Читаем без скачивания Слабое место (ЛП) - Штайнер Канди

Это было нереально — видеть ее здесь, в моем колледже, на моем стадионе, с эмблемой моей команды, растянутой на груди.

Но теперь все это принадлежало и ей тоже.

Кислое настроение засело у меня в животе, как якорь. Это было похоже на предательство, то, как она могла говорить мне, когда мы были на большом расстоянии, как сильно она меня любила, как сильно она не могла дождаться, чтобы быть здесь со мной, только чтобы, наконец, это произошло, а затем выплеснуть меня расставание, как ведро с грязной водой.

Я лениво подумал, не дело ли это рук ее отца.

Кори Вейл был человеком, которого я не мог не уважать. Он не только вмешался и помог мне и моей маме, когда мой отец ушел, но и был одним из лучших юристов в штате. Он всего добился сам, и благодаря этому у него появился вкус к самым изысканным вещам.

Он хотел самого лучшего — лучших машин, лучшего вина, лучшего места на каждом шоу или игре, которые он посещал.

И лучшей перспективы для его единственной дочери.

Я всегда думал, что это был я.

Может быть, когда-то так оно и было. Может быть, он видел мое будущее и верил в меня, как в профессионала, обеспечив своей дочери будущее, которое он счел подходящим. Или, может быть, он просто тянул время, позволяя нашей юной любви идти своим чередом, прежде чем он посеял семена в ее голове, что она могла бы добиться большего.

Или, может быть, он вообще не имел ко всему этому никакого отношения.

Как бы то ни было, я знал, что мое беспокойство никогда не пройдет. Я ворочался с боку на бок каждую ночь, гадая, почему она так внезапно порвала со мной.

Но сегодня мне нужно было сосредоточиться на другом.

Мне потребовалось усилие, чтобы оторвать свой взгляд от ее, и я перевел дыхание, посмотрев на часы.

Как раз в это время вошла Джиана.

Ее волосы теперь были полностью сухими, эти локоны были полны жизни и подпрыгивали, когда она влетела в дверь. Она разгладила руками юбку, поправила очки и оглядела комнату. Когда ее глаза встретились с моими, я увидел в них беспокойство, увидел, как ее маленькие ручки сжались в кулаки, когда она держала юбку, сжимая клетчатую ткань в своих тисках.

Она была для меня такой очаровательной загадкой, какой-то застенчивой и смелой одновременно. В один момент у нее случался нервный срыв, а в следующий она была вся гордо поднята, грудь выпячена, брови сдвинуты в решимости, как будто ничто не могло поколебать ее.

Я наблюдал, как она глубоко вздохнула, расправила плечи и сжала челюсти. Я подумал, не подбадривает ли она себя мысленно, но у меня не было времени обдумать это. Она наклонила голову, совсем чуть-чуть, спрашивая без слов, пришло ли это время, пришло ли оно.

Я кивнул.

А потом она пустилась в бег.

Возможно, это была самая милая вещь, которую я когда-либо видел в своей жизни, как ее волосы и юбка подпрыгивали синхронно с каждым шагом на ее пути ко мне. Я наблюдал, как головы поворачивались стол за столом, мои товарищи по команде, болельщицы и тренерский штаб одинаково смотрели, как она неслась ко мне.

Лео обернулся, услышав шлепанье ее туфель по кафелю.

— Что за…

Но прежде чем он успел закончить этот вопрос, Джиана бросилась в мои объятия.

Я поймал ее в порыве воздуха, волос и сладкого аромата, который окутал меня, как крещение, океанский бриз и подсолнухи. Ее руки обвились вокруг моей шеи, мои обвились вокруг ее бедер, и я почувствовал кружево ее чулок, когда она скрестила лодыжки там, где они зацепились за меня, гладкая кожа ее внутренней стороны бедра коснулась моей талии.

Она бежала ко мне с чистым волнением и уверенностью, но в тот момент, когда она оказалась в моих объятиях, ее улыбка исчезла, дыхание стало быстрым и поверхностным. Ее широко раскрытые глаза встретились с моими, опустились на мои губы, а затем медленно поползли обратно вверх.

Я сжал ее бедра там, где держал, сосредоточившись на том, что мы репетировали, а не на том факте, что она обхватила меня ногами в юбке, что означало, что, кроме кусочка трусиков, между нами ничего не было.

