эмоции говорили о том, что он рад тому, что безмолвные не уходят к нему в подчинение, поэтому он закрепил это словами:
– Я тоже думаю, что у офицера Актараса прекрасный опыт командования безмолвными. Я не стану возражать против этого выбора.
– Значит, решено! Я остаюсь под охраной командира… – посол посмотрел на безмолвного, – а Нориан Актарас принимает командование над остальными бойцами. Это согласовано.
Никто не выразил своего возражения, поэтому командир безмолвных покинул это короткое совещание, так как его присутствие там больше не требовалось. Возникла пауза, которую нарушил Камистер.
– Нориан, Вы понимаете, что теперь Вы снова на первой линии обороны?
– Понимаю, – спокойно ответил Нориан, – но, собственно, никакой линии ещё и нет. Разведчик не имеет чётких доказательств. Увидеть без специального оборудование что-то в небе так далеко, да ещё мельком… Это вызывает серьёзные сомнения, по крайней мере у меня. С другой стороны, это не повод расслабляться.
– Именно! – спокойно ответил Камистер, осматривая голографическую карту местности перед скалами, – именно так, недооценив врага, мы и оказались на этой планете.
– Я бы с Вами поспорил, капитан Камистер, – вставил своё мнение посол Морикани, – но, вероятно, это не так. Мы прекрасно знали, что такое нападение может произойти, но вероятность его осуществления была очень ничтожна. Это первый серьёзный бой между кораблями торианской империи и неизвестного врага, которому мы все противостоим. Судя по всему, в этом противостоянии что-то сильно изменилось, и что именно – мы пока не знаем.
– Об этом были проинформированы всего несколько персон, и я в этот круг не входил. Всё, что вы говорите, я узнал во время нападения, и остальное от Вас, посол. Я только понял, что, раз мы оказались на планете, спасаясь бегством с разрушенного корабля, значит, где-то произошли, как Вы и говорите, очень сильные изменения. Вот… – Камистер ткнул пальцем в место на карте, – тут по этим проходам можно пройти, не подвергаясь обстрелу с нашей стороны. Нужно выставить пост и заминировать.
Один из офицеров выставил маркер и что-то пометил.
– Что с оружием? – поинтересовался Камистер.
Ему ответили:
– Двадцать три процента состава получили оружие, для остальных его больше нет.
Капитан тяжело вздохнул. Было видно, что для него морально тяжело командовать второй осадой особенно после того, как он проиграл в первой. На этот раз пробить поле так быстро не удастся и закидать пещеры газом тоже не выйдет. Это понимали все, в том числе и пираты, поэтому никто не знал, чего ожидать в следующей атаке, если она конечно произойдёт.
– Пожалуй, всё, – произнёс Камистер, осматривая карту, – я ещё позже лично осмотрю.
– Безмолвные там уже всё облазили, – заметил Нориан.
– Замечательно! Но я хочу лично видеть всё, что может вызвать хоть какую-то проблема в обороне, – оправдал свои слова Камистер.
Нориан не настаивал. До этого момента он имел отношения с капитаном Камистером только дистанционно, но теперь, когда он начал тут командовать, он проявлял достаточно профессионализма, и это было заметно. Недаром Лорзман передал командование ему. Это вовсе не было связано с офицерским старшинством, просто Лорзман знал кому доверяет свою команду.
– Если я вам не нужен… – заметил Нориан.
– Идите, Вам ещё командование принимать. Держите меня в курсе Ваших решений.
Камистер был короток. Нориан ушёл и оставил капитана с его офицерами. В Пещерах, где спрятались беглецы, было холодно. Наспех снятое с шаттлов оборудование не справлялось с отоплением. На воздухе ночью и то было теплее, чем в пещерах. В стенах местами приходилось прорубать новые проёмы для того, чтоб разместить там прибывших. Вся пыль, что образовывалась от этих работ, тут же поглощалась вытяжками. Сотни мекратонов над головой давали уверенность хоть какой-то безопасности.
Нориан направлялся к себе. У него было несколько часов до того момента, как он примет командование и приступит к нему. Несколько часов вполне хватит… У Нориана было своё отдельное место, где он мог побыть в одиночестве и выспаться, если потребуется. Зайдя к себе в личную часть большой пещеры, которую выдолбили специально для него, он задёрнул за собой какую-то тряпку в качестве занавеса. Деактивация скафандра прошла быстро. Первый раз за столько дней наконец-то тело начало спокойно дышать, не ощущая на себе броню. Нориан присел на импровизированную кровать, имеющую вид наспех построенной лежанки, и, рухнув на спину, мгновенно уснул. Усталость последних дней мгновенно сказалась на нём.
Глава 5.
В капитанской каюте крейсера Сагири раздался вызов. Зорган отвлёкся от своих дел, которыми занимался, и разрешил ИИ активировать голосовой разговор.
– Капитан, Вы просили предупредить Вас за полчаса до выхода из гиперпространства, – голос говорившего принадлежал старшему помощнику Сарилу Горшану. Он, будучи лантардийцем, уже достаточно давно служил в имперской военной разведке. Был приставлен к капитану Зоргану в качестве помощника и консультанта на первое время, да так и остался служить на крейсере по его же просьбе. Сарил Горшан носил звание старшего военного командира, а также дополнительно имел допуск к командованию военным гарнизоном, но не более двухсот пятидесяти тысяч бойцов.
Зорган внимательно выслушал сообщение и спокойно ответил:
– Благодарю, Сарил, я сейчас поднимусь на мостик.
Связь отключилась. Зорган убрал с колен спящего Риппи, своего вечного спутника в космических полётах, и, положив его на кресло, отключил терминал, на котором читал отчёты. Растревоженный Риппи немного потянулся, зевнул и снова улёгся спать, не обращая внимания на то, что, кажется, хозяин собирается куда-то уходить. За столько лет он просто привык к внезапным уходам и приходам Зоргана. Капитан поправил мундир и застегнул верхнюю застёжку. Кажется, всё. Можно выходить, что он без промедления и сделал.
Капитану добираться до мостика было недолго. Конечно, можно было и телепортироваться, но он предпочитал этого не делать, а если и делать, то как можно реже. Запрет телепортации на мостик был его приказом, и было бы странно, если бы он сам его периодически и нарушал. Пройдя палубу и подвергнувшись процедуре идентификации на входе, капитан вошёл на главный командный мостик корабля. На мостике царил полумрак. Все уже были на своих местах, занимаясь контролем постов. Хотя в этом и не было особой надобности, но Зорган предпочитал всё делать так, как обучали его самого, не позволяя никому вмешиваться в свою работу. Невмешательство – это было его основным условием согласия на службу. Заняв кресло капитана, Зорган огляделся. Хоть Сагири и только недавно присоединился к поискам, но на борту крейсера все знали, что в пропавшем дипломатическом конвое находился сын адмирала Саредоса. Лица офицеров буквально сияли, говоря
