно не только вдвоём, но и втроём поместиться, если найдётся нужное количество человек, у которых будет желание забираться голыми в ванну вместе.
— А кто тут живёт? — спросила Лена, лежа на мне в ванне и прижимаясь ко мне своим небольшим, но очень притягательным телом.
— Не хочу говорить о работе, — отговорился я.
— А я в Парящем дворце бываю! — похвасталась вдруг Лена.
— Что, тебя прямо Их Высочества на приёмы приглашают? — поднял бровь я.
— Да ну тебя, балбес! — Лена плеснула в меня водой. — Моя тётка там после приёмов убирать приходит и меня с собой берёт. Платят там неплохо, только обыскивают при входе и выходе.
Она провела пальцами у меня по груди, и я понял, что готов ко второму туру. Поскольку она лежала на мне сверху, она сразу почувствовала, как моё тело наполняется энергией.
— Ого! Ты чего это? — сказала она со своей озорной улыбкой, просовывая руку мне между ног. Нужно сказать, что в её маленькой ладошке некоторые части моего тела выглядели очень большими и внушительными.
После того, как мы предались усладам в ванне, Лена посмотрела на часы на плазменном экране, который висел на стене у меня в ванной комнате, охнула и поставила меня в известность, что у неё завтра с утра много работы по дому и что ей нужно идти. Она быстро оделась, и я открыл дверь, ведущую на лестницу.
— А ты что, одеваться не будешь? — удивилась Лена.
— Не, Тарас спит, а наша крыша, как ты сама отметила, место уединённое, — махнул рукой я.
На крыше мы, поцеловавшись, распрощались. Я вернулся в свои комнаты и теперь, свободный от необходимости притворяться прислугой, подошёл к холодильнику, чтобы быстро чем-нибудь перекусить.
Я с сомнением посмотрел на тонко нарезанную вяленую свинину, называемую капиколой, которую Тарас покупает у итальянского мясника на большом рынке возле порта, и решил, что есть на ночь — дурная привычка. Я свалился на кровать и, несмотря на лёгкий голод, уснул как убитый.
Когда у меня было несколько смен подряд в Парящем дворце, я спал довольно мало. Просто закрывал глаза после работы и открывал, когда звонил будильник. Но сейчас у меня было впереди ещё шесть дней выходных, поэтому я собирался спать столько, сколько это вообще возможно.
Я спал так долго, что мне даже приснился сон — вещь немыслимая, когда спишь не больше, чем достаточно для восстановления сил. Сон был непонятным, но интересным своей атмосферой. Снилась мне поначалу какая-то драка, затем больничная палата и разговор с неким очень влиятельным молодым мужчиной, но, при этом, не аристократом. Он вроде бы давал мне какое-то задание.
Далее, в рамках этого данного мне задания, красивая, фигуристая девушка катала меня на кабриолете по незнакомому мне прибрежному городу, покупая мне одежду и сеансы в спа-салонах. Во сне это внимание было приятно. Далее сон принял детективную направленность, что выражалось в допросе какого-то уголовника в тюрьме.
Вторник
11:43
Проснувшись, пока воспоминание было свежим, я попытался проанализировать сон. Во-первых, с чего бы это не-аристократ давал задание внуку князя, да не какого-нибудь, а князя Мартынова, чей род был благородным ещё до Петра Великого? Странно,
