Читаем без скачивания Влюбленная некстати - Нора Робертс

Но поскольку инициативу проявил я – хотя она меня и спровоцировала – мне пришлось вспомнить о долге и ответственности. Наградой мне стало то, что я смог увидеть ее лицо, мечтательное выражение ее глаз и то, как она шла к двери.

Это было очень приятно.

Конечно, на обратном пути я дважды чуть не слетел в кювет и в конце концов заблудился, но это вполне объяснимо.

Да, я хочу снова увидеть ее. По многим причинам. И сомневаюсь, что сегодня ночью буду спать спокойно».

5

Нелл покрыла глазурью последнюю партию булочек с корицей и сделала перерыв. Загрузить машину и отвезти продукты в кафе можно было через час. Грибной суп уже в кастрюле. Три разных салата приготовлены, булочки пекутся. С «Наполеонами» тоже покончено…

Правда, встать пришлось в половине шестого.

Диего, гладкий серый полосатый кот, свернулся на кухонном стуле и следил за ней. Люси – черный лабрадор – растянулась в углу и внимательно следила за Диего. Собака и кот заключили перемирие (конечно, на условиях Диего), но настоящего доверия между ними не было.

Дожидаясь, пока испекутся булочки, Нелл включила радио, убавила звук и стала ждать.

Когда вошла заспанная Рипли, облаченная в рейтузы и теплую футболку, которую использовала вместо ночной рубашки, Нелл просто протянула ей кружку кофе.

Рипли хрюкнула что-то похожее на спасибо (на большее без кофеина она была неспособна) и плюхнулась на стул.

– Слишком много снега для утренней пробежки.

Рипли хрюкнула снова. Без ежедневных трех миль она не чувствовала себя человеком, но кофе сделал свое дело. После первого глотка Рипли лениво потрепала по голове подошедшую поздороваться Люси.

Придется воспользоваться этой проклятой «бегущей дорожкой», черт бы ее побрал… Прожить два дня без пробежки выше ее сил. Зак взял первую смену на себя – кстати, где его черти носят? – так что спортивный зал мог немного подождать.

Она не хотела сталкиваться с Маком.

Впрочем, это ее не слишком тревожило. Рипли уже придумала несколько вполне правдоподобных причин, объяснявших ее реакцию на прощальный поцелуй.

Просто ей не хотелось иметь с ним дело, вот и все.

Нелл поставила перед ней тарелку, и Рипли растерянно заморгала:

– Что это?

– Овсянка.

Рипли нагнулась и подозрительно понюхала тарелку.

– Зачем?

– Она очень питательна. – Нелл вынула из духовки один противень и вставила туда другой. – Сначала попробуй, а уже потом корчи рожи.

– Хорошо, хорошо. – Она действительно скорчила рожу за спиной Нелл. Пойманная с поличным, Рипли попробовала, поджала губы, подумала и сунула в рот еще одну ложку. У Нелл все было вкусно. – Гм-м, неплохо… Мама часто варила зимой овсянку, но каша была похожа на серую глину. А на вкус была еще хуже.

– У твоей матери другие таланты. – Нелл налила себе чашку кофе и села за стол. Она буквально вытолкала Зака из дома, чтобы иметь возможность поговорить с Рипли, и не собиралась тратить время зря. – Ну, как все прошло?

– Что именно?

– Твой вечер с Маком Буком.

– Это был не вечер, а час.

Оправдывается, подумала Нелл. Уклоняется от ответа. Отлично…

– И как же прошел этот час?

– Нормально. Пришел и ушел. Так что с моими обязательствами покончено.

– Я рада, что он привез тебя домой. – Когда Рипли подняла брови, Нелл заморгала своими младенчески-невинными голубыми гляделками. – Я слышала шум машины.

И смотрела в окно. Видела, как Мак вел Рипли к дверям. Между этим провожанием и возвращением Мака к машине был солидный промежуток.

– Он мне все уши прожужжал. «На улице слишком холодно. Вы замерзнете и умрете по дороге…» – Рипли сунула овсянку в рот и взмахнула ложкой. – Как будто я не могу сама о себе позаботиться. Такие парни меня бесят. Сам даже ключи от машины не может найти, но считает, что я непременно заблужусь и превращусь в сосульку. Еще чего!

– Я рада, что он привез тебя домой, – повторила Нелл.

– Да, неплохо. – Рипли вздохнула и начала ковырять овсянку, отчего тарелка с кашей стала напоминать лунный пейзаж. Если бы он не отвез ее домой, ничего страшного не случилось бы, но тогда она осталась бы без этого волнующего поцелуя. Ну и что? Подумаешь, какое дело… – Ты бы не узнала коттедж, – продолжила Рипли. – Теперь он похож на берлогу чокнутого ученого. Битком набит электроникой и компьютерами. Присесть можно только на кухне. Этот тип с головой увяз в своей дурацкой науке. У него амулеты даже в «бардачке»… Он знает обо мне, – торопливо закончила Рипли, подняла глаза и посмотрела на Нелл.

