При решении второго кардинального вопроса о силах и средствах, необходимых для решения стратегических задач в борьбе против континентального противника, германские военно-морские силы были связаны морским соглашением, которое определяло водоизмещение по отдельным классам кораблей в процентах к соответствующим английским данным. Правда, соглашение не налагало обязательств в отношении типов кораблей внутри отдельных классов.
Как говорилось выше, решение вопроса о том, какие корабли следует строить, в принципе является прерогативой верховного командования, однако последнее, прежде чем принять окончательное решение, всегда запрашивает мнение командования флота.
Это прежде всего касалось строительства подводных лодок и объяснялось, во первых, тем, что после семнадцатилетнего перерыва подводные лодки во многом являлись для германских военно-морских сил неизведанной областью, и, во-вторых, тем, что главнокомандующий очень считался с мнением командующего подводными силами и прежде всего в вопросах строительства подводных лодок. Дальнейшие события покажут, в какой мере я влиял на решение вопросов строительства подводных лодок.
На основе опыта первой мировой войны, а также уровня развития боевой техники подводная лодка перед второй мировой войной оценивалась в тактическом и оперативном отношениях следующим образом.
Как уже указывалось, подводная лодка была хорошим торпедоносцем, но плохим артиллерийским кораблем. Использованию ее в качестве артиллерийского корабля не благоприятствовало, в частности, низкое расположение орудийной платформы и незначительная дальность наблюдения.
Подводная лодка была удобна для постановки мин, поскольку могла скрытно проникать в прибрежные, наиболее оживленные воды противника и также скрытно покидать их, не вызывая никаких подозрений.
Подводная лодка в надводном положении тихоходна по сравнению со всеми классами надводных кораблей и поэтому малопригодна для тактического взаимодействия с ними. Она фактически не представляет интереса и для разведки ввиду ограниченной дальности наблюдения.
При выборе наиболее целесообразного типа подводной лодки следовало учитывать и то бесспорное положение, что она является единственным военным кораблем, которому лишь в исключительно редких случаях приходится вести бой с себе подобными. Поэтому при определении размеров и величины боевой мощи проектируемой подводной лодки полностью отпадает чрезвычайно важный вопрос, учитываемый при строительстве кораблей других классов: какой мощью обладает соответствующий класс корабля у потенциального противника? Следовательно, при выборе типа подводной лодки можно не обращать внимания на то, какое водоизмещение имеют подводные лодки иностранных флотов. При строительстве подводных лодок вовсе не обязательно было подражать тому соперничеству, которое развернулось в наше столетие в отношении надводных кораблей между всеми державами, каждая из которых неустанно следила за вооружением противника. Если несмотря на это в некоторых иностранных флотах такое подражание при создании подводных лодок все же имело место, то его можно также объяснить стремлением путем увеличения водоизмещения усилить боевую мощь подводных лодок. Однако такая тенденция была ошибочной. Боевая мощь подводной лодки не возрастает прямо пропорционально ее размерениям, как у других боевых кораблей. Напротив, если превысить определенную границу, некоторые особенно ценные боевые качества подводной лодки ухудшаются: возрастает время погружения, которое необходимо лодке, чтобы из надводного положения уйти на безопасную глубину; само погружение выполняется с большим трудом; обнаруживается тенденция к возрастанию дифферента на нос, который принимает опасные размеры.
Кроме того, возникают трудности, связанные с подводным ходом. Условия подводного плавания усложняются, а это затрудняет контроль со стороны офицера, отвечающего за технику погружения. Большой лодкой труднее управлять на перископной глубине. При определенном дифференте лодку большей длины труднее удержать так, чтобы она не показала из воды нос или корму. А это может произойти, если лодка идет под перископом в открытом море при волнении или мертвой зыби.
У большой лодки, кроме того, ограничена маневренность. Радиус циркуляции у нее больше; следовательно, как в надводном, так и в подводном положении ей требуется больше времени на поворот, чем лодке меньших размеров. Большая лодка хуже маневрирует, а это большой недостаток при ночных атаках, когда обстановка быстро изменяется. Наконец, у большой подводной лодки большой силуэт и ее легче обнаружить.
Однако на подводной лодке с увеличенным водоизмещением можно, конечно, разместить больше вооружения, провианта и топлива. Она имеет повышенную дальность плавания, и на ней можно создать лучшие условия для размещения экипажа. Возможно, что в некоторых флотах именно эти факторы способствовали увеличению размеров подводных лодок. Но не следует забывать, что нагрузка, которую может вынести экипаж, не беспредельна даже при хороших условиях размещения. Как правило, после двухмесячного боевого похода личный состав нуждается в отдыхе. Уже по одной этой причине значительное увеличение дальности плавания имеет ограниченную ценность.
Все эти соображения создавали большой простор для выбора наилучшего типа лодки. Задача состояла в том, чтобы найти самое целесообразное, удовлетворяющее всем оперативным требованиям сочетание таких противоречивых элементов, как легкость управления в надводном и подводном положении, простота контроля и тактическая маневренность, с одной стороны, и дальность плавания — с другой. Лодка водоизмещением около 500 тонн оказалась золотой серединой при этих двух противоречивых требованиях.
В пользу такой подводной лодки говорит одно очень важное обстоятельство. Если несколько позиций в море будут заняты одиночными малыми лодками, то у них будет больше шансов найти противника и добиться успеха, чем у одной лодки гораздо больших размеров, способной занять лишь одну позицию. Для надводных кораблей эта на первый взгляд избитая истина не всегда верна, а для подводных лодок, имеющих незначительную дальность наблюдения, она справедлива: с увеличением водоизмещения возможности наблюдения практически не возрастают.
Этот вопрос приобрел особое значение, поскольку англо-германское морское соглашение ограничивало общее водоизмещение строившихся подводных лодок. Весь вопрос состоял в том, чтобы как можно целесообразнее распределить водоизмещение, которое нам разрешили иметь. По этой причине выгоднее, например, вместо одной подводной лодки водоизмещением 2 000 тонн построить четыре подводные лодки водоизмещением по 500 тонн.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
