Поразителен пример новосибирца Ю.В. Кондратюка. Не имея специального образования, он еще в 20-е годы ХХ в. задумывался о межпланетных путешествиях. Близкие считали Юрия Васильевича “милым мечтателем”, а он в 1929 г. за свой счет издал в Новосибирске брошюру “Завоевание межпланетных пространств” (тираж 2000 экз., 72 стр.). В это же время региональная “Комиссия по перерегистрации технического персонала” включила его в число 12-ти “лжеспециалистов, не имеющих технического образования” и запретила заниматься профессиональной технической деятельностью (газета “Советская Сибирь”, 12 апреля, 1928 г.). А в 1931 г. по ложному доносу он был осужден по “знаменитой” статье 58-7 в связи со “срывом строительства элеватора”. Ю.В. Кондратюк погиб на фронте в 1942 г.
И только в эру полетов в Космос его имя появилось среди имен тех, кто силой своей мысли проникал во Вселенную. В 1959 г. на ВДНХ был открыт павильон “Космос”, в котором впервые появились сведения об основателях космонавтики. В списке из восьми выдающихся первопроходцев вторым за К.Э. Циолковским был указан Ю.В. Кондратюк; следом шли Ф.А. Цандер, С.П. Королев, В.П. Глушко, М.К. Янгель, И.М. Исаев и Г.Н. Бабкин. После высадки Нила Армстронга на Луну (1969 г.) американские ученые объявили, что полет и высадка были осуществлены с учетом схемы Ю.В. Кондратюка, опубликованной в его “самодеятельной” книге. Наряду с именами И. Кеплера и Н. Коперника его именем был назван один из лунных кратеров (чего не было сделано в отечественном Атласе фотографий Луны). Даже после этого имя Кондратюка долгое время не упоминалось в официальных докладах руководителей советской космонавтики на конгрессах. Увы, нет пророка в своем отечестве (In portia natus non est propheta vocatus — лат.).
Догматические запреты заниматься тем, что сейчас кому-то представляется лженаукой (даже если это окажется действительно ложным направлением) не всегда эффективны. Вспомним слова И.М. Сеченова: Страшно подумать, что стало бы с человечеством, если бы средневековым опекунам общественной мысли удалось пережечь и перетопить всех этих страстных тружеников “над безобразною мыслью”, лежавшей в основе алхимии. Именно эти труженики бессознательно строили фундаменты современных зданий химии, биохимии и медицины. Нелишне также вспомнить, что во все времена на начальных этапах рациональное знание порой сосуществовало и сосуществует с антинаукой: математика — каббалистика, астрономия — астрология, медицина — знахарство, дисциплинарная методология — партийная идеология, корпоративная “правда” или классовая целесообразность.
Смелость научного поиска часто поддерживает право исследователя на заблуждение. Всякое новое в науке на первых порах гипотетично. Оно — следствие сосуществующих знания и незнания (“то, что мы не знаем — бесконечно”, говорил П. Лаплас). Догматик не тот, кто верит в истинность своих убеждений, а тот, кто считает свою веру единственно правильной и противодействует иным представлениям. Особенно вредоносны догматики в руководстве наукой, по существу представляя “капитанский мостик” лженауки. Первый директор Кавендишской лаборатории Джеймс Максвелл говорил: Я никогда не отговариваю человека от попытки провести тот или иной эксперимент; если он не найдет того, что ищет, он, может быть, откроет нечто иное. Этот тезис стал лозунгом лаборатории, из которой вышло нобелевских лауреатов больше, чем из всех российских институтов досоветского, советского и постсоветского времени. Поистине, из всех демократических свобод наибольшую пользу человечеству дала демократия мысли ученых.
