реку. За дивизией некоторое время спустя двинулся штаб армии, но на восточном берегу он был обстрелян миномётным и пулемётным огнём. Майор БОРИСОВ, подполковник ПОЧЕМА, генерал-майор ПЕТРОВ, полковник БОГДАНОВ и член Военного Совета, фамилию не помнит, южнее переправы организовали батальон пехоты и решили нанести удар в тыл немцам, которые к этому времени оттеснили прикрывающие части к самой переправе. У переправы творилось что-то невероятное. Артиллерия вела огонь тут же, с колёс, часто поражая своих. Раненых и убитых никто не подбирал. В процессе обходного маневра нашего организованного батальона последний распался на две части. Первая часть совместно с БОРИСОВЫМ вышла в БЕЛЁВ. Генерал-майор ПЕТРОВ остался со второй частью батальона, судьба которого неизвестна. Части армии имели задачу и двигались на БЕЛЁВ. Маршрут движения БОРИСОВА: ТЕРЕБЕНЬ, ТРОСНА, ВЫТЕБЕТ, РАДОМНА, СЕРЕДИЧИ, БЕЛЁВ. После переправы на всём отрезке пути он немцев не встречал. По опросу местных жителей, последние сообщали, что немцы заходили в деревню, брали продукты и двигались на восток и северо-восток. По докладу БОРИСОВА немцев было не больше батальона с 5 миномётами. Материальная часть гвардейского дивизиона уничтожена самими артиллеристами. Всё. Ясно ли?
– Всё ясно»[17].
Переговоры 19.22 20.10.41.
Переговоры ведут офицеры связи Маслюков и Залетов.
«– Передаю для ЗАЛЕТОВА. АРГУНОВА дождаться и лично с ним поговорить не смог, снова связь портится. Передаю то, что АРГУНОВЫМ было установлено в 16.00 часов у их телеграфистов. Записка генерал-майору ЗАХАРОВУ и члену Военного Совета МАЗЕПОВУ.
Здравствуйте. Докладываю обстановку:
Первое: на сегодня все хозяйства, за исключением 276 (сд), вышли на меня, приводятся в порядок, организуем отпор врагу.
Второе: лично ПЕТРОВ ещё не появился. Имею сведения о нём, что 12.10.41 он перешёл РЕССЕТА у завода юго-восточнее ХВОСТОВИЧИ. Вышедшие командиры видели его и 15.10.41 северо-восточнее этого завода.
Третье: Вчера прибыл с частью штаба подполковник ПОЧЕМА, очень немного их осталось.
Четвёртое: сегодня полностью выбрался ИВАНОВ. Я прошу вашей телеграммы через генерала КУРКИНА в отношении ИВАНОВА. Думаю, что наиболее целесообразно его отправить, но для этого нужно дать телеграмму.
Пятое: в основном свою задачу я выполнил. Всё собрано, налаживается прямая связь всех хозяйств непосредственно со Штармом. Включаю свою опергруппу в аппарат ПОЧЕМА. Жду ваших указаний.
Шестое: очень прошу пришлите обещанное: ящик папирос, бочонок масла. Для войск нужно бельё, портянки, обувь, шапки, телогрейки.
Седьмое: противник 18–19 числа перешёл к активным действиям из района КОЗЕЛЬСК и из района УЛЬЯНОВО. Начались бои на подступах к БЕЛЁВУ. Пока на подступах к БЕЛЁВУ северо-запада и запада. Пока успешно отражаем.
20.10.41 АРГУНОВ. Передал капитан МАСЛЮКОВ 19.22 20.10.41.
Вот всё, что я получил от АРГУНОВА. Но думаю, что в личном разговоре с АРГУНОВЫМ уточню более подробно положение частей на фронте. МАСЛЮКОВ»[18].
Для того чтобы понять динамику событий и то, насколько неточен был немецкий источник (Гудериан), привожу серию боевых донесений штабов разного уровня за октябрь 1941 года.
Штаб Брянского фронта. Боевое донесение № 011.
«16.10.41.
