– Вот уж точно, – согласился папа, держа меня за плечи. – Странно, что мы никогда не слышали об этом парке.
– Им надо дать рекламу на телевидении, – сказала мама. – У них было бы гораздо больше посетителей.
Мы прошли мимо высокого узкого строения зеленого цвета с надписью над входом: «Свободное падение. Кто-то прыгает без стропа».
– Хочешь прыгнуть? – спросил папа, сжав мне плечо и улыбаясь.
– Нет, я не буду, – поспешно отказалась я.
Люк ушел далеко вперед. Потом оглянулся и, подбежав к нам, сказал со смехом:
– Хорошо бы вам с мамой скатиться по «Смертельному спуску». Вот это я понимаю!
Неужели он действительно забыл, какой кошмар мы пережили?
– Мне кажется, им бы не понравилось, – сказала я.
– Может, здесь есть что-нибудь не такое страшное, – предположил Клай.
Папа улыбнулся ему:
– Тебе нравится здесь, дружок?
Клай помолчал. Потом неуверенно сказал:
– Немножко.
– А мне страшно нравится! – заявил Люк. Дорожка пошла вдоль узкой речки с коричневой водой. Множество крохотных насекомых вились у самой поверхности воды. В ярких лучах солнца они мерцали как разноцветные огоньки.
Неподалеку была лодочная станция тоже коричневого цвета. За ней виднелись причалы с маленькими лодками.
На вывеске было написано: «Заплыв в собственном гробу. Расслабляющее скольжение к могиле».
– А что, это даже забавно, – заметила мама, разглядывая маленькие угловатые лодки.
– Мне кажется, река течет как раз в центральную часть парка, – сообразил папа. – Давайте попробуем.
Люк обрадовался и кинулся к причалу.
Я шла позади всех и, когда приблизилась, сразу же увидела: это вовсе не лодки, а самые настоящие гробы. Они были сделаны из черного полированного дерева. Крышки были прикреплены сзади и распахнуты. Они открывали взгляду алую атласную внутренность. Каждый гроб мог вместить одного человека.
У меня опять мурашки забегали по спине.
– Неужели вы и впрямь собираетесь ложиться в гробы? – спросила я.
– А что? – засмеялась мама. – В них вполне уютно. Вода совсем спокойная. Ничего страшного я не вижу, Лиззи.
– Чур первый! – крикнул Люк и побежал на самый конец причала.
Появились два монстра, чтобы помочь нам улечься в гробы.
– Ложитесь на спину. Приятного путешествия, – сказал один.
– Это будет последнее путешествие в вашей жизни, – хмыкнул другой.
Когда все устроились, монстры отвязали гробы и оттолкнули нас от берега.
«Ну вот, – подумалось мне, – я и лежу в собственном гробу. А рядом вся моя семья, и каждый тоже лежит на спине в своем гробу».
Гробы плыли спокойно, слегка покачиваясь на воде. Я глядела в яркое голубое небо. Надо мною проплывали ветви деревьев, растущих по обоим берегам.
Было так приятно, так спокойно.
И почему я все время ожидала чего-то страшного?
18
Лежа на спине, я не могла видеть остальных через бортики своего гроба. Но я слышала, как они переговариваются.
– Очень приятно, – сказала мама. – Здесь по-настоящему отдыхаешь.
– Уже становится скучно, – заныл Люк из переднего гроба. – А где же ужасы?
– Да, довольно интересное путешествие, – согласился папа. – Ты думаешь, мы и вправду приплывем куда надо? Видимо, мы вошли в фарватер.
– А я готова так плыть вечно, – мечтательно сказала мама.
– Здесь все маршруты очень длинные, – вставил Клай.
– Кто это там в небе? – спросил папа. – По-моему, ястреб. Вы видите?
Прикрыв глаза ладонью, я стала оглядывать небо. Прямо над нами действительно кружило что-то черное, чуть побольше, чем просто точка.
– Это не ястреб, – сказал мой брат. – Это стервятник. Он видит гробы и готовится терзать нашу плоть! – И зловеще захохотал.
– Люк! А ну-ка перестань болтать глупости! – рассердилась мама.
– Наверное, надо оставить его в Кошмарии, – сказал папа. – Купим ему костюм монстра, и пусть живет. Ему здесь самое место.
– Он и без костюма кого хочешь напугает, – подхватила я, немного развеселившись.
Плавание было успокаивающим и приятным, мы все были вместе, и тяжелые мысли понемногу отступили.
Я с удовольствием вытянулась в своем гробу, опустив по бокам руки, и разнеженно следила за черной птицей, парящей в ясном небе. Гроб покачивался с легким плеском.
Как тихо… Так приятно…
И не успела я ничего сообразить, как вдруг крышка моего гроба захлопнулась надо мной, и я оказалась в полной темноте.
19
– Ой! – вскрикнула я, но голос из-за тяжелой крышки, навалившейся сверху, звучал приглушенно.
Словно издалека я услышала несколько глухих ударов – это захлопнулись крышки других гробов.
Нет! Я не хочу!
Я стала изо всех сил сталкивать крышку обеими руками, но она даже не шелохнулась.
Набрав побольше воздуху, я попробовала еще раз, помогая себе коленями. Но крышка оставалась неподвижна.
Сердце начало так сильно биться, что заболела вся грудь. Воздух вокруг меня становился все более душным и жарким.
– Откройте! Откройте! – кричала я. Снова и снова я пыталась сдвинуть крышку.
Рядом были слышны приглушенные призывы Клая. Бедный мальчик орал без передышки.
С громким стоном я снова надавила на крышку изо всей мочи, и опять безо всякого результата.
– Без паники, Лиззи! Без паники! – громко успокаивала я сама себя. – Ничего особенного не произошло. Сейчас крышка откроется.
Тяжело вздохнув, я стала ждать.
Сосчитала до десяти.
Потом еще раз до десяти.
Крышка не двигалась.
Я заставила себя закрыть глаза и решила считать до пятидесяти. Я загадала, что когда досчитаю до пятидесяти, открою глаза и – крышка тоже откроется.
– …Двадцать два, двадцать три, двадцать четыре… – громко считала я тоненьким дрожащим голосом.
Дышать становилось все труднее. Спертый воздух сдавливал голову.
На двадцати пяти я не выдержала и открыла глаза. Крышка по-прежнему была закрыта. К тому же было жарко. Солнце накаляло черную крышку сверху. Воздуха в моей ловушке почти совсем не осталось. Скоро я изжарюсь здесь насмерть!
Я снова хотела крикнуть, но звук не выходил наружу. Тогда я начала дышать ртом, чтобы захватить хоть немного больше воздуха.
Снаружи доносились глухие крики и стоны. Неужели моя мама может так кричать!
– Это просто шутка, – сказала я вслух. – Глупая шутка. Сейчас крышка откроется, иначе и быть не может!
Но все оставалось по-прежнему. И воздух такой жаркий, такой спертый, такой нестерпимый! Почему крышка не открывается? Почему!
Я старалась не впадать в панику, но не могла. Все тело у меня дрожало и обливалось потом от ужаса. Я стала мокрой с головы до ног.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
