Добравшись до того места, где защитное ограждение было разрушено, я увидел Ратлита. Прислонившись плечом к фонарному столбу, он сидел на краю Ямы и кидал камешки вниз. Рубашка пузырем вздулась у него на спине.
— Эй, парень! Твой золотистый до сих пор торчит у Алегры?
Ратлит посмотрел на меня, а потом кивнул.
— В чем дело? Чего нос повесил? — спросил я, усаживаясь рядом. — Ты обедал?
Мальчишка пожал плечами. Он обладал пониженным метаболизмом и иногда не ел по двадцать четыре часа.
— Пойдем, угощу чем-нибудь. Почему ты такой грустный?
— Лучше уж выпить чего-нибудь.
— Я знаю, ты голоден, — сказал я ему. — Пойдем поедим. Кстати, если хочешь, купим тебе каких-нибудь сластей.
Ратлит не протестовал. Он встал и отправился за мной следом.
— Пошли поговорим по душам. Ты ведь больше не станешь просить у меня корабль?
Неожиданно Ратлит сжал мое предплечье белыми тонкими пальцами. Мое предплечье довольно мощное, и мальчик, конечно, не смог обхватить его рукой.
— Вим, вы должны уговорить Санди отдать корабль мне! Вы должны!
— Ты лучше скажи мне, парнишка, кто на тебя так давит.
— Алегра, — ответил Ратлит. — И золотистый. Ненавижу я золотистых, Вим. Я всегда ненавидел их. Потому что если тебе понравится один из них, а потом ты начнешь ненавидеть его снова — это плохо.
— Что произошло? Чем там занимаются твои друзья?
— Золотистый болтает без умолку. Алегра плавает в море галлюцинаций. И ни один из них не обращает внимания на меня.
— Понимаю.
— Да вы ничего не видите. Вы не понимаете, какие у меня с Алегрой были отношения.
Я отлично знал их обоих. Иногда они вместе...
— Знаю, вы хорошо относились друг к другу. — Если честно, то можно было сказать и больше... В этот раз за меня это сделал сам Ратлит.
— Мы хорошо относились друг к другу, вы же знаете, Вим. Мы нужны друг другу. С тех пор как Алегра перебралась сюда, я достаю ей все медицинские препараты. Она ведь сильно болеет и не сможет жить без наркотиков. И когда для нее наступают плохие времена или галлюцинации становятся слишком яркими, я прихожу к ней, и она рассказывает о том, что видит. Мы обсуждаем ее видения... беседуем. Когда-то Алегра была психиатром и работала на правительство. Она очень-очень много знает о людях. И она многому научила меня. Почти всему, что я знаю.
Пятнадцатилетний эксперт-психиатр, обученный двадцатилетней наркоманкой? Раннее развитие, породившее тринадцатилетнего романиста. Вот так-то. Это вам не гайки отвинчивать!
— Я нуждаюсь в ней точно так же, как она нуждается в своих... лекарствах.
— Ты говорил золотистому, что просил для него корабль?
— Но ведь вы сказали, что я никогда не получу его.
— Точно... поймал-таки меня. Почему бы нам не пойти и не спросить у этого золотистого напрямую, куда он хочет отправиться? Ведь если мы немного схитрим, в этом не будет ничего плохого?
Ратлит не сказал ничего. Его лицо словно окаменело.
— Поедим и сходим. И, черт возьми, я куплю тебе выпить. Может, я даже приму рюмочку вместе с тобой.
Глава 7
Алегра обрадовалась нашему приходу.
— Ратлит, ты вернулся! Привет, Вим! Я так рада, что вы оба здесь! Какая сегодня прекрасная ночь!
— Золотистый? — в первую очередь спросил Ратлит. — Где золотистый?
— Его здесь нет.
— Неужели?!
— Но он вернется!
И тут же торжествующая радость мальчика сменилась печалью.
