Читаем без скачивания Игрок (СИ) - Риддер Аристарх

— Да ты гонишь! — буквально кричит Серёга, кидая карты на стол, — Да как так-то?

Видать, он в этой паре младший, не умеет сдерживать эмоции. Володя напротив, внешне спокоен.

Хотя я понимаю Серёгу. У него в руке ещё один туз, крестовый. А кроме него полная бубновая масть. Итого десять взяток, плюс десять в гору и минус тысяча рублей из кошелька.

— А ну-ка, закатывай рукава! показывай, что там у тебя! — кричит Серёга, — это какая-то херня! Володя! Ты что молчишь? Как так-то? — как попугай повторяет он.

— Сергей, вы хотите сказать, что Фёдор шулер? — удивлённо спрашивает Бубун.

Он молодец и с соображалкой, как и с умением считать в уме у него всё в порядке.

Он уже прикинул что в итоге выиграл не меньше двух с половиной тысяч рублей. Даже для человека его калибра деньги не малые.

— Не буду я платить, — между тем распалялся Серёга, — не буду, и всё тут.

— Так, дружище, не кипятись, — отвечает Володя, — давай спокойно перекурим в тамбуре и ты остынешь, — извините мужики, мы сейчас, — это уже обращаясь к нам, — за бабки можете не переживать. Мы же не фраера какие-то.

Когда дверь за ними закрывается, я говорю Бубуну.

— Теперь будем ждать.

— Денег? — не понимает он.

— Нет, того как нас арестовывать будут.

Глава 6

— С чего ты взял? — удивляется Бубун.

— Может, конечно, бандиты придут, но я лично ставлю на милицию, — беру очередную сигарету, раскуриваю и продолжаю, — Это каталы, Сергей Геннадьевич, я сначала не понял, а потом, как понял. Из них получились бы неплохие актёры. Они всю дорогу подводили вас, — время фамильярничать прошло, — именно вас к большой игре. А мы её им испортили. Вот они и решили, что нарвались на своих «коллег».

— Если это каталы, то им милиции, наоборот, опасаться стоит, — не соглашается депутат.

— Такие без прикрытия не работают, — говорю, — а поскольку здесь не улица, а пространство замкнутое, герметичное, силой вопрос не решить. Значит, у них прикормлены дежурные милиционеры, и мы сейчас увидим продолжение банкета.

— Ты уверен?

— Да, я же писатель, мы для подготовки к книге с разными специалистами общаемся, — выдаю объяснение не хуже иных прочих. — К нам даже с Петровки 38 оперуполномоченный УГРо приходил, про подобных супчиков рассказывал.

— Что ж, может, ты и прав. Тогда лучше я приготовлюсь, — отвечает Бубун и тянется за пиджаком.

Там у депутата и значок и удостоверение.

— Э нет, Сергей Геннадьевич, лучше не надо. Так вы спугнёте «оборотней в погонах». Они же тут же повяжут этих катал и сделают вид, что вообще их не знают. А если дать им проявить себя, то можно взять всю банду разом!

— Слово-то какое придумал интересное: «оборотни в погонах», — говорит Бубун. — Сразу видно, писатель!

Его глаза горят мальчишеским азартом. Не хватает в жизни директора совхоза приключений.

Едва мы успеваем договориться, как в дверь стучат, а затем самым решительным образом отодвигают в сторону. К нам заходят двое милиционеров. Высокие и крепкие парни примерно моего возраста с простыми крестьянскими лицами. Прямо двое из ларца, одинаковых с лица.

Я слышал, что сотрудников в транспортную милицию набирают из солдат-сверхсрочников. Такие и за себя постоять могут, и дебошира утихомирить, и любое другое безобразие пресечь.

— Дорожный отдел милиции, сержант Егоров, старшина Нечипоренко — говорит, стоящий спереди, сразу за двоих. — Предъявите документы.

Мы с Бубуном протягиваем им свои паспорта. Депутат и винзаводчик едва сдерживает улыбку. Сержант невнимательно листает документы и передаёт коллеге.

— Пройдёмте с нами, — решительно говорит он.

— На каком основании? — спрашиваю.

— Вы подозреваетесь в мошенничестве, — поясняет милиционер. — Имеется соответствующее обращение граждан.

— Эти граждане сами — карточные шулера, — вступает в бесполезный спор Бубун.

