Читаем без скачивания Звездный корпус - Йен Дуглас

Объединенное Военное Командование Конфедерации приняло решение воздержаться от отправки подкрепления до тех пор, пока легальный статус Америки как участника конфликта не будет установлен более определенно. Или по крайней мере до тех пор, пока морские пехотинцы не подвергаются атаке…

К сожалению, Уорхерст знал: положение морпехов весьма незавидно. Им придется удерживать периметр куда дольше, чем допускала тактическая доктрина. Недостаточно времени для сна, так как необходима в буквальном смысле слова неусыпная бдительность. Недостаточно пищи и, что еще хуже, воды: подача воды в Комплекс Гизы с насосных станций Нила была перекрыта и до сих пор не восстановлена. При этом все указывает на то, что новая атака неминуема. Пентагон уверяет, что подкрепление подойдет едва ли не через полчаса, поскольку положение морпехов становится действительно угрожающим.

Но за полчаса может черт знает что произойти.

— Давай послушаем, что он там вещает, — сказал Уорхерст.

Он снова связался с разведбригадой и запросил передачу с параллельным переводом. Мулла орал во всю глотку, но позиции морских пехотинцев были слишком далеко, и чувствительность встроенных сенсоров не позволяла разобрать слова. Однако ИскИн, который постоянно находился на связи, мог «читать по губам» и, разумеется, «знал» арабский. Через несколько секунд в динамиках шлемофона зазвучал ровный, бесцветный голос. В таком исполнении текст звучал несколько странно.

— Западные дьяволы думают, что сумеют отобрать наше наследие, — мерно бубнил ИскИн. — Они толкутся и роются среди наших памятников, оскверняют могилы наших предков и святые места. Чтобы рассказать нам, что наши святыни значат для нашего народа. Что означают священные свидетельства силы Аллаха. Что они созданы другим народом. Чужеземцами. С помощью демонов с другой звезды. Они оскверняют эти святые места и порочат имя Аллаха.

Ибн-Кадир повернул голову, и ИскИн был вынужден пропустить продолжение речи.

Обычные пропагандистские штучки. Археологические раскопки последних двух веков свидетельствовали о том, что главные сооружения на плато Гиза, Сфинкс и три Великих Пирамиды — Хеопса, Хефрена и Микерина — в своем первоначальном виде появились как минимум на восемь тысяч лет раньше, чем было принято считать. То есть задолго до того, как неолитические племена, позже известные как египтяне, заселили долину Нила. Правительство Египта (а после того, как Маади создал путем объединения обширное Царство Аллаха, — Каирский Принципат) настаивало, что Сфинкс и Великие Пирамиды — это выражение души египетского народа, а не творение инопланетных захватчиков, которые колонизировали Землю более десяти тысяч лет назад.

Эта битва началась не вчера. Первые залпы раздались в последней декаде двадцатого века, когда американские археологи и геологи внезапно обратили внимание на характерный рисунок эрозии на лике Сфинкса. Такой след могли оставить только дожди. Это означало, что ученые, относя создание Сфинкса к 2400 годам до нашей эры, сильно преуменьшили его возраст. Известный египтолог Доктор Дэвид Александер, впоследствии снискавший себе славу отца ксеноархеологии, был изгнан из Египта из-за того, что его теории и находки опровергали давно сложившиеся постулаты египетской истории.

Прошло семьдесят лет, но баланс политики, религии и национальной гордости оставался все таким же хрупким. Два месяца назад археологи Европейского Союза и ОФР обнаружили еще одну камеру, которая была выдолблена в скале под брюхом Сфинкса, на глубине почти пятидесяти метров. То, что было найдено внутри, стало еще одним подтверждением теории внеземного происхождения пирамид — новый тоннель, упоминаемый Геродотом и другими античными авторами. Туннель, который вел назад, к Великой Пирамиде Хеопса, где на экранах новейших сонаров и глубинных радаров возникали смутные очертания обширного лабиринта подземных камер, не известных до сих пор.

Подземный лабиринт внутри скалы. Лабиринт, который просто невозможно создать с помощью каменных инструментов и деревянных молотков.

Предварительные публикации о находках в археологических журналах взволновали мир, а у исламистов Царства Аллаха вызвали резкий протест. Местные власти приказали всем иностранным археологам прекратить работы в Гизе и немедленно покинуть страну. Отныне раскопки в Египте и других государствах Царства Аллаха должны были производиться только с разрешения правоверных археологов и при непосредственном наблюдении представителей правления Багдадского Исламского Исторического института.

