— Ну вот, Сирена! Это именно то, о чем мы говорили. Он отказывается признать нас как воинов. Мы больше не будем поддерживать тебя, король Лахлан.
Фэллин возмущенно откинула с раскрасневшегося лица каштановый локон, а Сирена подняла палец, чтобы не дать подруге уйти.
— Лахлан Маклауд, ты не найдешь воинов, равных этим женщинам. Будь они мужчинами, ты умолял бы их присоединиться к тебе. Подвергнув Иския риску своим…
— Хорошо. — Подняв руку, Лахлан остановил возмущенную тираду Сирены, предварительно обменявшись взглядом с братом. — Они могут сопровождать меня на Крайний Север.
Эванджелине было ясно, что единственная причина, по которой Лахлан согласился уступить Сирене, это ее интересное положение — никто не станет спорить с женщиной, которая на восьмом месяце беременности.
— Теперь, когда это дело решено, — заговорила Эванджелина, довольная, что он наконец-то сдался, и не важно, по какой причине, — скажи, у тебя есть план, как мы…
— Ты со мной не едешь. — Он пронзил ее взглядом. — Ты остаешься присматривать за Авророй.
Да как он смеет?! Если бы не она, Лахлан вообще понятия не имел бы, что его наставник пропал!
— Я не останусь, — заявила Эванджелина. — Ты нуждаешься во мне. Ты нуждаешься в моей магии. И если ты так глуп, что этого не понимаешь, мне жаль Иския и фэй.
С угрожающим спокойствием Лахлан встал и двинулся к ней, и Эванджелина, прежде чем осознала, что делает, наткнулась на острый выступ деревянной каминной полки и подавила болезненный стон.
— Я в тебе не нуждаюсь. Я ни в ком не нуждаюсь. Запомни это.
Его мощное тело воина нависло над ней, и Эванджелина уперлась ладонями в его широкую грудь.
— Лахлан, — окликнул его Эйдан низким раскатистым голосом, в котором звучало предупреждение, — ты напугаешь девушку.
Взгляд Лахлана блуждал по лицу Эванджелины, пока, наконец, не остановился на ее губах. Под его пронизывающим взглядом она в смущении провела кончиком языка по верхней губе, и Лахлан, тихо выругавшись, отодвинулся от нее.
— Твой брат нисколько не пугает меня, — успокоила Эванджелина Эйдана обманчиво спокойным тоном.
— Тогда это ты глупа, — елейным тоном отозвался Лахлан, теперь стоявший в нескольких дюймах от нее, облокотившись о полку камина.
Эванджелина отказалась взглянуть на него, отказалась доставить ему удовольствие увидеть хотя бы каплю ее волнения, но она напрасно беспокоилась — Лахлан отошел и стал позади дивана, больше даже не посмотрев в ее сторону.
Сирена перевела взгляд с нее на Лахлана, и Эванджелина едва не застонала. До тошноты влюбленная в своего мужа Сирена приобрела отвратительную привычку заниматься сводничеством. Она уже не в первый раз смотрела на Эванджелину и Лахлана с этим особым блеском в глазах.
— Лахлан, Эванджелина права. Ты не неуязвим. Магнус не тот противник, которого можно легко одолеть. Если бы не это, — похлопав себя по раздувшемуся животу, добавила Сирена, не обращая внимания на мужа, который, как и Лахлан, недовольно смотрел на нее, — я бы тоже отправилась с тобой.
Она попыталась подняться с дивана.
— Нет, ты этого не сделала бы, — подал голос ее муж, оттолкнувшись от стены, чтобы помочь Сирене подняться на ноги.
— Эйдан, по-моему, ты не понимаешь, как мне досадно, что я не в состоянии помочь. Быть может, мне следует поехать на Волшебные острова и…
— Сирена, не испытывай мое терпение.
— Но я…
— Простите, мне нужно сказать пару слов жене.
Подхватив на руки возражающую Сирену, Эйдан вышел из комнаты.
— Сумасшедшая. Вы все сумасшедшие, — пробурчал Лахлан, взглянув на Фэллин и Эванджелину, которые в ответ посмотрели ему прямо в глаза, и в раздражении всплеснул руками. — Прекрасно. Вы все четыре будете сопровождать нас. Но ты, — он указал пальцем на Эванджелину и впился в нее пристальным взглядом, — будешь делать то, что я скажу, и не станешь со мной спорить. Ты не будешь говорить мне, что, по-твоему, я должен делать. Ты будешь присматривать за Авророй — и ничего больше.
Заметив неумолимое выражение у него в глазах, Эванджелина проглотила горячий протест, поднимавшийся у нее внутри. Разве это не то, к чему она все время стремилась — чтобы Лахлан проявил хотя бы какие-то эмоции, хотя бы как-то показал, что заботится о фэй? Но, поступая так, она просто не думала, что он отведет ей роль раба. Эванджелина отвела от него взгляд и, потупившись, разгладила ладонями блузку. Она позволит Лахлану одержать его маленькую победу.
Фэллин закатила глаза, а потом вышла из комнаты, оставив Эванджелину наедине с Лахланом.
— Прекрасно, но неужели ты считаешь хорошей идеей взять с нами Аврору? Она же еще ребенок.
— Если не поедет она, не поедешь и ты. Ты единственный человек, которому я доверяю заботиться о ее благополучии.
— О-о, я…
Ошеломленная его признанием Эванджелина не могла найти, что сказать, и с опаской смотрела в удаляющуюся спину Лахлана.
Что он имел в виду, сказав, что доверяет ей?
Кроме Роуэна и Сирены, ей никто не доверял, и то, что Лахлан сказал о своем доверии… сбивало с толку.
Должно быть, здесь какая-то хитрость.
Глава 5
Выйдя из солара Сирены, Лахлан задержался на лестничной площадке и, оглянувшись назад, с раздражением выдохнул воздух.
— Хватит витать в облаках, нам нельзя попусту тратить время.
— Это я попусту трачу время? — Моргнув, Эванджелина пристально посмотрела на него, прищурив свои бесподобные глаза. — Если бы не твоя дурацкая попытка отказать женщинам-воительницам и мне, у тебя уже были бы группа спасения и план действий.
— Они есть. — Он усмехнулся при виде ошеломленного выражения у нее на лице. — Эванджелина, ты меня не знаешь.
— У тебя есть схема дворца Магнуса?
— Да, — твердо ответил он, стараясь держать себя в руках, и пошел к лестнице.
— Воины вооружены, лошади готовы?
Лахлан стиснул зубы и остановился так внезапно, что Эванджелина, следовавшая за ним, наткнулась на него.
— Да и да. И это последний вопрос, который ты задаешь мне на эту тему. Твоя обязанность — смотреть за Авророй, больше ничего.
— Ты, конечно же, шутишь. Ты не можешь ждать, что я не приму участия в спасении.
— Я король, а ты подданная, что из этого тебе не понятно?
— О-о, ладно, — сжав губы, отмахнулась она от него. — Я вообще-то не твоя подданная. Я советник твоего дяди.
— Ты начинающий волшебник.
— Я покажу тебе начинающего волшебника, — буркнула она, подняв палец и сверкнув фиалковыми глазами.
— Спокойно, Эви, спокойно. В Королевстве Смертных никакой магии.
