Воскресенье я решила посвятить уборке, все же родители собирались навестить меня на следующей неделе, а мое жилище больше напоминало склад, нежели место, где можно было с комфортом провести свободное время.
Воспользовавшись тем, что папа улетел со срочной внеплановой проверкой во Владивосток и пока что не может слишком тщательно контролировать мою жизнь, позвонила маме и попросила собрать некоторые вещи из моей комнаты.
Родительница возражать не стала, не зря все же отец считал ее слабым звеном, и вот я уже держала в руках два увесистых пакета, врученных мне Сергеем Валентиновичем. Плед, декоративные подушки, рамки с фотографиями, свечки и еще несколько мелочей, которые были призваны сделать мою квартиру более пригодной для существования.
Однако мужчина не ограничился лишь моими вещами, попросив не закрывать дверь, он пообещал вскоре вернуться и поспешил к лифту, заставив задуматься.
Через несколько минут, когда Сергей Валентинович вернулся, держа в руках внушительных размеров коробку и предмет, слишком напоминающий по форме картину, задумчивость переросла в недоумение.
— Это что? — поинтересовалась, когда охранник сложил все это добро к моим ногам.
— Подарки с прошлого съезда родственников. — хмыкнул мужчина. — То, что должно облегчить твою самостоятельную жизнь.
Еще раз взглянув на дары, с сомнением выгнула бровь:
— Что-то мне страшновато это открывать.
— Постоять за спиной с битой? Ну… На всякий случай. — пришел на помощь Сергей Валентинович.
— Думаете, Вологда все же подарила аллигатора?
— Не влез бы… — покачав головой, утешил охранник.
— Тогда обойдемся без биты, но за заботу благодарю.
— Обращайся, Регинк.
Сергей Валентинович провел у меня еще около получаса, после чего уехал на работу, а я принялась за уборку. Квартирка действительно стала выглядеть гораздо более уютной, в ней даже появились какие-то домашние нотки, но коробка и лежащий на ней в меру плоский прямоугольник в подарочной бумаге портили весь пейзаж.
Взяв ножницы, вздохнула и принялась за дело. Кажется, откладывать распаковку подарков от родственников уже не было смысла. Пришло время посмотреть, что сотрудники морозильной империи считают жизненно необходимым.
Два утюга и фен дали мне понять, что еще не все потеряно, однако последовавшие за ними скульптура коня высотой в добрые тридцать сантиметров, спицы и пряжа, купон на уничтожение блох и тараканов, нечто очень напоминавшее куклу Вуду и, наконец, забивавшая последний гвоздь в крышку гроба картина, уничтожили все надежды на здравомыслие нашего рода.
Я четырежды перевернула этот, наверняка, шедевр современного искусства, но так и не смогла сообразить, где находился низ. С одного ракурса изображенное на холсте нечто напоминало фиолетового слона, однако, перевернув вверх тормашками, я могла разглядеть паука, но, как не крути, неизменным оставалось одно — по этому животному предварительно однозначно проехалось что-то очень тяжелое.
Я, конечно, против творчества ничего не имела, но картину все же запихнула за холодильник, а коробку с остальными сомнительными дарами вынесла на балкон и теперь любовалась чистотой и порядком. Все же это очень приятное чувство, когда делаешь что-то хорошее своими руками.
Отличное настроение не испарилось и в понедельник, хотя некоторые опасения все же сохранялись. Я не верила, что Андрей мгновенно превратился в мальчика-зайчика, даже несмотря на то, что папа умеет быть очень убедительным, поэтому планировала сохранять дистанцию. Нужно было всего лишь продержаться каких-то четыре недели.
Что вообще значат четыре недели на фоне ожидающего меня блестящего будущего? Верно! Ничего, мелочь!
Ионова я встретила по пути к лифту, на секунду напряглась, но парень приветливо улыбнулся и даже пропустил меня вперед.
Я уже говорила, что обожаю папу? Да? Ну тогда повторюсь!
День проходил так, словно мы с Андреем избежали ты череду неприятных моментов, сопровождавших наше знакомство, что было слишком непривычно, даже Катерина Максимовна не смогла сдержать удивления, поинтересовавшись, каких успокоительных мы сегодня наглотались. Странно, я даже не думала, что наша неприязнь была настолько заметна. Хорошо, что сейчас она уже в прошлом.
Все было просто прекрасно, однако у меня оставалось какое-то чувство недосказанности, поэтому во вторник я не выдержала и догнала Ионова по пути на парковку.
— Андрей! — обернувшись на мой голос, парень нахмурился, но все же остановился, но мне этого было достаточно. Поравнявшись с ним, улыбнулась. — Рада, что этот детский сад прекратился. И спасибо, что мстить передумал.
Ионов кинул на меня удивленный взгляд, но спорить не стал, как-то неопределенно кивнул и улыбнулся.
Я понимала его нежелание разговаривать, все-таки общение с моим отцом, имеющим какие-либо претензии — это далеко не самое приятное, что может быть в жизни, поэтому, улыбнувшись в ответ, поспешила к машине, радуясь, что теперь все абсолютно точно наладится.
Конечно, со своей стороны я не собиралась больше с ним ссориться. Ионов отработает испытательный срок, потом получит отказ по какой-нибудь незначительной причине, и наши пути разойдутся, поэтому сейчас был совершенно не тот случай, когда требовалось пользоваться собственным преимуществом в личных целях.
Спустя неделю Андрей меня уже практически не раздражал. Наоборот, его появление на работе означало, что смена будет не безнадежно скучной. На самом деле те обязанности, которые в первые дни казались мне такими разнообразными и занимающими огромное количество времени, оказались скучными и однообразными.
Каждое утро мы пили чай с Катериной Максимовной, затем отправлялись на склад, забирая заказанные в офис мелочи. Не было еще ни дня, чтобы хотя бы один сотрудник не сообщил о том, что у него закончилась паста в ручке, стикеры или бумага для принтера. Честное слово, как будто у них схема специальная существовала для того, чтобы мы каждый день таскались к Мишутке и его кошкам.
Потом мы занимались устранением маленьких неприятностей, которые могли спровоцировать настоящий апокалипсис, уже в самом офисе. К примеру, вы знали, что отсутствие в женском туалете розового лосьона для рук могло парализовать работу целых трех сотрудниц отдела маркетинга по причине того, что без него работать за компьютером просто невыносимо, слишком сохнет кожа. Я тоже не знала. Теперь знаю.
После обеда нашими верными спутниками становились сканеры и ксероксы. Так продолжалось примерно до трех часов дня. К этому времени запасы энергии сотрудников офиса потихоньку начинали заканчиваться, и их главной целью становилось
