Кара прикоснулась к окровавленному горлу мёртвого колдуна, отметив, что разорвано оно со свирепостью, не присущей почти ни одному зверю. В отличие от бойца, маг погиб хоть и лютой смертью, но быстро. Его широко распахнутые глаза снизу вверх глядели на женщину, и в них до сих пор стоял кошмар последних секунд жизни. На лице его застыло выражение ужаса и недоумения, словно… словно он никак не мог поверить в то, кто стал его убийцей.
И всё же, какая сила способна уничтожить Вижири и не остановить других пришедших сюда? Неужели им просто повезло и они сбежали? Кара нахмурилась: немертвые стражи исчезли, охранные чары разбиты, тогда кто же напал на вторгшихся? Кто?
Ей хотелось, чтобы с ней сейчас пришли и другие представители ордена, но это было невозможно. Они находились где-то в другом месте — впрочем, кажется, повсюду. Земля переполнена силами столь чёрными, что они ощущаются не только по всему Кешьястану, но и в Скосглене. Последователи Рашмы рассеялись по краю, как никогда ещё за всё время существования ордена.
А значит, осталась только она, одна из самых младших, не доказавшая ещё приверженность вере. Естественно, как и большинство шествующих путём Рашмы, её обучали независимости едва ли не с рождения, но теперь Кара чувствовала, что проникла в область, где ничего не значат ни тренировки, ни опыт.
Возможно… возможно, мёртвый Вижири всё ещё может объяснить ей, с чем она столкнулась здесь.
Из-за пояса Кара извлекла хрупкий на вид, но очень прочный кинжал, клинок которого украшала змейка зигзага. И лезвие, и рукоять были вырезаны из благородной слоновой кости, что могло лишь ввести в заблуждение. Кара без раздумий скрестила бы свой нож с любым другим, отлично зная, что наложенные на него заклятия сделали клинок крепче и острее обычного оружия.
Совершенно хладнокровно колдунья дотронулась остриём кинжала до вязкого пятна крови на разорванном горле мёртвого Вижири. Она поворачивала нож снова и снова, пока кончик его не покрылся густой жидкостью. Затем, держа клинок рукоятью вниз, Кара пробормотала заклинания.
Тёмно-красные пятна на лезвии ярко вспыхнули. Женщина, сосредоточившись, бросила ещё несколько слов.
Пятна стали изменяться — они росли, двигаясь, словно оживая или припоминая жизнь.
Кара, прозванная учителями Ночной Тенью, перевернула кинжал, а потом метнула его в пол.
Лезвие вонзилось наполовину, отнюдь не остановленное твёрдой поверхностью. Быстро отступив, Кара увидела, как костяной нож поглощают увеличивающиеся пятна, сливающиеся воедино, и неясно прорисовывается человеческая фигура ростом чуть-чуть повыше оружия.
Прочертив в воздухе невидимые узоры, колдунья произнесла вторую, финальную часть заклинания.
В отблесках красного пламени, в том месте, куда воткнулся костяной кинжал, материализовалась фигура в полный рост. Призрак, красный с головы до пят, от кожи до одёжи, уставился на женщину пустыми глазами. На нём было облачение колдуна Вижири, точно такое же, как и на трупе, лежащем за его спиной.
Кара напряжённо старалась удержать сходство фантома с погибшим магом. Раньше она всего лишь раз проделывала эту процедуру, причём в условиях куда более благоприятных. То, что стояло перед ней, большинство смертных назвали бы призраком или духом, но оказались бы лишь частично правы. Вытянутый из живой крови жертвы, фантом действительно обладал некоторыми чертами мёртвого духа, но вызов настоящего призрака требовал куда больше времени и усилий, а Кара сейчас спешила. На её вопросы наверняка ответит и этот.
— Назови себя! — потребовала она.
Красный рот задвигался, но из него не вылетело ни слова. И тем не менее в сознании женщины сам собой сформировался ответ:
Фауэтин…
— Что здесь произошло?
Фантом пристально посмотрел на неё, но не ответил. Кара прокляла себя за дурость, осознав, что создание способно только на простейшие фразы. Глубоко вдохнув, она поправилась:
— Ты уничтожил немертвых?
Отчасти…
— Кто истребил остальных?
Мгновение промедления, а затем:
Норрек.
Норрек? Это имя ничего для неё не значило.
— Вижири? Колдун?
К её удивлению, призрачная фигура покачала багровой головой:
Норрек… Вижаран…
Снова имя. Последняя часть, Вижаран, на древнем языке означала «слуга Вижири», но эта информация мало чем помогла Каре. Этот путь никуда не привёл. Тогда она вернулась к другой, куда более важной теме:
— Этот Норрек забрал доспехи с помоста?
И снова фантом еле-еле качнул головой. Кара нахмурилась, не припоминая, чтобы в науках упоминалось такое. Возможно, дух Вижири требует более необычного вызова. Она тщательно обдумывала следующий вопрос. Фантом — сущность ограниченная, и чародейка понимала, что может потратить весь день и всю ночь, спрашивая и спрашивая, но не получая никаких сколь-нибудь ценных знаний. Придётся Каре…
Из прохода позади раздался какой-то звук.
Юная волшебница повернулась вокруг своей оси. На кратчайший миг ей показалось, что она заметила в глубине слабый голубоватый свет, но он мгновенно исчез, и Кара решила, что лишь вообразила его себе. Это, должно быть, светлячок или какое-нибудь другое насекомое, но…
Осторожно подобравшись к туннелю, Кара с опаской вгляделась во тьму. Не поторопилась ли она, кинувшись прямо в главные покои? А если этот Норрек спрятался снаружи и поджидает?
Ерунда, но Кара слышала шум. В этом она была совершенно уверена.
И в этот момент звук раздался снова, но где-то в отдалении.
Пробормотав заклинание, Кара сформировала второй изумрудный шар, который немедленно поплыл по коридору в скале. Черноволосая женщина последовала за шаром в нескольких шагах от него, пытаясь понять, что она может сделать.
Больше никаких признаков ещё одного незваного гостя, но Кара должна быть осторожной. Любой, кто столь легко погубил Вижири, представляет собой смертельную угрозу. Она просто не может не придавать этому значения. Вдохнув поглубже, колдунья ступила в каменный проход…
…и тут же замерла, кляня себя за опрометчивость. Кара оставила в главных покоях кинжал, а она не осмелилась бы встретиться с неприятелем без него. И не только потому, что он давал ей полную защиту, но, забыв клинок, чародейка рисковала потерять его навсегда, просто подарив тому, кто может забрести в гробницу.
Она поспешно шагнула назад, концентрируясь на заклинании устранения фантома, но обнаружила лишь, что кровавая фигура уже испарилась.
Кара сделала ещё шаг, прежде чем осознала, что, случилось. Она остолбенела от ужаса. С фантомом исчез бесценный кинжал волшебницы, но не одно это лишило её дара речи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
