аптечки на все случаи жизни. Таскать такой чемодан на плече каждый день занятие не из приятных. Но это почему-то модно в нынешнем сезоне. Цвета она какого-то примерзкого. Коричнево-фиолетового. С такими разводами, как будто по ней руками размазали птичьи какашки. Во-вторых, сумка очень дорогая. Такой подарок прилично принять от мужа. Если он миллионер, конечно. Но от приятеля, которого ты даже не предполагаешь перевести в разряд парня, однозначно нет. Однако, Мия, увидев эту сумку, завопила как ненормальная:
— Маша, я тебя умоляю, помоги мне! Это будет эксперимент века! Ты поможешь мне и всему человечеству!
Не то, чтобы я была настолько тщеславна и самонадеянна. Но все-таки помочь всему человечеству мне, конечно, хотелось. А кому не хочется в 22 года? И я повелась. Идея Мии была такой: богатые парни клюют на дорогие шмотки и аксессуары. Иными словами, у девушки больше шансов заполучить упакованного кавалера, если на ней шмотки из дорогого бутика или, на худой конец, неприлично недешевая его часть: туфли, сумка, часы и так далее. Для богатых парней такая цацка как культурный код. Они определяют по ним члена своего общества и тут же включают в свой ареал. Как-то так. Поэтому, когда Мия увидела сумку, которую мне презентовал Платон, она возопила, чтобы я даже не вздумала ее возвращать. А использовала на благо науки. Я зачем-то согласилась. И вот, что из этого вышло.
Через три дня у меня была назначена лекция в том самом колледже, в котором учатся все эти богатые и знатные. Я отправилась раздавать флаеры. С утра Мия с пафосом короля Артура, посвящающего очередного приятеля в рыцари, нацепила мне злополучную сумку на плечо и напутствовала:
— Обязательно фиксируй все, что будет происходить. Потом расскажешь в деталях. Это очень важно для науки.
Я кивнула. Чувствовала я себя отвратительно. Мне казалось, что я себя продаю. Себя, и свою идею. Я раздавала флаеры, которые информировали о предстоящей лекции. Я старалась выглядеть уверенно. Я даже расстегнула почти все пуговицы на юбке. Опять же по совету подруги, которая сказала, что женщина, знающая, что она выглядит соблазнительно — это сильная женщина. Я знала, что в это утро я выгляжу сногсшибательно. И все-таки старалась вручить флаеры и убраться побыстрее из этого очага респектабельности. Тут все дышало богатством и родовыми привилегиями. Само здание походило на слегка уменьшенный Хогвартс. Может быть, именно здесь и снимали фильмы про Гарри Поттера. Я вдруг попала в общество людей, у которых вздернуты подбородки и расправлены плечи. Девушки тут носили костюмы от Шанель. С шейными платками, как стюардессы. Тут было настолько чопорно, что мне захотелось сжаться в комочек. Обхватить плечи руками и укатиться побыстрее как колобок из этой готической сказки. И все-таки я продолжала раздавать чертовы флаеры. У меня их было сто штук. И я поклялась себе не выйти с территории колледжа пока все не раздам. Через три дня мне предстояло читать этим людям лекцию. И мне очень не хотелось читать ее в пустой аудитории. Я улыбалась. И даже слегка мухлевала, выставляя коленки в разрезе юбки. А что мне еще было делать? Сынок нефтяного магната из Техаса предложил перепихнуться в туалете. Забавно, но подход он начал именно с того, что у его отца полно вышек и нефтеперерабатывающих заводов. Сделала вид, что не услышала. Какой-то араб в белой, похожей на ночную рубашку робе, обдал меня таким похотливым взглядом, как будто я первая и последняя женщина в его жизни. От всего этого меня мелко потряхивало. А потом я встретила его. И все, до этого момента значимое в моей жизни перестало существовать. Вот так, в одночастье. Я протянула флаер незнакомому парню и врезалась взглядом в его голубые глаза. Они меня обездвижили, и началось мое падение на дно этого океана, где волны шепчут, обещают, обольщают. И он замер, вглядывался в меня так внимательно, словно читал мои мысли, выписанные на сетчатке. Даже брови сдвинул. Мы стояли как статуи, схватившись за флаер с двух сторон. Я пропала. Колени предательски тряслись. По позвоночнику скатилась холодная капля. Еще мгновение и я упала бы в его объятия. Ну или ему под ноги. В голове что-то грохнуло. Наверное, мозг взорвался. Я отдернула руку. И сбежала. Я так испугалась! Не его, себя! Что за реакция такая? Что за чувство, как будто я дошла до конечной точки своего путешествия? И в голове это навязчивое «нашла, нашла, нашла». Чего нашла? Кого нашла? Этого смазливого парня? Да я его и не искала! Я вообще занята иными поисками! Мне нужно спонсоров найти! А не любовь всей жизни. И вот… Внутри меня происходило несколько освободительных революций в минуту.
— Эй, так нельзя, — настоятельно требовал здравый смысл.
— Ты не можешь кинуть все, чего ты добилась, ему под ноги, — возмущалась гордость.
— Идите на фиг, — сказало им сердце.
И они отступили. Гордость, здравый смысл, тщеславие, желание победить, — все эти добрые друзья, которые вели меня еще со школы, теперь со словами «Поступай как знаешь» отошли в сторону. Оставили меня один на один с ним. С чужим человеком, который сжал в кулаке мое сердце.
Сто флаеров? Да гори они огнем. Я кинула их стопкой в вестибюле колледжа и понеслась прочь. Дома я рухнула на кровать. Что мне было делать? Звонить Платону? Заказать билет до Москвы? Я не хотела, чтобы меня разрушили до основания. А думать я уже не могла. Воздуха не хватало, света не хватало. На самом деле мне не хватало его. Не хватало этого незнакомого парня. Я закрывала глаза и снова погружалась в голубую вселенную его взгляда. Кожу мою пронзали тысячи иголок, тело крутили спазмы. Кто он, взявший меня в плен так просто? Не сказав ни слова. Как мне освободиться? Я паниковала. Я никогда ничего подобного не испытывала. Может там и правда Хогвартс? И этот студент применил ко мне запрещенное заклятие? Я все ждала, что меня отпустит. Но тщетно. Его образ преследовал меня повсюду. Это не прикольно видеть вместо своего отражения в зеркале другого человека. Да, чертовски симпатичного. Но все равно это жутко стремно. Мии я ничего про голубоглазого парня не рассказала. Отчиталась, что в мажорском колледже я имела сдержанный успех. Под ноги мне не падали, штабелями сами собой не укладывались, но девчонки в дорогих костюмчиках косились на сумку с пониманием и улыбались мне вполне искренне. Брали флаеры, общались как с равной. То есть сверху вниз не смотрели. Некоторые делали комплименты.