— Ты сделал это, — выдохнула она, ее губы оставались приоткрытыми, как только слова слетели с них.

Когда мы практиковались в ее кабинете несколько дней назад, мы договорились, что она должна была сказать это громче, с ликованием и волнением. Ты сделал это! Ты в команде! Но теперь она сглотнула, усиливая хватку на моей шее, когда я обхватил ее руками и сократил каждый сантиметр пространства между нами.

— Были ли хоть какие-то сомнения, что я этого не сделаю?

Я держал ее одной рукой, освободив другую, чтобы проследить за румянцем, который пополз по ее щекам. Затем я приподнял ее подбородок костяшками пальцев, наблюдая, как ее широко раскрытые глаза закрываются.

И я поцеловал ее.

Я не знаю, чего я ожидал, когда эта безрассудная идея впервые пришла мне в голову в том кафе-баре на другом конце кампуса, но что бы это ни было, оно перестало существовать в тот момент, когда мои губы нашли ее.

Я был удивлен мягкой твердостью, с которой она встретила меня, неуверенной, но ищущей. Она замерла при первом контакте, вдох застрял в ее груди, но затем она медленно выдохнула, притянула меня к себе и углубила поцелуй, как будто мы делали его сотню раз до этого.

Поцелуй — это все, чего я ожидал. Несмотря на то, что она согласилась, когда я сказал, что нам нужно больше убедительности, у меня было чувство, что, как только этот момент наступит, она позволит только быстро коснуться моих губ своими. Затем я улыбнусь и поставлю ее на ноги, подхва чу под мышку и притворюсь, что все нормально, в то время как все вокруг нас будут сходить с ума. Это то, что я себе представлял.

Я не был готов к тому, как Джиана повела бедрами, выгибаясь навстречу мне и вдыхая еще один долгий поцелуй с потрясающе соблазнительным стоном, прежде чем у меня появился шанс прервать контакт. Это небольшое движение, то, как ее попка выпятилась, и я почувствовал ее тепло внизу живота, заставило мой член дернуться, и я застонал, сжимая ее бедро, прежде чем неохотно отстранился.

Я знал, что каждая пара глаз в кафетерии была устремлена на нас, поэтому я не мог вымолвить ни слова. Я просто выгнул бровь, чтобы дать ей понять, что поцелуй был довольно неожиданным, но она только сильнее покраснела, вздернув подбородок, и ее кудри водопадом упали на лицо, когда я осторожно поставил ее ноги обратно на землю.

Как я и планировал, я обнял ее, целуя в волосы, прежде чем положить руку ей на поясницу и подтолкнул ее занять место передо мной в очереди.

— Ты дышишь? — прошептал я.

— Едва ли.

Я улыбнулся, забирая сервировочную ложку из ее рук, когда мы проходили мимо овощной смеси.

— Ты казалась немного измотанной, когда ворвалась сюда.

— Все утро было сумасшедшим, — сказала она с тяжелым вздохом, потянувшись за пончиком с черничным пирогом, но затем остановилась и пошла дальше.

Я взял один, проходя мимо, и положил ей на поднос, когда она отвернулась.

— Как ты себя чувствуешь? — Она кивнула на порез, который я случайно получил на предплечье. — Похоже, это было больно.

— Это было неприятно, но, по крайней мере, ничего смертельного, — сказал я. — Это могло случиться в любой день.

Мы оба сосредоточились на том, чтобы наполнить наши подносы, Джиана рассказывала мне обо всех средствах массовой информации, которые были запланированы на сегодняшний вечер, а я улыбался, кивал и слушал.

Но когда мы наполнили наши подносы и повернулись, чтобы найти столик, мы оба застыли под пристальными взглядами.

Джиана сглотнула, взглянув на меня, и я просто кивнул в сторону стола, за которым сидели Холден, Зик и Райли. Она осторожно последовала за мной, и, хотя я игнорировал все взгляды, я видел, как она осматривает комнату боковым зрением.

Я сел рядом с Лео, но Джиана все еще стояла, ее маленькие пальчики сжимали красный поднос в ее руках.

— На самом деле, я думаю, что собираюсь пообедать в офисе, — сказала она, выдавив улыбку, которая, как я знал, скрывала тот факт, что она была абсолютно напугана тем, сколько людей все еще наблюдало за нами. — Шумиха Дня Отбора не прекращается. Увидимся на линии прессы?