class="p1">Далее она достала другой флакон:
– Это мускус, еще более сильный афродизиак. Запомните одно правило: наносите один, никогда не наносите второй запах. Не смешивайте их!
– То же правило касается благовоний, которые вы расставляете в комнате, до прихода султана. Нанесли на себя мускус, можете зажечь амбру, но не более. Каждой из вас будут созданы собственные ароматы, которыми вы будете пользоваться. Ни одна из вас не должна применять аромат другой! Это строгое правило султана. Нарушая его, вы получите пять ударов фалакой (удары по оголенным ступням палкой)
– Завтра мы научимся с вами варить кофе, как любит султан и выбирать сладости и фрукты, чтобы они сочетались между собой. А сейчас Алим проводит вас к Фатиме, – девушки взволновано защебетали и захихикали.
– В чем дело? – грозно спросила валиде.
– Ни в чем госпожа, – склонили послушно голову четверо будущих наложниц. Они уже слышали от более старших девочек, про уроки Фатимы, второй жены султана. Та обучала, как прежде всего доставить султану удовольствие и получить самой. Уроки проходили в специальном павильоне, где ученицы познавали первые прикосновения, ласки и страсть, на примере друг друга. Фатима встретила их сидя в позе лотоса на ковре, где были разбросаны подушки разной длины и формы. Девочки поприветствовали жену султана, как подобает и та велела им сесть вокруг.
– Сегодня мы научимся упражнению, которое вы должны выполнять каждый день, – строго сказала Фатима – Садимся как я и напрягаем внутренние мышцы бедер и выше. Напрягаем, отпускаем и повторяем, – Девочки послушно пытались сделать, как велела Фатима.
– Если вы все делаете правильно, к концу этого часа я жду от вас результата. Каким он будет, я увижу сама, – хитро улыбнулась Фатима.
– Живот не напрягаем, Салима, – удар палкой по голому животу был болезненным. Фатима строго следила за нами, чтобы все делали правильно. Одно могу сказать, через час мы и сами поняли, что означает это упражнение.
Глава 14. Гарем продолжение
К 14 годам я уже бывала на вечерах, наблюдая за теми, кто уже достиг возраста быть выбранной султаном на ночь. Утром девушки хвалились подарками и обсуждали их между собой. Часто это были красивые шали из шелка или перстень. Драгоценности дарились не слишком часто. Все же мы еще не имели статус любимой наложницы – гюзде. Если кто-то из наложниц беременела, то ей присваивался статус счастливой – икбал. После рождения ребенка наложница становилась женой султана – кадын. У нее была отдельная комната и рабыни-служанки. Но самым значимым был титул султанши, как правило, его удостаивались те, кто родил сыновей и то не всегда. Если по какой-то причине султану переставала нравиться его новая жена, то она оставалась в своем прежнем статусе. Обладая властью, но не такой, как султанша. Султанша подчинялась только матери султана валиде-султан и конечно, самому султану.
Войдя в покои к султану, девушка становилась на колени и ползла до его постели, целуя ковер. Затем медленно раздевалась перед своим господином, чему тоже обучали долгие годы. Как правило, ночь длилась долго, за одну ночь султан мог передумать и позвать другую наложницу или отослать всех прочь. Остальные, кого допустили из наложниц сидели в углу и услаждали слух музыкой и пением, в зависимости от того, что желал господин.
– Подойди сюда, – раздался голос, и я вздрогнула, оторвалась от струн, что перебирала задумавшись. Султан смотрел на меня, отстранившись от Халиды, что он выбрал на сегодняшнюю ночь. Я встала на колени и поползла к султанскому ложу. Достигнув его, склонилась, прижимая голову к ковру.
– Встань! – приказал султан. Я подчинилась.
– Разденься, – мои одежды медленно упали к ногам. Султан рассматривал меня, заставив повернуться.
– Завтра, ты придешь в мои покои, – сказал он, махнув рукой, отпуская меня.
Утром нам дали поспать немного дольше и я после завтрака сидела и ждала, когда меня пригласят в бани. Но пришел Алим и отвел меня к валиде-султан, Накшидиль. Это была красивая женщина, несмотря на то, что родила отцу нынешнего султана пятерых детей, она сохранила стройность тела и грацию. Одежды с золотой вышивкой и драгоценными камнями, множество перстней и браслетов. Глаза подведены сурьмой и строго рассматривали меня, изучая. Покои султан-валиде, также были богато обставлены и удивляли своей роскошью. Страстью матери султана были статуэтки из золота и серебра, что стояли вокруг на маленьких столиках и изящных полках. Та собирала их сама, покупая в лавках ювелиров, но чаще всего ей их дарили.
– Подойди ближе, – приказала Накшидиль – Мой сын позвал тебя сегодня первый раз?
– Да, моя госпожа, – не смея поднять голову, я склонилась в поклоне, опустившись на колене и целуя подол роскошного платья, матери султана.
– С какого возраста ты обучаешься?
– С пяти лет, госпожа.
– Алим, – обратилась валиде к евнуху – Налей нам шербета! Можешь встать – то уже ко мне. Я встала, склонив голову, и старалась не смотреть на Накшидиль, это могло повлечь наказание, если мой взгляд не понравится матери султана. Алим поднес нам напиток в высоких стеклянных бокалах и я взяла свой с подноса, только после того, как взяла валиде. То, что сучилось дальше, было похоже на настоящий кошмар. Валиде отпила шербет и схватилась за горло, забилась в судорогах и замерла, глядя открытыми глазами в расписной потолок. Алим схватил меня, выкрикивая стражу, что потащила меня по коридорам к султану.
– Она отравила вашу мать! – закричал Алим, хватая меня за горло, царапая кожу большим золотым перстнем. Султан оглянулся на нас, когда мы ворвались в его покои, он стоял у балкона, глядя на сад.
– Ты уверен? – спросил он Алима.
– Да, мой господин, – склонился он.
– Позови главного евнуха, – приказал султан – Зачем ты это сделала? – спросил он уже меня.
– Мой господин, – упала я рыдая на колени, – Я клянусь вам, я ничего не сделала! – в зал вошел главный евнух.
– Ваша мать мертва, мой господин, – это яд, она умерла мгновенно!
– Ответь мне! Какая причина. Убить мою мать?! – закричал султан.
– Нет причины, я не убивала, мой господин, – рыдала я.
– Принеси драгоценности моей матери, – приказал он евнуху и тот отправился выполнять приказ. Через пять минут он внес шкатулку с драгоценностями и затем разложил содержимое.
Султан наклонился над большим золотым подносом, где сверкали перстни с алмазами разной величины и огранки. Немного подумав, выбрал два и протянул главному евнуху. Тот поклонился и передал один из перстней другому евнуху, а второй надел на свой мизинец, благодаря султана. Евнух получивший первый перстень сел у небольшого столика и достал инструменты завернутые в бархатный лоскуток. Я уже поняла, что меня ждет, и подняла взгляд
