Читаем без скачивания Дерзкий вызов - Кэт Мартин

Он поспешно выпряг коренника, одного из двух быстрых гнедых, и вскочил на его широкую гладкую спину. Через несколько минут молодой человек уже мчался по дороге во весь опор. Полы его алого сюртука развевались на ветру, а стук копыт его коня разносился по окрестностям. На этот бросок у него ушло совсем немного времени. Так что виконт на своем лихом скакуне должен был обернуться так же быстро, как и он.

Барни мог только догадываться, что произойдет, когда его светлость нагрянет в гостиницу.

Дамиан вновь налил ей хереса. Он наполнил хрустальный бокал на длинной ножке и прислушался к глубоким грудным звукам — Александра смеялась в ответ на какую-то сказанную им фразу. Это был самый приятный и женственный смех, какой ему когда-либо приходилось слышать.

Как и было обещано, вечер проходил за спокойной беседой. В основном разговор шел о любимых книгах и пьесах и совсем немного о Наполеоне и недавних военных событиях. И граф, и Александра старательно придерживались нейтральных тем, избегая говорить о себе. Она в двух словах рассказала ему о своей семье, а он дал несколько уклончивых ответов на вопросы о своих родственниках. Постепенно напряженность спала, и между ними завязалась шутливая словесная дуэль. Она то поддразнивала его, то ретировалась, когда чувствовала, что может обжечься.

Какой бы светской ни выглядела их беседа и как бы ни были учтивы слова, в воздухе витал жар страсти. Он был почти осязаем. Не было минуты, когда бы испытываемое ими взаимное влечение не прорывалось наружу.

У него из головы не выходила мысль о том, что девушка скоро окажется в его постели.

Незаметно они покончили с закуской — морским языком со сливочным соусом и луком-шалотом. Потом дошла очередь до десерта. Тогда Александра посмотрела на часы, тихо тикавшие на каминной полке.

— Просто не верится, что так быстро прошло время, — улыбнувшись, сказала она, невольно заставив его вспомнить сладость капризных, похожих на розовые лепестки губ. — Это был очаровательный вечер, милорд, но я слишком задержалась.

Граф молча встал и отодвинул ее кресло. Несколько часов, потраченных на разговоры, нарушили его планы. Этот вечер был заранее расписан им с точностью до минуты. В осуществлении намеченного четкий хронометраж имел не последнее значение. До сих пор все шло так, как он предвидел, однако Александра не знала, что настоящее испытание еще впереди.

Когда она вышла из-за стола, Фэлон наклонился и поцеловал ее в плечо, ощутив божественный вкус нежной и свежей, как сливки, кожи.

— Мне жаль вас отпускать, — тихо произнес граф.

В этом он был честен. Затем Дамиан быстро привлек девушку к себе и захватил ее губы легким нежным поцелуем, который был принят без колебаний. Ее рот напоминал спелый сладкий персик. На него пахнуло слабым запахом хереса. Только железная воля удержала его от того, чтобы заключить ее в объятия и целовать с охватившим его бешеным пылом. Он мог бы ласкать ее до тех пор, пока она не приникла бы к нему и не стала просить большего. Однако это ему не удалось.

— Уже поздно, — сказала Александра, отстраняясь. — Мне в самом деле пора идти.

Но граф снова завладел ее ртом и почувствовал, как трепещут губы и как пальцы девушки вцепились в лацканы его фрака. Его руки быстро опустились к ней на ягодицы и обхватили их женственную округлость. Он прижал ее к себе, ощущая, как тугой, подтянутый живот соприкасается с его восставшей плотью. От этого Дамиан возбудился еще больше. Когда он раздвинул языком ее губы, в нем уже бушевал огонь. Граф был уверен, что похожее пламя сжигает и ее.

Александра вырвалась. Она тяжело дышала. Ее глаза подернулись поволокой страсти. Отступая назад, девушка оглядывалась на дверь с явным намерением убежать.

— Не уходите.

Он остановил ее возле софы и маленького столика в стиле королевы Анны[1]. Мерцающий огонек свечи позволял ему видеть очертания ее лица, дуги темно-каштановых бровей и зелень глаз. Весь вечер его тело томилось в напряжении от сильнейшего желания. Он терпел и ждал. Ждал, когда придет удобный момент. Ждал с прицелом на победу в этой игре.

— Мне пора идти, — сказала Александра.

Но прежде чем она успела повернуться и уйти, он схватил ее ладонями за подбородок, поднял лицо девушки к своему и припал к ее губам. Она издала рыдающий звук, застрявший в горле, и снова вырвалась.

— Я… я должна идти, — повторила она.

Учащенно дыша, с широко раскрытыми, испуганными глазами Александра продолжала пятиться к двери.

— Стойте, — приказал он и подался вперед, чтобы опять поцеловать ее, но девушка предусмотрительно отступила назад.

— Я не могу.

Тонкая рука, протянутая за спиной, достигла двери и схватилась за ручку в отчаянной попытке обеспечить путь к бегству.

Настал решающий момент.

Она оказалась более волевой, чем он предполагал. Хотя в ней и пылала страсть, она не собиралась сдаваться.

Дамиан едва сдерживал улыбку. Давно с ним такого не было. Он не помнил случая, чтобы женщина устояла перед его обаянием. Отчасти упорство Александры вызывало у него восхищение. Ему нравились также ее смелость и темперамент. В этом она намного превосходила большинство известных ему женщин. Однако все это не имело значения. Линия его поведения была определена, и он собирался довести начатое дело до конца.

Граф шагнул еще ближе, тесня девушку к двери. Когда она наконец открыла, ее, Фэлон мягким толчком тут же закрыл.

— Что… что вы делаете? — испуганно спросила Александра.

Нет, он не нарушал обещания. У него и в мыслях не было принуждать ее. Просто граф нуждался в небольшой отсрочке перед очередной атакой. Он собирался предпринять что-то, напоминающее блеф в картах, — поддразнить и раззадорить ее, коль скоро подобная приманка однажды уже себя оправдала.

— Я полагаю, ваш брат сейчас в своей резиденции в Стоунли?

Она удивилась такому резкому переходу к другой теме.

— Да, Рейн у себя. Но какое это имеет…

— Я хочу сказать, что у нас есть шанс скоро увидеться. Первое, что я сделаю завтра утром, — это заеду к нему.

Первое мгновение Александра казалась растерянной. Потом кровь отхлынула от ее щек, и она уставилась на графа широко раскрытыми глазами, в которых смешались возмущение и нарастающий ужас. Девушка открыла свой прелестный ротик, но в течение нескольких секунд не могла произнести ни слова.

— Вы… вы не можете говорить этого всерьез, — произнесла она наконец.

— Боюсь, что могу, моя милая леди. Я серьезен как никогда.

— Но я думала… я считаю, что для вас как джентльмена, конечно, вечер вдвоем что-нибудь да значит. Несомненно, этого более чем достаточно, чтобы исправить мою ошибку в той опрометчивой игре. — Она выпрямилась с гордым видом. — Если вы не согласны, то, как уже сказала, я посчитаю за благо расплатиться. Сразу же после вступления в права наследования.