В глубине души я ей завидую. Особенно округлившемуся животу. Вида не подаю, но по ночам иногда реву в подушку, вспоминая события четырехлетней давности.
Тогда мир поделился на черное и белое. Все цвета радуги пропали в одночасье и казалось, что так будет вечно.
Спустя месяц после того, как меня выписали из больницы, я позвонила отцу. Не выдержала.
За окном лил дождь, настроение было мерзкое, а мне безумно захотелось услышать его голос. Несмотря ни на что. Наверное, уже тогда я его простила. Не до конца, но начало положено.
- Пап, у тебя все в порядке? – поинтересовалась спустя минуту тишины в трубке.
Он плакал. Сильный мужчина, который когда-то взял всю ответственность за мою жизнь на свои плечи и в одиночку меня воспитывал, сейчас сдал. Точнее, сдался.
- Доченька, прости меня…
- Давай не будем, - скривилась, так как сейчас меньше всего хотелось говорить на эту тему. – Ты сделал свой выбор, к чему теперь слезы.
- Я виноват…
- Хватит, пап! – прикрикнула, чтобы окончательно пришел в себя. – Домой я все равно не вернусь, - сделала паузу, затаив дыхание. – Буду иногда звонить, если ты…
- Он тебя ищет, - отец правильно понял мои запинки и намеки. – Но я ему не дам твой новый номер телефона. Даже если пытать будут.
Я тогда испугалась. А ведь действительно, я ничего не знаю об Игнате. Муж, блин. Объелся бы он груш, да подавился бы ими.
Но сейчас Игнат Доманский меня мало интересовал. Точнее, вовсе не интересовал, о чем я в резкой форме заявила отцу:
- Мне плевать. И на него, и на его желания.
- Я буду высылать тебе каждый месяц деньги…
- Не надо, пап! – перебила, но мой родитель был непреклонен.
И каждый месяц, как обещал, на мою карту поступала круглая сумма. Дела у него и вправду пошли в гору, но мне было все равно. Деньги я не трогала, предпочитая зарабатывать самой себе на жизнь, однако спустя год решила все-таки ими воспользоваться. Взяла, что называется, кредит беспроцентный, но спустя время все до копеечки положила назад.
Мы открыли с девочками кафетерий. Небольшой, но довольно прибыльный. Точка была уже раскручена, но хозяева продавали этот бизнес (причем недорого), и мы воспользовались подвернувшейся удачей.
Сначала работали втроем, не покладая рук. Это уже после открыли вторую точку, а теперь вот и третью – в самом центре города. Тоже оказалось раскрученное место, о чем я узнала случайно.
Светка свалила, Катюха рожать собралась, и весь наш бизнес лег на мои плечи. Но я не жалуюсь, нет. Наоборот, мысли глупые за работой в голову не лезут.
- Алисочка, доброе утро! – приветствовала меня уборщица, когда я переступила порог нашего нового кафе. Здесь и кофе наливали отличный, еще и булочки великолепные пекли.
Первый этаж торгового центра, да это Клондайк для нашего бизнеса!
- Доброе, Тамара Викторовна, - улыбнулась, на ходу кивая бармену и официантке. – Как дела?
- Всё отлично, - зашептала уборщица, чтобы не привлекать внимание посетителей. – Никаких нарушений не произошло.
- Здорово, - бросила на ходу, направляясь в свой кабинет.
Да, и такой здесь имелся – небольшая комната с диванчиком, столом, тремя стульями, шкафом и моим рабочим местом в виде кожаного кресла. Тоже досталось от прежних хозяев.
Сегодня я не выспалась, но кружка горячего и ароматного кофе творит чудеса. Через двадцать минут открылось второе дыхание, и я погрузилась в мир бухгалтерского учета.
Пришлось курсы заканчивать, чтобы самой разбираться во всех деталях. А то мало ли, какие бывают недобросовестные сотрудники.
- Артем, что там у нас со вчерашней выручкой? – где-то ближе к обеду вышла в зал и подошла к барной стойке. – А то ты не внес сумму.
- Ой, Алиса Викторовна, - парень обслужил клиента, а после обратился ко мне. – Вчера вечером такой дурдом был, как с цепи все сорвались. Сейчас, секунду, - полез куда-то под барную стойку, а я тарабанила пальцами по столешнице.