Э.П. КРУГЛЯКОВ ЛЖЕНАУКА — ПУТЬ В CРЕДНЕВЕКОВЬЕ{7}
Признаться, с недоумением прочел статью профессора Б.М. Чикова. Так и не понял, за он выступает, или против. С одной стороны, Чиков согласен с тем, что, когда околонаучные шарлатаны опустошают кошельки наших сограждан, а порой и бюджет государства, это нехорошо. С другой стороны, “слишком великие жертвы понесли российское государство и российская наука на тропе борьбы с генетикой, кибернетикой и буржуазной философией, слишком много вреда принесли научные и идеологические инквизиторы, чтобы считать этот вопрос простым”. А ведь вопрос-то действительно простой. Автор почему-то забыл еще лысенковщину, с которой боролась наша наука. Что же касается навязшего в зубах штампа о борьбе с генетикой и кибернетикой, то придется расставить точки над и. Во-первых, решение о разгроме генетики принималось на самом верху. Конечно, исполнителями разгрома были ученые. Что поделаешь, в науке мерзавцы тоже водятся. Мало, кто знает, что было подготовлено решение и по поводу разгрома физики. Положение спас И.В. Курчатов, который посетил Л.П. Берия и объяснил ему, что без теории относительности и квантовой механики атомную бомбу не создать. Обеспокоенный Л.П. Берия, курировавший эту программу, немедленно доложил И.В. Сталину о визите И.В. Курчатова, и уже подготовленная акция была отложена. Так была спасена физика. Что же касается кибернетики, то по ее поводу никаких решений вообще не принималось, работы по проблемам кибернетики велись свободно, в отличие от генетиков, никого из кибернетиков не посадили и даже не разогнали. Как же кибернетика удостоилась штампа “реакционная (или буржуазная) лженаука”? Этому мы обязаны небольшой, но влиятельной (в верхах) группе отечественных философов. Математики, физики, биологи к данному безобразию непричастны. Можно добавить к сказанному, что ни в одном демократическом государстве с высокоразвитой наукой погромов подобных учиненному нашей генетике, от которого она не оправилась до сих пор, никогда не было. Зато в гитлеровской Германии поддерживалась только “арийская” физика. Прочие преследовались. Так что уместно дискутировать не о вреде борьбы с лженаукой, а о вреде тоталитаризма.
Напомню следующий тезис Б.М. Чикова: “Сколько теорий, поддержанных авторитетом ведущих академий наук, оказались ложными”. Когда наука была в пеленках, когда основы наук только-только закладывались, конечно, делалось очень много ошибок, как, впрочем, и открытий. Только едва ли сегодня следует апеллировать к средним векам. Правда, уже в то время (и даже значительно раньше) многие люди прекрасно понимали огромную разницу между астрономией и астрологией. Лженаукой последнюю назвала в начале XII века византийская принцесса Анна Комнина. Об абсурдности астрологии было немало высказываний и значительно раньше. Повторяться не буду. Я об этом не раз писал.
Хотел бы уточнить не очень корректное утверждение Б.М. Чикова. Астрономия никогда не создавала гороскопы. Этим занималась астрология. Да и утверждение о том, что Кеплер увлекался астрологией, неверно. Приведу высказывание самого И. Кеплера, которое проясняет суть дела. “Астрология — такая вещь, на которую не стоит тратить время, но люди в своем безумии думают, что ею должен заниматься математик”.
Что же касается средневековой алхимии, то ее лженаукой никто не называет. Это была, скорее, наивная наука, принесшая человечеству немало пользы. А вот тех алхимиков, которые сегодня обещают из дешевых материалов произвести уйму золота, можно и нужно называть лжеучеными. И вот почему. Современная наука очень мало похожа на ту младенческую, к которой пытается обращаться Б.М. Чиков. Наука сегодня стала намного сложнее, чем, скажем, в конце XIX века. Сегодня в ней уже нет ни одного любителя. Наука стала полностью профессиональной. И еще одно важное обстоятельство, которое не всегда понимают. Часто приходится слышать о революциях в физике, которые полностью сокрушили старую классическую физику.
Ничего подобного на самом деле не было. Когда появилась теория относительности Эйнштейна, она лишь уточнила классическую механику Ньютона (на самом деле не только механику) на область больших скоростей, близких к скорости света. Оказалось, что в мире больших скоростей механика Ньютона несправедлива. Зато релятивистская механика Эйнштейна справедлива как при больших, так и при малых скоростях. Следует подчеркнуть, что для подавляющего большинства инженерных расчетов сегодня можно смело пользоваться формулами классической механики. А вот при конструировании ускорителей для физики высоких энергий классической механикой уже не обойтись. Нужно использовать теорию относительности. Люди, которые пользуются небольшими приборами для определения точных координат объекта на местности через искусственные спутники Земли, даже не подозревают, что в этом случае используется общая теория относительности Эйнштейна.
Оказалось, что на очень малых масштабах механика Ньютона тоже становится неприменимой. И тоже ничего страшного. В области малых размеров теперь царствует квантовая механика, но из ее формул следуют формулы классической механики при переходе к большим размерам.
