Еще раз сверкнула молния, и через несколько секунд над морем прокатились зловещие раскаты грома. Из воды откликнулась сердитым рычанием сцилла, услышав в небесном громе вызов соперника. Но для Марис это означало другое она поняла, что шторм проходит стороной. В то время как она летела на северо-запад, шторм отдалялся к западу: так и так ей надо уходить из-под шторма. Что-то радостно взыграло в ней, она резко развернулась, закружила, вычертила петлю, с наслаждением перескакивая из одного потока в другой, как воздушный акробат. Ветер покоряется ей, и ничего плохого уже не случится!
Тем временем Корм сократил разрыв, и, когда Марис, закончив очередную петлю, начала набирать высоту, она увидела его совсем близко и услышала его голос. Он кричал, что она не сможет нигде приземлиться, что она теперь изгнанница с крадеными крыльями. Бедный Корм! Он еще не знает ее замысла.
Марис спланировала почти к самой воде. Волны катились в нескольких футах от ее ног, и она уже чувствовала на губах вкус соли. Корм хотел уничтожить ее, загнать в воду... Что ж, сейчас она совсем беззащитна. Все, что ему нужно,- это догнать ее и спикировать. Но теперь она знала, что Корм не сможет ее настичь, как бы он ни старался, и к тому времени, когда она вышла из-под навеса тяжелых облаков в чистое ночное небо, Корм был лишь маленькой точкой далеко позади. Звезды отражались в серебре ее крыльев, и Марис летела вперед, пока Корм не пропал из виду. Убедившись, что не может найти в небе яркую полоску его крыльев, она набрала высоту и повернула на юг в уверенности, что Корм будет слепо продолжать полет в прежнем направлении, пока не сдастся и не вернется на Эмберли.
Крылья!.. Звезды над головой... Полет захватил ее, и на какое-то время в душе воцарилось спокойствие.
Через несколько часов вдали показались огни Лауса, яркие маяки на вершине Старой Крепости. Марис чуть свернула, и вскоре перед ней раскинулась громада полуразрушенного древнего замка, мертвого, если не считать огней маяка. Она облетела замок и направилась к песчаной косе на югозападе маленького скалистого острова. На Лаусе не так много жителей, чтобы поддерживать дежурство на посадочной полосе, но как раз сегодня Марис это устраивало: никто не будет задавать вопросов. Никем не замеченная, она мягко приземлилась, подняв фонтаны песка, и выпуталась из крыльев.
В конце площадки у самой прыжковой скалы ютился маленький, простой домик Дорреля. Когда никто не откликнулся на стук, Марис вошла и позвала его по имени. Дом молчал. Мимолетное разочарование тут же сменилось испугом. Где он? Как долго его не будет? Что, если Корм догадается, где она, и застанет ее здесь до возвращения Дорреля?
Марис запалила лучину от еще горячих углей в очаге, зажгла свечу и оглядела комнату, пытаясь понять, куда и надолго ли отправился ее друг. Aгa! Всегда аккуратный Доррель оставил на столе крошки рыбного пирога. Она заглянула в дальний угол комнаты: Анитры тоже не было на обычном месте. Значит, Доррель где-то охотится со своим ночным соколом.
Надеясь найти его где-нибудь поблизости, Марис опять поднялась в воздух и вскоре обнаружила Дорреля в западной части острова на скале посреди мелководья. Сложенные крылья висели у него за спиной, Анитра сидела на вытянутой руке и доедала кусок рыбы, которую, очевидно, только что поймала. Доррель о чем-то "разговаривал" с птицей и заметил Марис, лишь когда она, пролетая над скалой, на секунду закрыла от него звездный свет.
Доррель смотрел, как она кружит, опасно низко, и на мгновение Марис показалось, что он ее не узнает.
- Доррель! - крикнула она срывающимся от волнения голосом.
- Марис? - на его лице отразилось удивление. Она развернулась и поднялась выше.
- Выходи на берег. Мне нужно с тобой поговорить.
Доррель кивнул, резко поднялся и подбросил птицу в воздух. Анитра неохотно выпустила из когтей рыбу, легко взмыла в небо, взмахнув бледными белесыми крыльями, и закружила там, ожидая хозяина. Марис повернула к посадочной площадке.
На этот раз она снизилась слишком быстро и неловко упала, расцарапав колени. Напряжение, кража, ночная погоня, усталость, столько дней без полетов, удивительная смесь боли, волнения и радости, которую принесло свидание с Доррелем, все это сказалось на ней, и теперь она просто не знала, как себя вести дальше. В ожидании Дорреля она занялась крыльями, заставляя себя механически повторять знакомые движения, не в силах думать ни о чем важном. Из ссадин на коленях сползали, струйки крови, но она не обращала внимания.
Наконец приземлился Доррель, плавно и легко. Он был удивлен ее внезапным появлением, но не позволил чувствам отвлечь его в воздухе и опустился на песок, как всегда, безукоризненно. Для него это было больше чем предмет гордости: врожденное чувство, полученное в наследство вместе с крыльями. Увидев, что он снял крылья, Анитра тут же села к нему на плечо.
Протянув руки, Доррель сделал шаг навстречу Марис. Птица громко закричала. Он хотел обнять Марис, но она неожиданно подняла с земли сложенные крылья и сунула в его протянутые руки.
- Вот,-сказала она.- Сдаюсь. Я украла эти крылья у Корма и теперь сдаю их тебе и сдаюсь сама. Я прилетела, чтобы просить тебя созвать Совет, потому что ты летатель, а я нет. Ведь только летатель может это сделать.
Доррель уставился на нее так, словно его внезапно пробудили от тяжелого сна и он еще толком ничего не понимает. Марис, чувствуя смертельную усталость и досаду, добавила:
- Я объясню. Пойдем домой. Мне надо отдохнуть.
Идти было не близко, но почти всю дорогу они шли молча, не касаясь друг друга, и Доррель лишь спросил:
- Марис... Ты что, действительно... украла?..
- Да, действительно,-отрезала она, потом вдруг вздохнула, сделала движение, словно намереваясь взять его за руку, но остановилась. - Прости, Доррель. Я не хотела... Я устала и, наверно, просто боюсь... Никогда не думала, что встречусь с тобой вот так...
Дальше они шли молча. Доррель не задавал вопросов, и только Анитра у него на плече бормотала и вскрикивала, недовольная столь кратковременной охотой. Уже в доме Марис забралась в большое мягкое кресло, расслабилась и постаралась успокоиться. Наблюдая, как Доррель занимается обычными знакомыми делами, она и в самом деле стала немного спокойнее. Тем временем Доррель посадил Анитру на насест, закрыл занавеской (другие одевают на своих птиц колпаки, но он этого не одобрял), развел огонь в очаге и подвесил котелок с водой.
- Чай?
- Да.
- Я положу ягод керри вместо меда. Тебе бу- дет полезно.
- Спасибо,- Марис почувствовала новый прилив теплых чувств к нему.
- Хочешь переодеться? Одень мой халат.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
