Читаем без скачивания Дуэль - Акиф Пиринчи

— Не подозреваю, а точно знаю, что убийца именно он! Агата очень больна, она поневоле завязала с прошлым и превратилась в безобидное создание. В отличие от Громыко. В его психике произошли необратимые отклонения после многолетней практики истребления и промышленного использования животных. Он не может остановиться, убивать животных стало его насущной потребностью. Этим он занимается на досуге как хобби.

Все это звучало вполне логично. Громыко действительно мог оказаться преступником. Но к сожалению, у нас не было прямых доказательств его вины. Внезапно перед моим мысленным взором предстал мой толстый хозяин, который из-за своего огромного, набитого силосом живота с трудом мог самостоятельно подстричь ногти на ногах. Меня мучило чувство вины перед Густавом. Ведь он, наверное, страшно волнуется по поводу моего долгого отсутствия и наверняка забил тревогу, известив о моей пропаже полицию и пожарную охрану. Я хорошо его знал и не сомневался, что он уже поднял на ноги всех соседей, организовал мои поиски, расклеил на деревьях объявления о моей пропаже с фотографией, не забыв указать сумму щедрого вознаграждения тому, кто меня найдет. Я был его единственным другом и отрадой. Во мне он находил утешение от разочарований жизни. Потеряв меня, Густав потеряет самого себя. Да, отношения между человеком и животным могут быть очень крепкими и сердечными!

С другой стороны, небольшая паника ему не повредит. Впредь сто раз подумает, прежде чем выбрасывать меня из дома в снег и мороз, следуя дурацким идеалам здорового образа жизни. Я уже хотел остаться на ночь здесь, перед огромным, как печь крематория, камином, а под утро неожиданно явиться домой, прыгнув на окно туалетной комнаты, словно полярный исследователь с борта ледокола на родной берег. Я был уверен, что после такой встряски хозяин больше не будет мешать мне мирно медитировать и дремать в тепле и уюте.

Тут я посмотрел на владельца этого здания и сразу же отрезвел. Максимилиан прохаживался взад и вперед перед камином, погрузившись в задумчивость. Длинные полы его пурпурного бархатного халата касались паркета. Лицо с белесыми глазами обрамлено седой гривой волос. Он сжимал кулаки, как будто готов был в любой момент броситься в бой. Время от времени он подходил к ноутбуку, смотрел, прищурившись, на экран и еще крепче сжимал кулаки. В нем, несомненно, шла какая-то внутренняя борьба. Мне было странно, что человек так сильно озабочен судьбой животных.

— К сожалению, я должен попрощаться с тобой, Фабулус, — сказал я и спрыгнул с подоконника на пол. — Хотя мне очень понравился здешний корм, я должен вернуться к своему толстяку. Мне его очень жаль, он сейчас, наверное, сам не свой от тревоги.

— Я провожу тебя до двери.

Фабулус тоже спрыгнула, и мы двинулись к выходу. Когда мы проходили мимо клеток, Фабулус заметила мой удивленный взгляд и тряхнула головой.

— Не бойся, Френсис, клетки заготовлены для питомцев Агаты. Они пробудут здесь недолго, а потом их передадут в хорошие руки, не запятнанные кровью. А вон там, — Фабулус кивнула в сторону операционной, совмещенной вместе с лабораторией, — находится амбулаторный медицинский центр, в котором работают эти ребята. Они тщательно осматривают каждое вновь прибывшее животное и оказывают ему необходимую помощь. Поскольку мы имеем дело со злодеями, то не можем быть уверены, что они не издеваются над животными, прежде чем убить их.

— Прими мои извинения по поводу намеков на неправильное использование пожертвований. Должен признать, ваш босс использует их весьма эффективно.

Я с улыбкой кивнул на огромную клетку с золотой табличкой. Фабулус усмехнулась.

— У этой клетки действительно внушительные размеры. Отгадай, кто, по-твоему, мог бы добровольно запереться в ней?

— На табличке выгравировано слово «Макс». Вероятно, эта клетка предназначена для человека с таким именем.

— Ты снова попал в точку! Максимилиан не только считает своим долгом заботиться о благе животных, но и хочет на собственном опыте испытать все их страдания. Поэтому порой он просит запереть себя в этой специально для него изготовленной клетке и проводит в ней несколько дней. Так что он хорошо знает, что чувствуют, например, звери в зоопарке.

— Прекрати! — воскликнул я. — Не забывай, что у меня с собой нет ни гроша для пожертвований вашей организации. Но я обязуюсь завтра соорудить святилище и поклоняться в нем твоему Максимилиану, отбивая поклоны раз восемь на дню.

