– Что и говорить, предложение очень заманчивое, тем более что мне нужен именно такой дом – просторный и красивый. Хотите осмотреть его? – предложил доктор, широко распахивая дверь и пропуская Джейн внутрь. – А пока я буду водить вас по дому, вы расскажете, почему вы хотели со мной сегодня встретиться, – добавил он, с улыбкой глядя на нее.
С точки зрения правил хорошего тона, принятых в высшем обществе, благовоспитанной девушке не пристало входить в нежилой дом с малознакомым мужчиной, но Джейн и не подумала отказаться. Осматривая дом, она могла спокойно рассказать доктору о Перри Пентекосте и одновременно решить, стоит ли ей покупать этот дом, если представится такая возможность.
– Мне хотелось бы продолжить наш вчерашний разговор, пока вас не отвлекут более неотложные дела, – проговорила она, наблюдая, как он раздвигает портьеры на двери, ведущей в парадную гостиную. – А как себя чувствует тот парнишка, которого вы спасли вчера?
– Лежит, испытывая сильную боль при каждом неосторожном движении. Этот парень родился в рубашке, – сердито произнес доктор, забыв о своем намерении быть вежливым в присутствии Джейн. – Если бы не Сэм, притащивший его ко мне, Бена могли отнести в суд, где ему грозило тюремное заключение за незаконное вторжение в чужие владения.
Хотя доктор все еще сердился на Бена за его глупую выходку, сегодня Том Кэррингтон в разговоре с Джейн тщательно подбирал слова и старался походить на тех мужчин, которыми, как ему казалось, была окружена девушка из высшего света. Доктор поймал себя на том, что с восхищением наблюдает за Джейн, которая с врожденной грацией, присущей только талантливым танцовщицам, вошла в гостиную и начала осматривать ее.
Почему он испытывает неизъяснимое волнение при виде этой девушки – столичной аристократки? Что это: тривиальное влечение или зарождение более глубокого чувства?
Леди Джейн сделала все, чтобы помочь ему, когда в его дом принесли раненого Бена. У доктора что-то дрогнуло в душе, когда он спустился в кухню и увидел, как Джейн расправляет засученные рукава дорогой блузки, перед тем как надеть модный жакет для верховой езды. На деньги, истраченные на эту дорогую одежду, семья бедняков могла бы прожить несколько недель!
Леди Джейн Бересфорд – воплощение всего самого несправедливого в современном обществе, подумал Том. Она принадлежит к правящему классу, который владеет всеми богатствами страны. Она принадлежит к классу землевладельцев, захвативших все плодородные земли и издавших несправедливые законы, защищающие права богатого меньшинства. Наконец, она принадлежит к классу, который держит народ в нищете и заставляет его влачить жалкое существование.
Том допускал, что и среди аристократов есть справедливые и милосердные люди, но, к сожалению, они были в меньшинстве. И если Джейн принадлежит к тем людям, которых Том с детства презирал, почему же ему так нравится эта девушка? Отмахнувшись от назойливых мыслей, он попытался вспомнить, что было предметом их вчерашней беседы.
– Если я все правильно помню, вы беспокоились об умственном состоянии… вашего родственника?
– Нет, не родственника, – покачала головой она и, помолчав, добавила: – Меня беспокоит душевное состояние моего друга, лорда Пентекоста.
Джейн увидела, как помрачнел доктор, услышав это имя.
– Я понимаю, что сейчас ему трудно завоевать ваше расположение, но…
– Трудно? Ну, это еще мягко сказано! – воскликнул доктор, открывая дверь в просторную комнату. – Принимая во внимание вчерашний случай с Беном, мое отношение к лорду Пентекосту вряд ли когда-нибудь изменится в лучшую сторону, – категорично заявил доктор Кэррингтон.
– Я сомневаюсь, что именно Перри виновен в случившемся, – заступилась за своего друга Джейн и без всякого перехода рассказала доктору о страхах, мучающих молодого барона. – И поскольку Перри всячески внушают, что он очень похож на своего дядю, он теперь боится, что с ним случится то же самое.
– Если заболевание его дяди единичный случай в семье, то лорду Пентекосту нечего бояться. – Зная, что Джейн заботится о друге детства, доктор мог бы ограничиться этим ответом, чтобы не расстраивать ее. Но, учитывая, что леди Джейн умная, проницательная девушка, доктор не решился обидеть ее недомолвками. – Однако если подобные случаи уже встречались в прошлых поколениях, тогда риск заболеть у лорда Пентекоста возрастает. Вы случайно не знаете, страдал ли кто-нибудь из его предков подобным заболеванием?
– К сожалению, я ничего не знаю и, скажу вам честно, не отважусь спросить об этом у матери Перри, – призналась Джейн.
– Тогда пусть он оплатит мой визит, и я немедленно осмотрю его. Если я что-нибудь заподозрю, тотчас же свяжусь с моими друзьями в Лондоне – специалистами в этой области медицины.
– Это было бы замечательно! – обрадовалась Джейн. – У меня бы отлегло от сердца, если б вы обо всем расспросили его сами, доктор Кэррингтон!
Если я не смогу помочь лорду Пентекосту, то хотя бы восстановлю покой в этой молодой девушки, подумал доктор.
– Я обязательно сдержу свое слово, – уверил ее доктор, получив в награду благодарный взгляд красивых глаз. – Но, леди Джейн, лорд Пентекост должен сам обратиться ко мне за консультацией.
Том знал, что семья Пентекостов пользуется услугами доктора Филдхауза, которого он считал бездарным и невежественным врачом. Отказываясь использовать современные методы лечения и работая по старинке, он компрометировал профессию врача, посещая только дома богатых, где ему платили за услуги полными пригоршнями золота.
– О да, конечно, я поговорю с Перри, – обрадовано сказала она, даже не пытаясь скрыть свои чувства. Каким бы ни было ее мнение о докторе Кэррингтоне, сейчас это совершенно неважно. Главное, что она доверяла ему как врачу.
Размышляя о достоинствах доктора Кэррингтона, она совсем не заметила, как они поднялись на верхний этаж и оказались в спальне.
– О боже! – воскликнула она, заливаясь краской от смущения. – Я считаю, нам нельзя ни минуты оставаться здесь одним, доктор Кэррингтон!
Ответом на ее слова стал гомерический хохот доктора.
– Дорогая моя, если бы я поставил своей целью соблазнить вас, то сделал бы это еще на первом этаже в гостиной. Если вы заметили, там стоит большой диван, который подошел бы для этого как нельзя лучше, – все еще давясь от смеха, проговорил доктор.
Вдруг он перестал смеяться и почувствовал, что в его настроении произошла внезапная перемена – он понял, что прямо перед ним стоит привлекательная женщина, неожиданно возбудившая в нем невероятное по своей силе желание. Стоит только подойти… но усилием воли он подавил в себе поднявшуюся бурю чувств, отведя взгляд от ее губ и молясь только об одном – чтобы это наваждение так же внезапно исчезло, как и появилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