– Ох… – негромко выдохнула Нелл. – Ты сказала ему?

Рипли покачала головой. Живот свело судорогой, и это разозлило ее.

– Он уже знал. Как будто у меня на лбу написано: «Местная ведьма». Но он и глазом не моргнул. «Да, помощник шерифа Тодд, это интересно. Будьте добры, прочтите какое-нибудь заклинание, а я запишу это на диктофон».

– Он просил тебя колдовать?

– Нет, – Рипли потерла руками лицо. – Нет, – повторила она. – Но я… Черт побери, он разозлил меня, и я… Я обожгла его.

– О боже… – Нелл быстро опустила чашку, и кофе выплеснулся на стол.

– Нет, огонь я не вызвала. Просто обожгла ему запястье пальцами. – Рипли уставилась на свои руки. Руки как руки, с длинными пальцами и короткими некрашеными ногтями.

Ничего особенного.

Ничего смертельного.

– Все вышло нечаянно. Злость превратилась в тепло, а тепло перешло в пальцы. Я давно не думала об этом. По крайней мере, несколько месяцев…

– С тех пор, как воспользовалась своей силой, чтобы помочь мне, – вполголоса закончила Нелл и встала, услышав звон таймера духовки.

– Нелл, я ничуть об этом не жалею. Я сама сделала выбор и, не задумываясь, повторила бы все сначала. Просто теперь хранить эту силу под спудом стало труднее. Не знаю почему.

«Точнее, не хочу знать», – подумала она, но тут же отогнала от себя эту мысль.

– Вот так все и вышло. Я причинила человеку физический вред. Пришлось вылечить его, но это меня не извиняет.

– И как он к этому отнесся?

– Как к пустяку. Принес мне стакан воды, потрепал по плечу и продолжил беседу с таким видом, словно я всего-навсего пролила вино на скатерть. Надо отдать ему должное, манеры у этого малого выше всяких похвал.

Нелл подошла и погладила Рипли по голове, как ребенка.

– Ты слишком строга к себе. Я, например, сбилась со счета, сколько ошибок сделала в последние месяцы. Несмотря на руководство Майи.

– Лучше не произноси при мне ее имя! – Рипли снова наклонилась к тарелке и начала есть, как будто еда могла помочь решить все проблемы. – Если бы она не притащила его сюда…

– Рипли, она не притаскивала его. – Слабая, но безошибочно узнаваемая нетерпеливая нотка, прозвучавшая в голосе Нелл, заставила Рипли ссутулиться. – Если бы она не сдала ему коттедж, он бы снял другой или остановился в гостинице. Тебе не приходило в голову, что, сдав Буку коттедж и согласившись побеседовать с ним, Майя контролирует ситуацию? Поступи она по-другому, это было бы невозможно.

– Нет, не приходило, – сердито буркнула Рипли. – А должно было. Она вечно хитрит.

– Кстати, я тоже собираюсь побеседовать с ним, – задумчиво сказала Нелл.

Ложка со звоном упала на тарелку.

– Ты с ума сошла! – воскликнула Рипли.

– Он пообещал Майе, что не станет называть настоящие имена без разрешения. Меня интересует его работа, – сказала Нелл, сняв булочки с противня и поставив их остывать. – Я хочу знать о себе как можно больше. Я отношусь к своей сущности не так, как ты.

– Я не имею права тебе указывать. – И все же придется позаботиться о том, чтобы Мак не слишком наседал на Нелл и не делал неправильных шагов… – А как к этому относится Зак?

– Он предоставляет выбор мне. Зак доверяет мне и уважает меня. Это так же чудесно, как то, что он любит меня. Я не боюсь доктора Бука.

– Он пронырливее, чем кажется, – пробормотала Рипли. – Этот тип из тех людей, которые убаюкивают тебя и заставляют поверить, что перед тобой безобидный щенок. Но на самом деле он не такой.

– А какой?

– Умный и хитрый. Правда, щенячьи качества у него тоже есть, и эта комбинация сбивает с толку. Сначала он оглядывается по сторонам с таким видом, словно забыл, где оставил свою голову. А потом…

Нелл снова села.

– Что – потом?

– Целует тебя.

Нелл сложила кончики пальцев, а потом стиснула руки.

– Серьезно?

– Сначала это была шутка. Он решил проводить меня до дверей, как после первого свидания. А потом… – Она осеклась и жестом показала, как Мак обнял ее. – И, представь себе, у меня закружилась голова, в глазах потемнело, стало жарко. А потом появилось ощущение, что он пьет меня. Медленно и неторопливо.

– О боже…

– В моем теле не осталось ни одной целой кости. Пока он делал невероятные вещи с моими губами, я чуть не растаяла… – Рипли судорожно вздохнула. – Я целовалась со многими и умею это делать. Но такое выдержать невозможно.