Мы подошли к выходу и остановились у стены, вдоль которой пролегали трубы коммуникаций. Поодаль, словно парус, висел плакат «Энимал фарм».

— Благодарю тебя за гостеприимство и расширение моего кругозора, Фабулус, — сказал я на прощание. — Теперь и я призадумаюсь о том, как нам вырвать сородичей из рук злодеев. Можешь полностью рассчитывать на мою поддержку!

— Спасибо, Френсис! Прости за неприятности, которые тебе доставили наши парни!

Возникла неловкая пауза. Я ждал, что Фабулус сейчас покажет мне на дверь, но она медлила в нерешительности. Стальные дверные створки были снабжены надежными замками и могли, наверное, выдержать штурм целой армии мучителей животных. Они не распахнулись при моем приближении, и я не знал, как открыть их. Фабулус наконец пришла в себя и смущенно улыбнулась. В золотистых глазах загорелись лукавые искорки.

— О Боже, я совсем забыла о том, что двери закрыты! — воскликнула она и, подняв голову, взглянула вверх.

Я тоже поднял голову и увидел проходившие по потолку трубы. Некоторые из них прерывались и были повреждены. Должно быть, из трубопроводов вырезали те части, которые проржавели, но не стали заменять новыми, чтобы сохранить атмосферу старомодного стиля.

— Иди по одной из труб, Френсис. Она куда-нибудь приведет тебя. Правда, куда именно, я не знаю. Но в любом случае ты окажешься на улице.

— Надеюсь, мы скоро увидимся.

Я прыгнул в одну из обрезанных труб, однако тут же вернулся на паркет.

— Еще один вопрос, — торопливо сказал я.

Фабулус с недоумением посмотрела на меня.

— На плакате изображены очертания животного, но я не пойму, какого именно, — продолжал я.

Фабулус сначала удивленно вытаращила на меня глаза, а потом взглянула на плакат. Она смотрела на него так долго и внимательно, как будто видела впервые.

— Я точно не знаю, — проговорила она после длительного молчания. — Думаю, это один из представителей семейства кошачьих.

— Ты не знаешь точно, хотя это плакат организации, за которую ты готова взойти на костер? — удивился я.

Фабулус сделала нетерпеливое движение лапкой.

— Помилуй Бог, Френсис, это всего лишь какой-то глупый плакат, выпущенный тупым рекламным агентством. Художник придумал какой-то нелепый, но бросающийся в глаза, а значит, запоминающийся образ и не долго думая изобразил его здесь. А почему ты спросил?

— Очертания этой фигуры напоминают мне… — начал было я, но вдруг замолчал, решив не договаривать фразу до конца.

Да, действительно, изображенное на рекламном плакате существо напоминало призрак, который я видел в заснеженном саду, а также приснившееся мне в странном сне чудовище. Быстро простившись с Фабулус, я снова прыгнул в трубу и в полной темноте двинулся по ней. Этот туннель был сделан как будто специально для меня. Здесь я чувствовал себя в безопасности. Мои шаги и дыхание отдавались легким эхом. Здесь было сухо и чисто.

Внезапно начался крутой спуск и, скользя лапами, по внутренней поверхности трубы, я подумал о том, что забыл задать Фабулус еще два вопроса. Во-первых, меня интересовало, что означали слова на плакате «СКОРО/10.1.2003»? Что должно произойти в этот день, до которого оставалось меньше месяца? Может быть, речь идет о какой-то грандиозной акции по сбору пожертвований или массовой демонстрации в защиту прав животных, устраиваемой в каком-то мегаполисе? Или имеется в виду акция протеста против японских и норвежских промысловиков в духе «Гринпис»? Мне захотелось вернуться и спросить Фабулус, у которой на все был готов ответ, но пора было возвращаться домой.

Кроме того, болела рана на заднице. И вовсе не след от иглы, погрузившей меня в длительный обморок. Я был уверен в этом, как, впрочем, и в том, что я не получил это ранение в драке с Адрианом. Внезапно я вспомнил операционную на бывшей фарфоровой фабрике…

Все произошедшее со мной необходимо тщательно проанализировать. Но сейчас у меня не было на это времени. Скат становился все круче, и впереди в трубе забрезжил свет. Я услышал шум и громкие голоса!

ГЛАВА 6

Дальше труба пошла вертикально вниз, и я стал падать. У меня перехватило дыхание. К счастью, падение длилось несколько секунд, и я приземлился на что-то мягкое. Первое, что я увидел, было узкое оконце, сквозь которое пробивался тусклый свет от звезд и блестящего снега. Я оказался в затхлом помещении, где пахло плесенью. Где-то в углу, судя по звукам, стоял отопительный котел. Мне стало ясно, что я попал в подвал фабрики. Это было огромное помещение с кирпичными стенами.