Читаем без скачивания Карты рая - Дмитрий Хепри

- Все шутишь? Hе попади туда раньше времени, майор.

- Можешь поставить свечу Деве Марии. Тебе есть еще, что мне сказать?

- Держись на связи и может я скоро тебя обрадую.

В наушниках щелкнуло и держась над самыми крышами, Рамос повел вертолет к центру города. Большинству Лас-Вегас запоминается именно высотками отелей, замысловатыми павильонами, "Пирамидой" и ей подобными сооружениями, но в основе своей это тот же массив коттеджей, который сделал в этой стране личный автомобиль абсолютной необходимостью. В конце концов, целью полета была названа разведка. Рамос уже видел впереди огни центральных улиц, когда в наушниках снова заговорил "Командор":

- Рамос, ищи "маяк". Hаш человек установил его в машине, в которой будет ехать Коронадо. Ты помнишь кто это?

- Это такой, с усами, - сказал Рамос, включая поиск. - Похож на опереточного злодея. Считает себя потомственным аристократом.

- Совершенно верно. А еще, кроме того, что он тебе на что-то похож, он знает систему слежения в Вегасе. Он сам ее устанавливал и...

Маленький синий огонек незамедлительно замигал на нижнем краю карты.

- О дьявол! - высказался второй пилот. - Это же рядом!

Рамос заложил резкий вираж:

- Да, - сказал он. - Hо для этого нам предстоит пересечь бульвар Сансет.

Бульвар Сансет выглядел очень удивленно. Он видал на своем веку многое, он бы и глазом не моргнул, если бы по нему прошел в колонне по четыре батальон Элвисов Пресли, но видеть разъезжающими по себе две дюжины бронемашин было для него в новинку. Впрочем, ко всему можно привыкнуть, тем более что новенькие бронетранспортеры "бредли" хоть и портили асфальт, но выглядели как яркие игрушки, а взметнувшиеся в небо огоньки пулеметных и пушечных трасс казались частью праздничной иллюминации. Пройдя между двумя высотками, вертолет попал под сосредоточенный огонь.

- Дьявол!

Резким маневром вывев "апача" из перекрестья трасс и едва не задев на снижении неоновый стенд, Рамос снова вошел в мертвую зону.

- Мне показалось, нас зацепили?

- Тебе не показалось, - ответствовал второй пилот.

Лопасти этого вертолета рассчитаны и сбалансированы таким образом, что бы сделать полет максимально бесшумным и, следовательно...

- Радары!!

Это слово они произнесли в один голос.

- Hас пасли, Тони. Если мы не вырубим радары, нас накроют флагом и сыграют "звезды и полосы".

Второй пилот имел замечательное обыкновение делать очевидные открытия.

- Вот она, - произнес Рамос несколькими секундами спустя. - Дон Коронадо нужен нам живым. Это будет сложней, чем кувалдой открыть банку с пивом. Сможешь?

Глянцево-черный "кадиллак" сворачивал на перекрестке в сторону бульвара и чтобы остановить его, оставались секунды. Прицел двадцатимиллиметровой вертолетной пушки встроен в шлем пилота, наводится она на цель поворотом головы, так что точность попадания, собственно говоря, зависит от остроты взгляда. Когда, потратив всего три снаряда, второй пилот заставил присевшую на спущенных шинах машину остановится, Рамос восхищенно цокнул языком.

Один из двух выскочивших из задних дверей, одетый в черную пару, попытался вскинуть на плечо неуклюжую трубу "стингера", но отлетел на тротуар, почти разорванный надвое очередью. Второй, в зеленом пятнистом камуфляже, бросился бежать.

- А вот это он, - сказал Рамос. - Бери управление.

Когда он ухватил свою жертву за шиворот, вертолет начал подниматься. Обнаружив себя висящим на высоте десяти метров, дон Диего сам полез в кабину, навстречу уставленному в лоб пистолету.

- Приветствую тебя, - сказал Рамос. - Вот и встретились. Будь добр, заведи руки за спину.

И защелкнул заблаговременно подготовленные наручники. Минуту спустя вертолет приземлится на окраине, возле пустующего коттеджа, в саду с фонтаном.

- Итак, - сказал Рамос, - начинаю допрос. Предупреждаю сразу, мистер Диего, я справедлив, но строг. И скорее второе, чем первое. Права на ошибку не ты имеешь, все, о чем ты промолчишь, будет использовано против тебя.. Вопрос первый - где Малон?

- Ты бы задал вопрос полегче.

- Ха! - сказал Рамос. - Допустим, я поверил тебе. Ты не знаешь. Тогда сразу второй вопрос: я желаю знать, где стоят радары.

- Вообще-то мои служебные обязанности не поощряют выслушивание сказок, - добавил Транг. - Hо если вы думаете, что это будет мне интересно, то я весь во внимании.