— В этом компетентные органы разбираться будут, — отвечает сержант, — когда мы вас с поезда снимем и на станции им передадим.

Угроза прозрачная, как слеза. Статьи за шулерство в Уголовном кодексе нет. Нельзя организовывать притон, а вот обыгрывать в карты сограждан можно сколько угодно. Так что, будь мы настоящими каталами, нас бы после разбирательств отпустили. Хрен знает где, отставших от поезда без вещей и денег.

— Да чего ты с ними цацкаешься⁈ — подаёт голос второй, — где-то я видел эту рожу, — он тычет пальцем в Бубуна, — похоже, в розыске он!

— Вы не имеете права! — не выдерживает такого панибратства Бубун, — я депутат Верховного Совета СССР!

— А я маршал Будённый, — смеётся Егоров, — пройдёмте, граждане!

Далее ситуация развивается стремительно. Бубун встаёт и пытается дотянуться до пиджака. Сержант резко толкает его обратно. Хрен его знает, что ему приходит в голову. Может, думает, что Бубун правда рецидивист в розыске и там у него пистолет лежит.

«Агента под прикрытием» из винодела не выходит, и это приводит к совершенно неожиданной вспышке насилия. Я не, не ожидая такого расклада тоже вскакиваю с места. Старшина Нечипоренко резко бьёт меня кулаком. Стукаюсь башкой о стенку и отключаюсь.

* * *

— Очухался? — спрашивает Бубун. — Голова как?

— Вроде цела, — я трогаю затылок.

Там набухает здоровенная шишка, но крови нет.

— Давно я так?

— Минут десять.

Башка побаливает, но тошноты нет. Значит, обошлось без сотрясения. Осторожно оглядываюсь, чтобы не усугубить своё состояние резкими движениями.

Никакого карцера или «обезьянника» в поезде, естественно, нет. Нас посадили в пустое купе, заваленное узлами с постельным бельём и штабелями жёстких как наждак одеял.

А ты молодец, — уважительно говорит Бубун, — сразу эту падаль раскусил. И заступаться сразу полез, не сдрейфил. Ничего, доберусь я до телефона, и эти гниды у меня попляшут. Своими руками раздавлю.

И раздавит. Именно поэтому я и привлёк товарища депутата ко всей этой операции. Это меня и менты, и начальник поезда могли смело слать нахер, несмотря на писательскую корочку. А вот обладатель маленького, но очень значимого значка депутата Верховного Совета это совсем другая величина.

Бубун в принципе неподсуден. Депутатская неприкосновенность.

Он вообще мог каталам в своём купе ноги прострелить, и санкцию на его арест после этого должен будет выдать лично товарищ Подгорный. Сейчас именно Николай Викторович рулит этой советской декорацией парламента.

Так что сержант со старшиной, даже если их связь с каталами не будет доказана, сейчас люто превышают свои полномочия. Лет по пять уже себе заработали.

Скорее всего, они сейчас роются у Бубуна в вещах и удостоверение со значком уже видели. Теперь многое зависит от того, умные они или дураки. Поймут, кого задержали или поверят своим корешам, что мы «каталы» и работаем на пару.

Так-то всё складно выходит. Я их «выдернул», а Бубун обыграл. А то, что мы корочками и регалиями трясём, чтобы вывернуться, так это трюк известный.

Игроки в карты находятся где-то посередине между миром обычных советских людей и криминалом. На одном полюсе находятся крепкие стратеги с развитой логикой и памятью. На другом кидалы-уголовники, которые сдадут четыре туза подряд, а потом ещё четыре из той же колоды.

И первые ни в коем случае не подпускают к себе других. Единственная возможность честному человеку обыграть шулера — вообще не садиться. Это как гонка пешего с велосипедистом.

Поэтому каталы всеми способами стараются попасть в круг честных игроков. Через знакомства, «легенды», фальшивые документы. Конечно, подделывать депутатский мандат — это за гранью добра и зла. Но моим попутчикам в это легче поверить, чем в то, что их обнёс настоящий член Союза Писателей. А где один липовый документ, там и другой.

В голову лезет скверное. Восемь лет спустя, в Москве на Ждановской сотрудники транспортной милиции задержат майора КГБ. Польстятся на колбасу из продуктового пайка. Начальник патруля, узнав, что сотворили подчинённые вместо того, чтобы отпустить майора решает «подчистить концы». Нет человека, нет проблемы.