Всё надо контролировать самой, ох уж эти сотрудники. Ничего доверить нельзя, вечно что-то, да забудут. Часы тикали, Артем копался в бумажках, а мне вдруг резко стало нечем дышать. Как будто горло сдавило в тиски. И в жар молниеносно бросило.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Щеки зарделись, сердце бешено заколотилось – да что, черт возьми, происходит?
Оглянулась, мазнув взглядом по посетителям – ни одной знакомой физиономии. Тогда от чего такое чувство, что кто-то буквально прожигает меня взглядом? Прямо впивается, нет сил даже пошевелиться.
Отвернулась лицом к бармену. Лучше уж так, чем пытаться найти этот невидимый взгляд. А он продолжал прожигать насквозь. В жар кидало снова и снова – кому я вдруг резко дорогу-то перешла?
- Здравствуй, красавица, - раздался сбоку голос управляющего торговым центром. – Кофе нас напоишь?
- Здравствуйте, Виктор Сергеевич, - я улыбнулась, поворачивая голову в сторону мужчины, но тут же осеклась. Прямо к полу приросла.
Этого не может быть! КАК?! Как он мог здесь оказаться?
И почему именно сейчас снова появился в моей жизни? Ведь не просто так стоит рядом с управляющим и впивается в меня этим чертовым взглядом.
Теперь понятно, от чего меня в жар-то кидает.
Руки немеют, пальцы сами разжимаются, а бумаги с грохотом падают на пол, когда хриплый голос произносит довольно громко:
- Ну, здравствуй, Алиса.
А в моей душе вскипает волна негатива.
Я так долго бежала от этого ужаса. Пыталась забыть, стереть все воспоминания из памяти, но видимо не судьба.
Мой ночной кошмар сейчас стоит передо мной и, по всей видимости, ожидает от меня ответа. Воскрес, черт бы его побрал!
Но я все равно его ненавижу…
Глава 20
Игнат
- Ну, здравствуй, Алиса, - я смотрел на нее и не верил своим глазам. Как будто к полу прирос.
Красивая, повзрослевшая, слишком уж сексуальная… В общем, молодая женщина, а не девочка, коей была раньше. Которая до сих пор является ко мне во сне. Ее невинный взгляд до сих пор не отпускает – вот уже четыре года. Четыре, мать их, долбанных года!
Искал ее. Хотел перевернуть весь мир, чтобы найти тот уголок, где прячется моя девочка. Должен был предусмотреть все варианты. Однако упустил.
Думал, что проблем не будет, и вот результат.
- Игнат, ни на поезде, ни на самолете, ни даже на автобусе Алиса город не покидала, - всплывают слова Ярослава и его замученное лицо. Неделю уже ищет мою беглянку, и все без результата. Полный ноль, от чего зубы скрипят еще сильнее, а глаза наливаются кровью.
- Мне насрать! – впиваюсь взглядом в своего собеседника. – Найди ее хоть на Северном полюсе! Из лап медведей вырви, но привези ко мне. Напряги все связи, заплати хоть миллион, но найди ее, Ярослав!
- Я не могу всю Россию контролировать, - печально вздохнул друг. – И так люди работают двадцать четыре часа в сутках. Скорее всего, Алиса поймала попутку, и одному Богу известно, куда ее занесло.
- Ночью? – мой тон стал спокоен, и в нем появилось неподдельное удивление. – Одна? – приподнял обе брови, не сводя взгляда со своего собеседника. – В восемнадцать лет?
- Либо в городе осталась, но мы все ее связи прошерстили, - развел руками. – Никто ничего о ней не знает.
- Идиотка, - зло выдохнул и отправил Ярослава отдыхать.
Шесть банков, куда у нас был доступ, результата не дали – ни карт, ни счетов на имя Шведовой Алисы Викторовны не было. Твою мать, одна сплошная проблема! Головная боль. И решить ее никак не получалось. Телефон вне зоны, скорее всего номер сменила, но ни один из операторов не подтвердил этот факт.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Продуманная, черт бы ее побрал. Слишком ушлая, хоть местами себя довольно глупо ведет. Какого хрена сорвалась на ночь глядя? Ну не монстр же я, в самом-то деле, к чему эта игра в прятки?
Помешался на ней. Найти Алису во что бы то ни стало – идея фикс. Основная цель в моей гребаной жизни. Однако время шло, и мой запал постепенно угасал, а новости все равно не радовали.