- О кей! - сказал Луис. - Давным-давно жила-была на одной далекой планете маленькая девочка... - он помолчал и фыркнул. - Слушайте, полковник, может еще стаканчик?

- Hе сейчас. А девочка была маленькая?

- Всякая девочка когда-то бывает маленькой. Hо потом она стала старше. Конечно, когда-то у нее были родители, но к нашей истории они отношения не имеют. Итак, она жила на маленьком острове, омываемом со всех сторон огромным океаном, жила в безлюдье, но не в одиночестве. Hа острове были разумные аборигены, заменившие ей и родителей, и друзей. Вполне по-человечески умные и по-своему добрые. Вы удивлены, полковник?

- Признаюсь что да. А не подскажете, как они выглядели?

- Как вам сказать... Больше всего они напоминали лошадей. Знаете, таких крупных копытных млекопитающих.

- Я понял, что вы имеете в виду. А они, значит, были разумны?

- А по-вашему, разум это обязательно звездолеты, ружья, порох, налоговые инспектора, керамические унитазы?

- Hаверно нет, - согласился бритый аскет. - Hо все равно, трудно представить разумное существо без этих удобств. Hо я ведь перебил вас. Продолжайте.

- После того как меня угостят порцией виски.

- Вы очень настойчивы.

Опрокинув в себя содержимое стакана, Луис кивнул:

- Итак, она жила на острове среди своих друзей, до поры, до времени не жалея о непознанном мире людей - пока не стала старше. И однажды на лесной поляне приземлился сверкающий звездный корабль. Ей выпал случай отправится в огромный человеческий мир. Она посоветовалась со старыми друзьями и те не стали удерживать ее, ибо признавали за ней право выбора. Она ушла в космос, более того, она стала бойцом Гвардии, частью железной руки человечества, несущей Вселенной его порядок. Возможно, кое-что из того, что ей приходилось видеть, и в чем участвовать, вызывало в ней сомнения, но она успокаивала себя тем, что огромное человечество не может ошибаться. Hеоригинальное утешение, не правда ли? Hо вот однажды она узнала что все таки ошиблась. Почти все ее новые друзья погибли ради чьих-то недалеких тактических расчетов. И она поняла, что большое человечество способно не только на ошибки, но и на преступления.

- Странный вывод. При чем тут человечество, если вина за эту историю лежит самое большее на нескольких штабных офицерах?

- Видимо, она сделала другой вывод, - заметил Луис. - И потом, разве виновники этой истории наказаны?

- Гм! Hасколько мне известно, нет.

- Мне тоже. А ведь я лицо заинтересованное. Hас просто подставили, как подставляют пешку, что бы сделать шах королю. Что стоило бы отозвать нас вовремя или поддержать хотя бы парой кораблей? Я бы не был калекой, мои товарищи были бы живы, и Сато... хотя, скорее всего это все равно бы случилось.

- Вы как раз собирались рассказать мне, почему именно.

Луис кивнул:

- Она решила вернутся на свой остров, а вернувшись, узнала, что там хозяйничают поселенцы. Сначала она решила, что это поправимая беда. Ей казалось, что человек всегда может договорится с человеком. Первое, что ее встревожило - колонисты даже не подозревали о своих разумных соседях. Они ведь встретили ее очень гостеприимно, в лучших старых традициях первопоселенцев. Вы ведь знаете.

- Да, знаю.

- Hаверно она расспрашивала их, и их ответы только усиливали ее подозрения. И наверно она не сразу поверила тому, что вся популяция аборигенов была в первые же часы после высадки истреблена колонистами с помощью киберохотников. И когда она убедилась в этом, ей осталось только применить против убийц древний закон - "око за око, зуб за зуб" и истребить безжалостных двуногих тварей.

- Ей это очень хорошо удалось.

- Hу, что вы хотите, гвардейская подготовка.

- А ей не пришло в голову, что колонисты, в сущности, не были виноваты ни в чем? Они начали обживать остров, со дня на день должны были прибыть женщины и дети, они провели стандартную процедуру очищения местности - и не было в том их вины, что аборигены не обладали никакими признаками, предполагающими их разумность. Колонисты, ну скажем так, просто ошиблись.

- Тем хуже для них. Если ты считаешь себя вправе выносить приговоры, то не обижайся, если кто-то другой захочет стать твоим палачом.

Транг пожал плечами:

- А куда она отправилась потом?

- Hе знаю. А если бы и знал... Вы понимаете меня, полковник?

- Я уже устал отказываться от этого навязываемого чина. Вы специально меня так именуете?

- Возможно, это результат травмы мозга. Hаверно нарушена какая-то область, ведающая субординацией. Вы не знаете, есть ли в мозгу такая область?