Интересно, что, заняв демилитаризованные острова, Швеция нарушила Парижский договор, регулировавший статус этих островов, которые достались России по итогам Северной войны (1807 года), и закрепивший их нейтралитет после неудачной для нас Крымской кампании. При этом никто нам войны не объявлял. Британские корабли начали делать досмотр российских торговых судов на предмет наличия у них военной контрабанды. И стали пытаться сделать это не только в Северном и Балтийском морях. Британский посол был вызван в МИД и получил серьезную такую ноту протеста, звучащую как ультиматум, в том числе речь шла об конфискации всего имущества граждан Великобритании, если еще хоть один корабль будет задержан без официального объявления войны. А наш посланник в Лондоне был отозван для консультаций в Москву. В тоже время мы сумели предотвратить самое главное — втягивание в конфликт Австро-Венгерской монархии. Для этого мы передисоцировали к границам этого странного образования два корпуса, состоящих большей частью из призывников, параллельно укрепляя пограничные крепости. Но отступил Франц-Иосиф только после демарша Бисмарка, заявившего, что Германия решительно осуждает любые попытки развязать войну с Российской империей, подтвердив слова выдвижением трех корпусов к границам союзника. Балтийский флот пребывал на базах, не замечая агрессивных действий неприятеля. Пока что мы вели информационную войну. Надо было создать противовес той дикой антироссийской пропаганде, которая распространилась по всей Европе.
Следствие установило, что мичман Михаил Попов погиб во время шторма на Балтике, в который попал его корабль, свидетели видели, как его смыло волной за борт корабля. А вот означенные матросы числились беглецами с торгового корабля «Святая Анна», сбежавшими в Копенгагене. Как говориться, если бы удалось сделать сверку, выяснить, они ли это на самом деле, но следы были уничтожены. И пока что никак не удавалось найти того, кто конкретно стоял за этим преступлением. Я понимал, что время поможет, рано или поздно мы найдем и исполнителей, и заказчиков самого высокого уровня, но я понимал и то, что у нас времени не было.
На Швецию пролился буквально-таки «золотой дождь». Ее военно-морской флот пополнился двумя броненосцами (не самыми новыми) и пятью крейсерами британской постройки. Были введены в строй броненосец береговой обороны и шесть канонерских лодок местного производства. Еще два монитора передала Франция, а с ними девять миноносцев. Армия Швеции, которая насчитывала двадцать пять тысяч человек уже сейчас выросла до девяноста, и продолжала набирать людей. Конечно же, у небогатой аграрной страны денег на такую армию просто не было. Кредиты Ротшильдов под не самые высокие проценты… Но ведь их надо будет отдавать! 11 сентября было объявлено о помолвке короля Оскара III Шведского и британской принцессы Беатрисы Саксен-Кобург-Готской, младшей дочери покойной королевы Виктории, сестры нынешнего короля Эдуарда. Свадьба их намечалась на апрель следующего года. И это мне активно не нравилось. Возникала возможность даже вассалитета Швеции по отношении к Британии, кстати, эта новость неожиданно примирила сепаратистские настроения в Норвегии, где местная элита была практически вся пробританской. В то время, как Олаф II отошел от прорусской ориентации своего предшественника и все больше склонялся в сторону Германии, в чем полностью отражал настроения в своем государстве.
В Мариинском дворце, в моем кабинете состоялось совещание в самом узком кругу, посвященное подготовке к войне со Швецией. То, что эта война неизбежна — было очевидно. Требование расследовать нападение на посольство в Стокгольме откровенно игнорировалось. Сейчас в столице Швеции тон задавали советники из Лондона при поддержке Парижа. На горизонте стала маячить новая антирусская коалиция. В моем кабинете собрались военный министр Милютин, начальник Генерального штаба Ванновский, командующий гвардией фельдмаршал Гурко, генерал Воронцов-Дашков и полковник Мезенцев, как мое доверенное лицо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Господа! Считаю, что нам нет смысла ждать, когда вооруженные силы Швеции окрепнут настолько, что смогут сами начать наступление. Но и сейчас начинать военные действия мы не готовы. Я вчера устроил смотр гвардии. В парадном строю она на высоте. Красиво, грозно, и слишком блестяще! Иосиф Владимирович! А как вы оцениваете реальные боевые возможности гвардии?
