– Я знаю только одну половину этого секрета, а вот она, – Луис кивнул в мою сторону, – другую.
Эт чего ж я знаю?
Облачко испарилось.
Величественный жест, и меня подвели к Луису. После второго такого же жеста, стражи, сделав под козырек, удалились, закрыв за собою дверь. В тот же момент Франсуа встал с трона и, как сомнамбула, подойдя к двери, задвинул засов. Затем он, четко отбивая шаг, вернулся к своему креслу и плюхнулся в него как мешок. Самым ужасным было то, что он, не мигая, уставился в одну точку. Кольнэйк же подскочил к нам:
– Ну, вампир? Что за тайну ты знаешь?
– Сейчас расскажу, – усмехнулся Луис.
Мне его улыбочка что–то не понравилась.
В то же мгновение Луис исчез. На том месте, где он только что стоял, струился и извивался черный дым, а на полу валялись кандалы, которые только что были на вампире. Затем, я почувствовала резкий рывок, и веревки, которыми были связаны мои руки, упали на пол.
В следующие мгновения все перемешалось. Все менялось так быстро, что я не успевала понять, что же именно я увидела. Сперва, я увидела, как этот дым, появившийся вместо Луиса, рванулся к колдуну. Кажется, тот начал отстраняться, но уже в следующее мгновение я увидела, что Кольнэйк лежит, уткнувшись носом в ковер, а на его спине сидит Луис и плотно обматывает его запястья веревкой (той самой, что только что была на мне).
Пока происходило все это, я стояла, и очумело лупала глазками, а Франсуа так и не сменил своей окаменелой позы.
Луис медленно перевернул мага на спину и тихо, почти ласково, сказал:
– А теперь давай поговорим.
Его коготки стали раз в десять длиннее, чем у небезызвестного мистера Крюгера. Того самого, что Фредди.
* * *
– Итак, вопрос первый. Как расколдовать Франсуа? – Луис помахал ладошкой перед самым носом колдуна. А ручка у него была, ну, очень впечатляющей.
– Убери свои лапы, мерзкий вампир!!! Я – самый великий маг во вселенной!!! Это я выкинул этого мальчишку в другую реальность, я же вернул его обратно, зная, что он не будет возвращать свой трон. Я думал, что этот кретин, возьмет первую попавшуюся девчонку и вернувшись в Торенту счастливо с ней заживет! А он, он!.. Он вместо этого решил захватить престол! Да я испепелю сначала вас, а потом и его!!!
Сводник чертов!
– Я все еще жду ответа, – сообщил Луис колдуну
От его тихого, почти что ласкового голоса у меня мурашки поползли по коже.
– Да как ты смеешь!!! – от вопля колдуна звенели стекла. – Я – самый великий…
– Замолкни, зануда, – тихо посоветовал Кольме… Кольве… (ну, в общем, вы поняли, кому) Луис. –Ты, хоть, знаешь, что раны нанесенные вампиром не заживают, и их нельзя никак вылечить?
– Медальон. У него на шее, – выпалил резко побледневший маг.
В тот же момент с наружной стороны двери раздались мощные удары. Похоже, кому–то не терпелось увидеть короля, и он (этот кто–то) приближал сей счастливый момент, выбивая дверь первой попавшейся кувалдой ( а может даже скамейкой).
Я подбежала к Франциску V( хотя, может быть и I) и расстегнула ворот его кружевной рубашки. На груди у него, на тонкой, почти не видимой лиловой ленточке, в такт с ударами сердца пульсировал огромный красный камень. Я с силой рванула эту ленточку, а затем, бросив этот камень на пол, резко наступила на него каблуком. По внезапно потемневшим, черным осколкам побежали зеленые змейки разрядов.
Дверь тряслась все сильнее.
Франсуа несколько секунд сидел без движения, затем встал и, осмысленно посмотрев на нас троих, тихо спросил:
– Где я?
Засов на двери сломался, и та распахнулась.
* * *
Мы трое: я, Франсуа и Луис – сидели в одном из кабинетов Ея Королевского Величества Франциска, кажется, VII. После ареста первого министра (а у Кольнэйка был, оказывается именно такой титул) мы перешли сюда из тронного зала. Надо отдать должное: насколько темницы в Фрейстэре были отвратительны, настолько залы красивы.
Франсуа оставался в том же пышном костюме, в котором он был в тронном зале. Только сейчас ему, кажется, было немного не по себе от количества драгоценных камней.
Мне, увы, было не во что, да и некогда переодеться, так что я тоже не сменила своей одежды.
Что же касается Луиса, то, едва он вступил в эту комнату, как костюм вампира преобразился. Исчезла вся пыль, грязь, пуговицы засверкали серебром, а подкладка плаща вспыхнула алым пламенем. Засверкала всеми оттенками красного и черного внезапно появившаяся корона.
Увидев это, я едва сдержала вздох и почти что всерьез задумалась, о том, не стоит ли мне переквалифицироваться в вампира и, заодно, поменять гражданство.
Наконец, когда мне надоело многозначительное молчание этих – чтобы не сказать хуже – королей, я задала первый наводящий вопрос:
– Луис, колись. Что ты еще умеешь?
– Ну… Перемещаться между мирами… Превращаться в дым…
– Это я уже видела. Дальше.
– В летучую мышь… И немного колдовать.
– Это как? – поинтересовался Франсуа.
– А вот так, – Луис щелкнул пальцами и лист бумаги, до этого момента спокойно лежащий на столе, внезапно оказался у него в руках.
– Ну, ты, блин, даешь, – выдохнула я, а потом добавила. – Учти, Луис, я с тобою в карты играть не сяду.
– Учту.
– Значит, здесь все хорошо, просто отлично, и теперь, когда все закончилось, мне осталось только, по этому же самому предсказанию неизвестно кого спасти вампирское …, нет, вампирунье, хотя нет, все–таки вампирье… Луис, да подскажи же ты, как правильно?!
– Вампирячье, – в его голосе звучал смех.
– Юморист, – хмыкнула я. – Ладно, так, что, мне теперь надо спасать вампи… короче, твое царство?
– Королевство, – строгим голосом поправили меня. – Тем более, что никого спасать и не надо.
– А по–моему, в начале ты говорил нечто, совсем противоположное.
– Мало ли, что я говорил!
– Мало. Да ты рассказывай, рассказывай.
Луис некоторое время помолчал и начал:
– Это – долгая история, но…
– Ничего, время у нас есть, – перебила я его.
– Эжени, ты не даешь мне вставить ни слова!
– Во–первых, Евгения…
– А во–вторых?
– Во–вторых, даю. Ты же сейчас говоришь.
Луис молчал. Кажется, он медленно считал до десяти и обратно.
– Итак, это – долгая история, – он с опаской взглянул на меня и, увидев, что я не произношу ни слова, удивленно спросил. – Эжени, ты меня слушаешь?
– Разумеется, а что, незаметно?
– Нет, ты ведь молчишь.
– Вот так всегда: комментируешь – не нравится, не комментируешь – тоже.
Тяжкий вздох был мне ответом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