— Ax, — огорченно вздохнул Ратлит. Словно разом рухнули в миг возведенные воздушные замки. Его вздох эхом пронесся по длинным коридорам. — Все дело в том, что я договорился. Я достал корабль твоему дружку. Корабль! Только надо настроить его двигатель. И твой золотистый сможет улететь, как только пожелает.
— Вот ключи, — сказал я, доставая их из кармана. В этот миг я ощущал себя второстепенным героем какой-то драмы. — Он может получить их прямо сейчас.
Когда я протянул ключи Ратлиту, мне показалось, что гремят фанфары и гудят трубы.
— Ох как это удивительно! Удивительно! Ты еще не знаешь, Ратлит? Ты тоже, Вим?
— Что я должен знать? — удивился Ратлит.
— Я тоже золотистая! — закричала Алегра. Она замахала руками, словно мы находились в толпе, а она хотела привлечь наше внимание. Наверное, ей казалось, что вокруг многие и многие тысячи зрителей.
— Что ты сказала?
— Я... я... я тоже оказалась золотистой. Я узнала об этом только сегодня.
— Не может быть, — фыркнул Ратлит. — Ты слишком старая, чтобы это проявилось только сейчас.
— Во мне что-то изменилось, — объяснила Алегра.
На мгновение мне показалось, что стены ее жилища завешены расчлененными телами. Звучала музыка Сибелиуса.
— В моем организме произошли какие-то перемены. Этот золотистый что-то изменил во мне, вытащил что-то из глубины моего «я». Прекрасное и удивительное чувство... Я — золотистая! Сейчас он отправился в лабораторию, чтобы окончательно оформить все документы. Они там все оформят, и он, видимо, принесет мой золотой пояс. Он скоро придет.
А когда он вернется, я вместе с ним отправлюсь в путешествие в какую-нибудь далекую-далекую галактику. Я стану его ученицей. Мы отправимся в путешествие и найдем лекарство от его болезни, и быть может, где-то там и я вылечусь от пагубной страсти к наркотикам. Золотистый сказал, что если исходить всю вселенную, то непременно найдешь то, что ищешь. Не знаю, понятно ли все это вам... Один взмах руки — и вас переносит от одной звездной грозди к другой...
Теперь я свободна, Ратлит! Я не могла и мечтать об этом!
Когда ты ушел... Ах, что делал этот золотистый... И когда я приняла его семя, мой гормональный баланс сместился.
Пары наркотиков, воздействуя на все мои пять чувств, воссоздали картину случившегося. Я увидел сплетенные тела золотистого и Алегры. Разрушив эротические фантазии, зазвенели ключи от корабля — Ратлит со всей силы швырнул их об стену. После у меня возникли совершенно странные ощущения. Ратлит, похоже, собрался уходить, но Алегра остановила его.
— Не уходи вот так, Ратти! Ну, подумай, у тебя же все впереди. Разве ты не останешься и не поговоришь со мной напоследок?
И он остался.
А я повернулся и ушел домой. Но я на всю жизнь запомнил восхищенное лицо Алегры.
Глава 8
Следующий день начался с сюрприза.
Около десяти мне позвонила Полоски и спросила, не знаю ли я, что случилось: Ратлит в этот день, видите ли, не вышел на работу.
— Ты уверен, что ребенок не заболел?
Я сказал, что видел его вчера поздно вечером и что с ним, скорее всего, все в порядке. Полоски хмыкнула и повесила трубку.
* * *
Санди ушел несколько минут назад, точно так же, как он делал всю неделю. Он хотел заскочить на почту перед тем, как она закроется. Он ожидал письмо из дома. По крайней мере, он так говорил. А я чувствовал себя неудобно, потому что забрал у него корабль. Что-то во всей этой истории казалось мне не правильным. Но ведь он сам отказался от него, иначе Ратлит до сих пор оставался бы другом Алегры. Возможно, так было бы лучше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
