Читаем без скачивания Разрушенный дворец - Эрин Уатт

– Мы можем поиграть, когда я сорву твою вишенку: я буду девственником, а ты – опытной старшеклассницей.

Я ударяю его: Рид это заслужил – но он лишь начинает смеяться еще сильнее. И пусть он смеется надо мной, но счастливый Рид нравится мне куда больше, чем тихий и злой.

Правда, его хорошее настроение мигом улетучивается, когда мы входим в дом, где нас строгим взглядом приветствует Каллум.

– Рад, что вам весело, – ровным голосом говорит он, как только мы заходим на кухню.

Заметив Стива, я подпрыгиваю от удивления. Это покажется безумием, но я все время забываю о нем. Мой мозг, похоже, не в состоянии справляться сразу с несколькими кризисными ситуациями зараз, и единственное, о чем я пока могу думать, – это о том, что Риду грозит тюрьма. Каждый раз, увидев Стива, я словно заново узнаю, что он жив.

От меня не ускользает, как он прищуривается, когда замечает руку Рида у меня на плечах. На его лице отражается что-то типа родительского неодобрения, к чему я совершенно не привыкла: с мамой всегда было легко.

Я выскальзываю из-под руки Рида, притворившись, что мне нужно залезть в холодильник.

– Хочешь чего-нибудь? – спрашиваю я у него.

Рид весело улыбается мне.

– Конечно, а что ты можешь предложить?

Придурок. Он понял, почему я скинула его руку, и теперь подшучивает надо мной. Справившись с порывом показать ему средний палец, я достаю баночку йогурта.

Каллум хлопает в ладоши, чтобы привлечь наше внимание.

– Берите ложки, я буду ждать вас в моем кабинете.

– Мы будем, – поправляет его Стив.

Махнув рукой, Каллум уходит.

– Брось свои намеки, – шипя на Рида, я достаю из ящика ложку.

– Зачем? Папа знает про нас.

– А Стив – нет, – напоминаю я ему. – Все это так странно, понимаешь? Давай будем притворяться, что мы просто…

Рид выгибает бровь.

– …друзья, – заканчиваю я, потому что все другие варианты кажутся слишком неприятными.

– Притворяться? Я думал, мы и есть друзья. Ну все, ты убила меня. – Он театральным жестом прикладывает руку к своей груди.

– Еще нет, но это можно поправить. – Я угрожающе помахиваю перед ним ложкой. – Я не боюсь дать волю рукам, приятель.

– Жду не дождусь. – Опустив руку на мое бедро, Рид притягивает меня к себе. – Почему бы тебе не дать волю рукам прямо сейчас?

Я облизываю губы, притягивая к ним его взгляд.

– Рид! Элла! – кричит Каллум. – В мой кабинет. Сейчас же!

Я отпрыгиваю от Рида.

– Пойдем.

Мы входим в кабинет. Стив стоит, прислонившись к столу, Каллум меряет шагами комнату. Все наше хорошее настроение мигом испаряется, стоит нам увидеть в одном из кожаных кресел, стоящих перед столом, Хальстона Гриера.

– Мистер Гриер, – натянуто здоровается с ним Рид.

Гриер поднимается на ноги.

– Рид. Как дела, сынок?

Рид обходит меня, чтобы пожать ему руку.

– Мне уйти? – смущенно спрашиваю я.

– Нет, Элла, это касается и тебя тоже, – отвечает Каллум.

Рид тут же встает рядом со мной и кладет руку мне на талию, словно хочет защитить. И только сейчас я замечаю, что галстук у Каллума перекошен, а волосы торчат в разные стороны, как если бы он сотни раз проводил по ним рукой. Мой взгляд перебегает на Стива. Он одет в джинсы и свободную футболку. По нему не скажешь, что он чем-то обеспокоен.

Даже не знаю, на кого из них равняться. Мой взгляд мечется между взъерошенным Каллумом и спокойным Стивом. Может, речь пойдет обо мне, а не об убийстве?

– Тебе лучше присесть. – Это говорит Гриер.

Я качаю головой.

– Спасибо, я постою.

Садиться опасно: когда стоишь, убежать можно быстрее, чем если сидишь, потому как тебе нужно для этого еще и встать.

– Папа, – начинает Рид.

Каллум вздыхает и проводит тыльной стороной руки по щеке.

– Судья Делакорт пришел ко мне с интересным предложением. – Он умолкает. – Оно касается образцов ДНК, которые нашли под ногтями Брук.

Рид хмурится.

– И что?

– Делакорт готов потерять эти улики.

У меня отвисает челюсть. Отец Дэниела – судья. И он предлагает «потерять» улики? В жизни не встречала настолько продажных людей.

– И какая цена? – спрашиваю я.

Каллум поворачивается ко мне.

– Дэниел вернется в Астор-Парк. Ты отзовешь свои обвинения и признаешься, что приняла наркотики по собственной воле. – Он переводит взгляд на своего сына. – Когда ты с братьями нашел ее, она сочинила историю, чтобы ваша неприязнь к ней не стала еще больше. Это цена.