16.00
1. Группа полковника Аргунова продолжает занимать прежнее положение.
173 сд занимает рубеж Слободка, Дебри, Уколицы.
Штадив – Сорокино.
Запасный полк продолжает оборонительные работы непосредственно западней Белёв.
2. Группа полковника Иванова (бывшая группа Рейтер) от р. Витебеть с рубежа Витебеть, Сиземка подходит Белёв.
3. Группа полковника Грачева ведет бой за Болхов, который переходит из рук в руки.
4. У Иванова и Грачева до 400 машин без горючего, которое подается распоряжением полковника Аргунова.
Штаб группы Аргунова – Белёв.
Группа с 16.10 перешла в подчинение командарма-26.
5. Части 50 армии подходят к участкам, занимаемым частями группы Аргунова.
На 16.10 вышли:
а) 217 сд – 300 человек;
б) 279 сд – 400 человек без обозов;
в) 299 сд – около 1500 человек с обозами;
г) 154 сд – около 1200 человек с обозами и частично с боевой техникой;
д) 260 сд – около 200 человек мелкими группами и одиночками.
Место нахождения штарма-50 уточнить не удалось.
6. Правее в районе Козельск ведет бой с частями пр-ка 31 кд.
Зам. начштаба фронта полковник Сандалов»[19].
Что произошло со штабом 50-й армии? Где генерал Петров? Где член Военного совета Шляпин? Почему не выходят на связь? Это волновало все штабы. Это спустя десятилетия продолжает волновать и нас.
Удивительное дело, до сих пор ни брянские историки и краеведы, где произошла трагедия, ни калужские, где развёртывались самые жуткие фрагменты драмы 50-й армии, ни тульские, куда стремились полуразбитые, потерявшие основную часть личного состава и почти всю боевую технику и тяжёлое вооружение дивизии, не озаботились сколько-нибудь подробным, с описанием каждого дня каждой дивизии, исследованием октябрьской катастрофы 50-й армии и трагедии её командующего. Ни в Брянске, ни в Калуге, ни в Туле за последние десятилетия не появилось ни одной серьёзной публикации на эту тему. Разве не было так называемого социального заказа? Нет интереса к своей истории? Не хочется заниматься историей поражений? Но ведь из них, из поражений, собиралась будущая победа под Тулой и Калугой! И мы это попытаемся проследить в ближайших главах.
Да, действительно, заниматься военно-патриотическим воспитанием – это не гвардейские ленточки раздавать…
Из оперативной сводки штаба Брянского фронта 20 октября 1941 года:
«…к 20.00
Первое. Армии фронта продолжали бои в районах Шеламовка, у выс. 235.2, Мал. Борзенки, Фатеж и, обороняясь на занимаемых рубежах на правом фланге, продолжали отход по рубежам на левом крыле фронта.
Штадив с 13.30 в окружении в районе Мал. Борзенки.
41 кд атаковала в пешем строю во фланг пр-ка, наступающего от Шеламово на выс. 235.2. Результатов атаки не поступило.
Данных о 194, 290, 260, 278 сд и 108 тд нет.
По донесению начштарма-50, матчасть 1 и 3 дивизионов первого гмп подорвана в районе Гутовского Завода. До 8 установок 2 дивизиона без снарядов 8.10 и 9.10 проследовало через Белёв на восток. Личный состав 1 и 3 дивизионов через Белёв проследовал в Москва»[20].
Из сводок следует, что дивизии, заняв новые рубежи, уже дерутся. Перед ними противник в прежней силе, а они держатся.
Что ж, такова жизнь, а вернее, война: командарм погиб, а армия продолжает драться.
Так что судьбу генерала Петрова оставим историкам и писателям.
У генерала есть хотя бы могила. У тысяч нет ни могил, ни даже имён.
В 1992 году на 41-м км р. Рессета – о, магия чисел! – поисковиками был найден железный ящик – дивизионный сейф с документами. Из-за повышенной влажности документы не поддавались прочтению. В научно-исследовательской лаборатории судебных экспертиз слипшиеся листы всё же разделили и определили: документы, находящиеся
