Как бы то ни было, сегодняшняя Чили отвергает силовую диктатуру, но признаёт ту экономическую модель, курс на которую был в своё время неуклонно взят.
Несколько фактов о сегодняшней экономике Чили:
Польша. От шока к развитию
Развал социалистического блока стал крупнейшей геополитической перестройкой мира. Бывшие страны соцлагеря, вырвавшиеся из его тисков, теперь должны были строить новый мир, от которого уже успели отвыкнуть. Хозяйственные связи, способ управления экономикой успели повлиять на восприятие людей. Вряд ли девяностые годы двадцатого века вспоминают в этих странах как золотое время. Спад, безработица, разочарование людей – спутники переходного периода.
На примере Польши рассмотрим путь становления рыночной экономики.
Даже сегодня многие экономисты расходятся в оценках эффективности польских реформ. Слишком уж болезненными и шоковыми они были, приведя на начальном этапе к огромному спаду. Даже начавшийся рост экономики не решил социальных проблем. При возросшем уровне производства безработица также увеличилась. Как такое может быть? Если то, что сегодня 8 человек делают больше, чем вчера могли произвести 10, такое вполне возможно. На конкретных участках экономика становилась более эффективной, доказывая несостоятельность предыдущей экономической модели, но процесс этот был инертен.
План Бальцеровича – именно под таким названием вошёл в историю марш-бросок радикально быстрого перехода от социализма к капитализму.
Он предполагал следующее:
• разрешено банкротство государственных предприятий;
• сбалансированный бездефицитный или низкодефицитный бюджет;
• отмена льготного кредитования;
• упрощение и либерализация налоговой системы;
• бюджетная децентрализация и отказ от регионального выравнивания;
• отказ от поддержки тех или иных отраслей;
• простая налоговая система с умеренными ставками;
• открытый характер экономики – отсутствие протекционизма;
• массовая приватизация.
Общество, с вдохновением воспринявшее отказ от коммунистической идеологии, не оказалось готовым к столь быстрым преобразованиям, ожидая повышения уровня социальных благ, характерного для развитой Европы.
Тем не менее, столь резкий поворот определил судьбу страны. Самые талантливые люди пошли работать в бизнес либо на себя. Удачно проведенная пенсионная реформа сформировала «длинные деньги» – люди стали самостоятельно накапливать деньги на будущую пенсию, это в свою очередь явилось стимулом для активного развития региональной Варшавской фондовой биржи, на которой котируются на сегодня и акции украинских агрохолдингов, именно в Польшу они пришли в поисках долгосрочных инвестиционных ресурсов. Свободная приватизация привлекла западный капитал, сформировавший высокую культуру ведения бизнеса в стране. Высокие темпы роста привели к тому, что по состоянию на 2014 год уровень жизни в Польше приблизительно втрое превышает украинский. Тем не менее, сам Бальцерович расплатился политический карьерой, поляки навсегда запомнили «эпоху перемен», а экономический рост приходился в значительной мере на тот период, когда Бальцерович не был при власти, таким образом, подъём ассоциировался уже с другими политиками. Это довольно типичная судьба реформатора. Его деятельность легче оценить людям, которые смотрят на неё со стороны, оценивают результаты в виде конкретных объективных показателей, а не проживают в качестве граждан этой страны.
Сегодняшняя Польша – динамично развивающаяся страна, плацдарм для инвестиций в Центральную Европу.
Несколько фактов о сегодняшней экономике Польши:
Истории экономических прорывов дают важные уроки:
1. Нет обречённости, путь преобразований под силу любой стране.
2. Нет единственно правильного пути, общества различны, каждое находит свой рецепт. В то же время подъём практически всегда связан с ростом экономической свободы, хоть в ряде случаев и не сочетаемой со свободой политической.
3. Экономика инертна, за 2–3 года она не может измениться до неузнаваемости, поэтому реформаторы развитых стран обычно наблюдают за расцветом со стороны, в то время как другие политики пожинают плоды предыдущих реформ.
Аргументация «давайте сделаем, как в Польше, Сингапуре или Корее» – довольно слаба, ведь путь к экономическому процветанию обычно весьма индивидуален. Похоже, каждая история успеха существует в одном экземпляре. Но это не значит, что нам нечему учиться у них. Напротив, важно понять принципы проводимых успешных реформ, на базе которых сформировать свой экономический блицкриг.
Мы же движемся дальше в поисках понимания работы внутренних механизмов экономики.
Почему люди так не любят банки и Как возникло банковское дело
Английская пословица так описывает суть банковского дела: это принцип «3–6–3».
Взял деньги под 3 %, дал деньги под 6 %, и в 3 часа дня пошёл играть в гольф. С одной стороны, это шутка, с другой – лаконичное описание основной деятельности банков.
Банки работают с деньгами, поэтому большинство людей уверено, что в банке всегда очень много денег. «Ограбить банк» звучит куда органичнее, чем «ограбить химчистку».
Часто люди банкам не доверяют, представляют их мафией, считают вообще ненужным элементом экономики. Откуда эта нелюбовь?
Её легко понять. Разве многие люди любят гробовщика? Многие ли приходят попить чая к стоматологу или хирургу? Много ли людей обожают патрульные службы на дорогах?
Деятельность банка предполагает, что в ряде случаев его заёмщикам придётся расставаться с имуществом, деньгами и тому подобным.
Банк – это посредник между вкладчиком и заёмщиком. Услуга банка – профессиональная оценка заёмщика с точки зрения риска невозврата кредита. Без банковской системы в ситуации обесценивания денег вы бы для сохранения сбережений искали сами, кому их одолжить. Банк, как правило, это делает лучше, более профессионально. Он берёт ваши деньги и отдаёт их другому, изучив его доходы, репутацию, историю, возможность вернуть кредит. За счёт маржи, разницы между ставкой заёмщику и ставкой для вкладчика, банк покрывает убытки по проблемным кредитам, свои затраты и получает прибыль. Сомнительные проекты не получат финансирования изначально, слабые банки выдадут слишком много сомнительных кредитов и сойдут с дистанции, неудачные проекты, получившие кредиты, не отдадут их и обанкротятся. Экономика всегда содержит процент неудач, благодаря которому остаются лучшие. Это своего рода эволюция, которая оставляет более сильных, отсеивает и сохраняет более востребованные идеи. Если ей «мешать», спасая плохие банки, плохие проекты и плохих заёмщиков, то суммарно общество проиграет, отдавая ресурсы не лучшим.