Генерал Ромейко-Гурко стал фельдмаршалом в день моей коронации. Я хорошо запомнил его позицию и твердость характера, которые позволили мне стать императором. Авторитет его среди армии, особенно гвардейских частей был необычайно велик. И к его мнению в Санкт-Петербурге прислушивались.
— Государь, гвардия готова с честью выполнить поставленную перед ней задачу. В преданности гвардии сомнений быть не может. В воинском искусстве сомнения есть. Считаю, что гвардию необходимо начать готовить к предстоящим боям со всем усердием.
Да, была у меня такая мысль: бросить гвардию в бой без особой подготовки, чтобы у этих голубых князей кровушку попили, да всем показать, что нонешняя парадная гвардия ни на что, кроме как перевороты устраивать, не годна. Но! Это все-таки русская кровь! И проливать ее задарма — преступление! А вот почувствуют вкус крови и победы, тогда из них толк выйдет, возможно…
— Хорошо! Иосиф Владимирович, после принятия плана кампании прошу в трехдневный срок составить план учений гвардии и неукоснительно его соблюдать!
— Какие есть соображения по срокам военной кампании? Сергей Николаевич, кажется, у вас было что доложить по этому поводу?
— Так точно, Государь! По нашим данным, военные действия должны начаться по весне, приблизительно в мае месяце, когда Финский залив очистится ото льда. Планируется ввод британской эскадры, нанесение поражение и блокирование нашего Балтийского флота в Кронштадте, высадка десанта и захват Выборга, отторжение Финляндии. Венские Ротшильды уверяют своих лондонских родственников, что смогут вовлечь в кампанию в мае-июне Австро-Венгрию. Их уверенность строится на заговоре против кайзера Вильгельма. По последним данным, атака возможна перед Рождеством или сразу после него. Таким образом будет обеспечен нейтралитет Германии.
— Вы передали данные нашим коллегам из Берлина? — да, подлости британской разведки удивляться не остается никакой возможности. Нет предела совершенству. Вот и имеем против себя совершеннейшего подлеца. Да уж…
— Согласно повелению вашему, Государь, немедленно, как только убедились в их истинности. — твердо и чётко ответил Мезенцев. Я довольно кивнул головой. Тогда полковник продолжил:
— Более того, сейчас Франция прилагает все усилия, чтобы втянуть в коалицию Турцию. И очень может быть, что там тоже сменится визирь и к власти придут более лояльные Парижу вельможи. Как нам представляется, по планам противника, весна-лето следующего года должны стать временем создания широкой антироссийской коалиции.
— Тогда нам нет смысла тянуть, Государь! Надо вывести Швецию из коалиции чем быстрее! — медленно, как-то растягивая слова произнес Милютин.
— Мы предлагаем повторить опыт Ледяного похода Багратиона. — добавил начальник генерального штаба Ванновский.
— Петр Семенович! А вам не кажется, что захват Аландских островов и строительство на них укреплений как раз и связано с тем, чтобы не дать нам повторить опыт семидесятилетней давности? Самый краткий путь к Стекольне лежит через Аланды, если по льду. А еще на побережье у столицы шведы строят батареи береговой обороны, ставят шестидюймовые орудия Виккерса. Да и броненосцы могут стать на прикол у Стокгольма — еще одна линия обороны.
— Мы просчитывали такую возможность, Государь! Прошу обратить внимание на карту. Вот предложения Генштаба…
После жарких споров, с небольшими поправками, план Генштаба был принят.
Глава восьмая. Ледяной поход
Глава восьмая
Ледяной поход
Ништадт
11 декабря 1883 года
