в-третьих, ее брюки и блузка красовались на кресле напротив, а сама Рита была одета в большую белую футболку с надписью «Брошу все, уеду в Урюпинск». Бюстгальтера под футболкой не было. Нащупала на себе трусики и вздохнула с облегчением. Скорее всего, не творила ничего непристойного. Вряд ли Михаил оставил бы на ней лишнюю одежду, да и на ночь уложил бы рядом. Случайная связь случайной связью, но после жарких упражнений проще заснуть вместе, чем раскладываться по диванам.
Потерла лицо, пытаясь припомнить, что же все-таки случилось накануне, но никаких картинок не всплыло. Покачала головой. Страшно хотелось пить. Поднялась на ноги и поплелась на звуки пения. Не стала переодеваться, футболка прикрывала все, что нужно, а в мыслях появилась надежда напроситься в душ. Раз уж ей дали поносить одежку, то и освежиться должны пустить.
На кухне пахло жареным беконом, а Михаил с видом полководца, одержавшего победу в генеральном сражении, доставал из сковородки яичницу. Выглядел хоть и прилично, но непарадно: легкие, почти спортивные брюки и футболка, бритый и расчесанный, но босой, будто муж на пятый год брака. Увидев Риту, он заговорщически подмигнул. Гостья вздохнула с облегчением: что бы вчера ни произошло, хозяин дома пребывал в отличном настроении.
– Ты вовремя, – сообщил он вместо приветствия. Кивнул в сторону окна: – Там на столе минералка. Пей. А потом сядем завтракать.
– Мне бы в душ, – осторожно заметила Рита и, припомнив, что они, в общем-то, чужие люди, добавила: – если можно.
Михаил рассмеялся и покачал головой.
– Можно. Но сначала еда, я что, зря старался, что ли? Все остынет.
Рита кивнула и потопала к столу. Сейчас утолит жажду, а следом наберется смелости и непременно расспросит, когда и как случилось волшебное переодевание.
Глава пятая. Болтовня об аниме
– Ты заснула, а я как приличный хозяин принес тебе подушку, – поведал Михаил на Ритин вопрос. Она отпила латте и с детским предвкушением обратилась в слух. Уже давно покончили с яичницей, поболтали почти обо всем на свете, но спросить про футболку решилась только сейчас.
– И что?
– Потеребил тебя за плечо, ты открыла глаза, заявила, что устала как собака и хочешь спать. А потом заметила, что лежишь в костюме, – он театрально закатил глаза. – И выдала, что не можешь спать в одежде, потому что завтра тебе гулять в ней полдня, а выглядеть она будет как полотенце из ослиной задницы. Заметь, это цитата. Я побоялся интересоваться подробностями судьбы бедного животного и быстренько организовал тебе постельку со сменой белья.
– А лифчик где? – осторожно поинтересовалась Рита. Догадывалась, что вопрос звучит странно, но надежда отыскать недостающую деталь туалета в одиночку растаяла почти сразу.
– Ничем помочь не могу, ты раздевалась без меня, – Михаил развел руками. – Я же приличный мужчина, а не какой-нибудь зеленый пикапер-недоучка.
Рита отпила еще кофе и ухмыльнулась. Нелюбовь к пикаперам Михаил пронес через годы. Помнится, ему и раньше не нравилась сама идея прагматичного подхода к отношениям. Поймала его взгляд и почувствовала, что краснеет. Отвела глаза. И подумать не могла, что с Мишей будет так легко. Казалось, боль и обида не отпустят никогда, не верила, что сможет даже просто заговорить с бывшим, но нет. Сидит на его кухне в трусах и дурацкой футболке, пьет кофе и смеется над его шутками. И самое страшное – никуда не хочет уходить. Может, все происходящее – это какая-нибудь ловушка подсознания и не стоит связываться вовсе? А сейчас самое время уносить ноги? Понять бы. Еще одного удара по самолюбию ей точно не выдержать.
Картинно посмотрела на часы на плите и вздохнула.
– Мне пора в душ и на выход, а то опоздаю на встречу.
Михаил залпом допил кофе и нахмурился.
– Что ты собралась так долго делать в душе? Спать? Ты говорила, тебе к полудню, идти двадцать минут, а сейчас без четверти девять.
– Не знаю, – Рита пожала плечами и тоже допила латте. – Неудобно тебя стеснять.
– Понял, – он поднялся из-за стола. – Душевая в гостевом санузле. Если хочешь по старинке, то ванна есть в том санузле, где спальня.
– Я бы по старинке, – Рита поняла, что снова краснеет. Чувствовала себя наглой девицей, которая мало того что напросилась ночевать, так еще и выбирает, где мыться.
– Погоди, сейчас найду тебе зубную щетку. У меня есть штук десять для залетных гостей.
Вышел из кухни.
– Смотрю, ты прямо бесплатную ночлежку здесь организовал, – кинула ему в спину. – Со всеми удобствами.
– Отчего нет? – раздалось откуда-то из недр коридора. – Три комнаты, я один. Только бесплатна она не для всех. О! Нашел.
Вернулся на кухню и протянул Рите одноразовую зубную щетку в прозрачной упаковке, вроде тех, что дают в поездах.
– Гель бери любой. Пасту тоже. Там все есть. Полотенце сейчас принесу. Пойдем!
Увлек за собой в коридор. Они прошли мимо закрытой двери, Рита подозревала, что за ней прячется кабинет, зашли в другую и оказались в спальне. Здесь все было проще некуда: в углу стоял шкаф, по центру двуспальная кровать, а ближе к окну большое кресло. Бросились в глаза тяжелые шторы с блэкаутом, и Рита попыталась отогнать воспоминания . Михаил, видимо, так и остался любителем поспать подольше.
– Тебе вон туда, – он подвел ее к неприметной двери около шкафа. – Я сейчас разберусь с полотенцем.
Рита направилась в ванную. Скинула одежду, включила воду и нырнула под горячие струи. Распаковала зубную щетку и с детским предвкушением выдавила на нее какую-то мятную пасту. Еще пять минут, и снова станет человеком, потом сбежит подальше от искушения, немного погуляет, заберет ключи от квартиры и подумает, чем заняться в перепавший выходной.
Успела намылить голову, когда скрипнула дверь.
– Я полотенца принес, – бодро сообщим Михаил, – глаженные. У ослика на них были планы, но пришлось уступить мне.
– Спасибо! – хихикнула Рита над печальной судьбой животного и продолжила терзать намыленную шевелюру.
Прошипела по рельсе пластиковая штора ванной, и Рита охнуть не успела, как Михаил встал за спиной. Обнял, привлекая к себе, и наклонился к уху.
– Надо проконтролировать, все ли ты правильно делаешь…
А потом запустил обе руки в Ритину шевелюру и, помассировав голову, пробежал мыльными пальцами по шее, плечам, лопаткам. Задержался на талии и скользнул к груди.
– С ума сошел… – выдохнула Рита, когда поняла, что не может толком пошевелиться. Михаил прижимался торсом к ее спине и, по-хозяйски ухватив за грудь, гладил соски большими пальцами. Водил их по бесконечному сладкому кругу. Нежно, но уверенно и настойчиво.
– Да… сошел… – он