Каждая клеточка моего тела восстает против сценария, описанного Каллумом.

Рид взрывается словно вулкан.

– Вот проклятый ублюдок! Ни за что!

– Если я это сделаю… – я делаю глубокий вдох, – с Рида снимут все обвинения и дело закроют?

Эти вопросы я задаю адвокату.

– Ты не станешь этого делать, – сжав мою руку выше локтя, требует Рид.

Я вырываюсь из его хватки и снова обращаюсь к адвокату.

– Если я это сделаю, – повторяю я, сжав зубы, – Рид будет спасен?

Рид кричит на своего отца из-за того, что тот даже на секунду задумался об этом. Каллум пытается успокоить его, уверяя, что и сам не советует мне выбирать этот вариант.

Хотя очевидно, что он хочет этого, иначе сразу бы отказал Делакорту. Мне немного обидно, но я понимаю его. Каллум пытается спасти своего сына от тюрьмы.

Тем временем Стив не произносит ни слова. Он просто наблюдает за происходящим. Но сейчас меня не волнует, кто еще есть в кабинете, – я жду, что ответит мне адвокат.

Несмотря на творящийся в кабинете хаос, Гриер сохраняет полнейшую невозмутимость и складывает руки с идеальным маникюром на коленях. Интересно, кого он видит, когда смотрит на меня: хрупкую девочку, глупышку, дуреху? А может, ту, которая так сильно любит своего парня, что готова ради него на все?

Но ведь это… такая мелочь. Дэниел Делакорт появится в моей жизни еще на несколько месяцев, чуть больше подлых детишек из Астор-Парка будут шептаться у меня за спиной, меня буду считать наркоманкой. Но все это в обмен на свободу Рида?

Оно того стоит.

– Это не повредит, – наконец отвечает Гриер.

И тут Рид снова срывается.

Глава 10

– Ни за что!

Стоит адвокату закончить фразу, я тут же оставляю отца в покое, подхожу к Элле и встаю между нею и этой змеей, пока он не успел уговорить ее согласиться.

– Этому не бывать! Нет!

Элла отходит от меня.

– А что с видеозаписями?

– Они тоже могут исчезнуть, – отвечает Гриер. – Похоже, что Делакорт собаку съел на том, как избавляться от улик.

– Поверить не могу, что кто-то из вас может считать это отличной идеей! Дэниелу нельзя и на сто километров приближаться к Элле, – запальчиво говорю я. – Вы совсем охренели, что ли?

– Следи за языком, – делает мне замечание отец, хотя раньше ему не было дела, ругаюсь я или нет.

– Ты так считаешь? – набрасывается на меня Элла. – По-твоему, лучше двадцать пять лет просидеть в тюрьме? Если, проглотив свою гордость, я смогу спасти тебя, то для меня это никакая не фигня!

Почему-то Элле никто не говорит следить за языком, и это еще больше выводит меня из себя.

Я поворачиваюсь к отцу, потому что именно его нужно убедить в первую очередь, иначе Эллу нельзя будет отговорить от этой сделки. Смогут только папа и этот грязный адвокатишка.

– Как же подло с твоей стороны! Этот ублюдок – настоящий псих, а ты хочешь вернуть его? Нет, хуже! Ты хочешь, чтобы Эллу унижали всю ее жизнь?

Папа сердито смотрит на меня.

– Я пытаюсь спасти тебя от тюрьмы. Это не самая лучшая идея, но вы оба должны были выслушать ее. Вы хотите, чтобы я обращался с вами как со взрослыми? Тогда вам придется принимать взрослые решения, – рявкает он.

– Значит, я принял решение! Дэниел остается там, где он сейчас находится, а мы выиграем это дело по существу, потому что я, мать вашу, никого не убивал. – Я отчеканиваю каждое слово, чтобы никто не ослышался.

Элла хватает меня за запястье.

– Рид, прошу тебя!

– О чем ты меня просишь? Ты понимаешь, что начнется в школе, если ты скажешь, что солгала про Дэниела? Ты не сможешь ходить по коридорам в одиночку. Кому-то из нас все время надо будет находиться рядом с тобой. Джордан порвет тебя на мелкие кусочки.

– Думаешь, меня это волнует? Подумаешь, каких-то несколько месяцев!

– А в следующем году? Меня не будет здесь, чтобы защитить тебя, – напоминаю я ей.

И вижу, как прищуривает глаза Стив.

– Я ценю твою заботу, Рид, но Элле не нужна твоя защита. У нее есть отец, который в состоянии ее защитить. – Он поджимает губы. – А вообще, по-моему, мне пора забрать дочь домой.

У меня холодеет кровь.

Элла еще крепче сжимает мои пальцы.

Стив отталкивается от стола и выпрямляется.

– Каллум, я очень благодарен тебе за то, что ты заботился о ней, пока меня не было, но я отец Эллы. Сейчас у тебя полно забот с собственными детьми, нам с Эллой здесь делать нечего.

О, черт, нет! Она не оставит меня или этот дом!