В таком случае вашу поддержку к нашим товарищам помогут донести деревья окружающего вас парка. Вслушайтесь в шёпот их листвы. Пожелайте всем сердцем, чтобы выбранное вами дерево зазеленело сильнее.
На мгновения над площадью установилась тишина, а молодые свежевысаженные деревья окрестного парка отчаянно зашелестели, заполнив воздух изумрудными всполохами.
«Черт его знает, может, я напрасно так скептически отгораживаюсь от витающих в воздухе сил?» — всего на мгновение промелькнула предательская мысль, а сознание уже ухнуло в какую-то бездонную яму, отливающую травяной зеленью.
— Вася, очнись! — донеслось откуда-то из-за края мира. А голосок такой нежный, такой взволнованный. Пришлось открывать глаза.
Прямо надо мной склонился прекрасный девичий лик. Друзья с их девчонками толпились где-то на краю поля зрения.
— Богиня! — непроизвольно вырвалось.
Вика мгновенно покраснела до корней волос, но голову мою из рук не выпустила. А самочувствие-то с каждой секундой всё лучше! Исцеляла она меня, что ли? Сделал попытку приподняться. На удивление, у меня это неплохо получилось. Огляделся. Таких, как я, свалившихся, возле которых люди суетились, было не один и не два.
— У тебя проявилось сродство к магии природы! — ошарашила меня Виктория своими выводами.
— С чего бы? — не удержался я от горького ехидства. Всегда завидовал клановым с их сверхестественными возможностями, хоть и не любил в этом признаваться даже самому себе. — У меня в Магии твердый ноль.
— На твоем месте я бы проверила характеристики!
Совсем уже было собрался поступить по рекомендованному, но тут Николай Иванович спустился с трибуны и направился прямиком к лежащим (или, как я, сидящим) на брусчатке людям. Собравшиеся раздавались перед ним, образуя узкий коридор. Я заинтересовался, постарался увидеть, что он там делает. А Бухарин оказывал вполне действенную помощь. При его прикосновении лежащие в себя приходили и подниматься начинали. А он что-то им говорил, но что именно — слышно не было. Наконец, и до меня дошел. Посмотрел прямо в глаза и говорит:
— Инициировался природной магией? Молодец. Теперь тебе стоит решить, в какую сторону будешь развивать свой новорожденный дар. Если надумаешь стать друидом, милости прошу. В вашем Новом Гирканске останется мой помощник, подскажет, как тренироваться в первое время. Покажешь себя с хорошей стороны — и истинная магия Торжествующей Весны не будет от тебя закрыта. Подумай. Придавать крестьянским полям плодородие — это ли не достойная цель в жизни?
Это что? Такое в клан приглашение? Точнее, как там, у революционных, с названиями? В комот имени Бухарина?.. Коммунистический отряд… назовут же….
Бухарин сказал мне положенное и пошел дальше, а я так и остался тупо хлопать глазами от накативших внезапно перспектив.
Митинг завершился. Бухарин с сопровождавшими его лицами и охраной расселись по машинам и укатили в направлении вокзала. Как у артистов будущего это называлось, когда они по всей стране мотались, с одной сцены на другую? Чес? Вот и у нашего друида, похоже, такой революционный чес распланирован. Интересно, а сколько таких «зиккуратов» уже по стране Советов построили?
Вместо прутиков, посаженных при нас комсомольцами, площадь опоясывали уже молодые деревья с раскидистыми кронами…
С Малышом и Шкодой простился прямо на площади: у нас на сегодня разные цели выпали. У друганов — сопроводить своих девчонок, а у меня внезапно запланировался поход в библиотеку. Ага. А библиотека в центре самом. Как же выбираться оттуда к себе буду? На обратном-то пути, да еще вечером, отмазка про революционный митинг с товарищем Бухариным вряд ли сработает. Значит, придется пробираться через неприятельскую территорию. Ну, или в обход. Хо-хо! Тогда только к утру дома и буду. Ладно! Проблемы имеет смысл решать по мере их поступления. Чего себе заранее настроение портить? Тем более, повод не грустить, вон, рядом идет, о жизни пролетарской меня пытает.
— А скажи мне, милая донна, — прерываю я поток вопросов о том, как и кем трудятся девчата у нас на заводе. Их ведь, как оказалось, тоже отрядили помочь с читальным уголком. Вот и интересно Вике было, с кем ей в ближайшее время работать предстоит. С Нинкой, кстати, она ранее уже пересекалась мельком — та одной из заядлых читательниц в городской библиотеке оказалась, а вот Грушу только на митинге впервые и увидела. — У меня в тот момент, когда Николай Иванович призвал всех мысленно объединяться через пламя, было кратковременное видение светлячков, устремляющихся из участников митинга в сторону монумента. Никогда раньше с подобным не сталкивался. Не знаешь, что это?
— Это ты ненадолго со мной восприятием объединился, — прошептала девушка, не горя желанием развивать эту тему.
— А так можно, что ли? — всё же собственные магические переживания были в новинку и для жителя «другого» мира, и для молодого рабочего.
— Если в характеристике Магии достаточно очков и есть талант в её контроле, то такое возможно… — отозвалась девушка, отводя взгляд в сторону. А мне вдруг стало понятно, отчего она так стесняется. Высокие показатели магии к этому возрасту? Тут ведь вариантов немного. Или она гений из гениев, или она профессиональный охотник на теросов. Ну и третий — самый вероятный…
— Ты про девчонок спрашивала… — Как оказалось, сам я с ними тоже не очень хорошо знаком. Видимся, в основном, по утрам на проходной. В детстве с Груней иногда играли — чай, в одном квартале живем. Но я честно постарался припомнить, что знал, — Нинка в станочном цехе трудится. Вроде, по комсомольскому набору туда пришла, а Афиногенова — нормировщицей там же. Обе из семей рабочих…
Поняв, что я рассказал всё, что знал, девушка переключилась на меня:
— Тогда о себе расскажи. Себя-то ты точно хорошо знаешь! Как живешь, чем увлекаешься?
— Смотри, семечки продают! Тебе купить? — выгадываю время на обдумывание. Вот не уверен я, что если с ходу начну отвечать, то не сболтну лишнего про прошлую жизнь. Мысли и воспоминания в голове до сих пор не устаканились… Ляпну что-нибудь в стиле «миллионщика» из 21 века и доказывай потом, что не верблюд. В смысле, не шпион какой. Всё же представления о себе у двух Василиев отличались разительно.
— Не нужны мне семечки. Я их вообще не ем, — и она в знак правдивости своих слов выгребла из кармана жилетки те, которые были ей вручены перед митингом.
— Зачем тогда руку протягивала?
— Так все брали…. Не хотелось мне от коллектива отрываться. Чтобы