По мнению Уорхерста, ничего более глупого с точки зрения науки придумать было невозможно.

— Мы не позволим иностранным дьяволам использовать истину и превратить ее в богохульство! — кричал ибн-Кадир, снова обернувшись к толпе. — Пришло время вышвырнуть иностранцев вон и возродить нашу историю для нас самих, во имя Аллаха благословенного!

Восторженный рев толпы разнесся на два километра вокруг. Несмотря на жару, Уорхерст почувствовал, как по спине пробежал озноб. Ибн-Кадир распалялся все больше, доводя себя и своих слушателей до исступления. Нетрудно предположить, что произойдет дальше.

— Похоже, на нас собрались погнать бельков,[34] — проговорила Карелина, словно озвучивая мысли Уорхерста.

«Погнать бельков». Вот дерьмо. Большинство этих людей безоружны — по крайней мере, те, кого можно он видел в оптический прицел своего «MD-30». Правда, в толпе мелькнуло несколько китайских и персидских винтовок. Множество женщин, еще больше юношей, совсем мальчишек, которым точно нет двадцати. Судя по всему, лидеры ополчения собрались прорвать оборону морских пехотинцев, используя гражданское население. Они надеются, что американцы не станут «отстреливать бельков» — или хотя бы не начнут стрелять сразу. Пары минут колебания достаточно, чтобы вооруженные бойцы подошли достаточно близко и открыли огонь на поражение.

И самое паршивое, что они гонят в атаку штатских… или идут в атаку, прикрываясь безоружными людьми… В общем, для его ребят исход один. Если не стрелять, противник прорвется сквозь периметр. И ломаного цента не будет стоить техническое превосходство американской армии, когда дойдет до рукопашной. Морпехов просто задавят числом.

Если открыть огонь, сцена массового истребления безоружных исламских граждан, снятая крупным планом, появится на каждом сервере новостей в Сети. Ее будут показывать снова и снова, смакуя кровавые подробности, она появится на доброй половине видеостен и портативных дисплеев планеты. Это будет моральная катастрофа, от которой ОФР может уже никогда не оправиться.

Но, возможно, есть другой путь.

— Снизь разрешение до клика,[35] — сказал Уорхерст, обращаясь к Карелиной. — И выстави «прозрачный режим».

— Есть, сэр.

Генератор ее винтовки начал набирать обороты. Физиономия ибн-Кадира словно отодвинулась метров на двадцать. Теперь в прицеле оказался весь грузовик, в котором он стоял, и большинство окруживших его людей.

— Скажи «чи-и-из», — пробормотала Карелина и выстрелила рассеянным импульсом рентгеновского излучения.

Дисплей Уорхерста мигнул и некоторое время не показывал ничего, кроме светящегося зеленого тумана. Однако через несколько секунд компьютер реконструировал изображение по отраженным рентгеновским лучам. Металлические пластины, пластик, ткань, человеческая плоть превратились в слабо светящиеся полупрозрачные облака, сквозь которые виднелись более плотные структуры — кость, твердая титановая сталь двигателя блока судна на воздушной подушке — окрашенные в ярко-зеленый, желтый и белесый с призеленью.

Чтобы люди не пострадали от облучения, импульс длился лишь несколько наносекунд. Первое полученное изображение было неподвижным. Потом компьютер сопоставил его с видом в реальном времени, и картинка ожила.

— Вон туда, — сказал Уорхерст. — Видишь маховое колесо на приводе трансмиссии?

— Вас понял, — ответила Карелина. Перекрестье прицела снова поползло вверх и остановилось чуть выше циркулирующей массы, которая и была маховым колесом «воздушки». Наличие доплеровского смещения отраженного излучения указывало, что колесо движется.

Египетская «воздушка» была оснащена допотопным движком. Матрица элементов питания, где сгорал водород, запитывала компрессоры турбины двух больших подъемных лопастей на шасси. Сейчас лопасти были опушены, машина приземлилась на юбочки камеры, но силовой агрегат по-прежнему работал, приводя в движение тяжелое, быстро крутящееся маховое колесо, которое обеспечивало подачу дополнительной энергии и поддержку гироскопического баланса.

— Посмотрим, сможешь ли ты попасть в это колесо, — сказал Уорхерст.