он обскакал!
В порыве эйфории от близости победы Кирилл даже бросил шпильку в адрес отца, Князя Света, который был настолько слеп и туп, что не разглядел в Кирилле такой талант раньше и оскорбленный сын просил… нет, он требовал извинений!
Ведь именно он был тем, кто надавил, где надо, подтолкнул кого надо и расставил Маркусу смертельную ловушку! Даже денег тратить не пришлось! Все финансовые затраты взял на себя Князь Земли, а Князь Огня взял все риски.
Но слава от победы принадлежала только Кириллу и оставалось лишь дождаться звонка подтверждения смерти Маркуса. Но глядя из своего небоскреба на красное зарево над столицей, Кирилл вдруг осознал, что об успехе ему не доложат.
— ТУПЫЕ ДЕБИЛЫ! ТУПЫЕ СПЕЦЫ! ТУПОЙ ЛЕО!!! — бессильно проорал во всю глотку Кирилл и яростно ударил бело-золотой перчаткой перед собой.
Стихийная защита окна схлопнулась, и битое стекло полетело во все стороны, а следом за ним и бетонная стена, не выдержавшая удара, со свистом полетела вниз с пятидесятого этажа.
Отрезвляющий поток свежего воздуха ударил Кирилла в лицо, и ему стало немного легче. Потом в голову закрались мысли, что БЕС еще жив и отведенные ему три месяца еще не истекли.
Да и сам Кирилл прямого участия в операции не принимал…
Верно.
Для общественности облажались огневики и Князь Земли, чьи объекты сейчас ярким пламенем освещают мирное небо столицы.
Да, в следующий раз Кирилл сделает все своими руками и тогда все точно получится!
Эта мысль успокоила здоровяка окончательно, он глянул на свою бело-золотую перчатку и улыбнулся.
А потом его взгляд скользнул на пол, где из трубки телефона торчал небольшой осколок стекла, а на экране красовалась надпись «сообщение отправлено».
* * *
Забросив Кота в танк-лежанку, я поехал в лабораторию и сейчас сидел в одних труселях в белой комнате и смотрел мультики.
Алла раздела меня, Павел забрал письменный отчет о результатах тестирования «Полимера-К04» и оба белых халатика умотали в закрытую часть лаборатории.
Ну хоть пиццу мне оставили и на том спасибо.
Я понятия не имел, чем можно заняться в пустой белой комнате среди ночи. Поспал бы в мягоньком кресле, но сна не было ни в одном глазу. Я уже подумывал плюнуть и прямо так в труселях и направиться в квартал, как вдруг дверь закрытой секции распахнулась и оттуда вышагнул сутулый мужчина в белом халате и черными синяками вместо глаз.
Точь-в-точь как панда из мультфильма, который транслировался на экране. Разве что этот худоват и драться не умеет.
— Вы уверены, что указали в письме все, господин Маркус? — спросил меня Павел Матросов.
— Я указал все, что посчитал нужным, — уточнил я, — а что-то не так?
— Этого недостаточно… — развел руками лабораторный маньяк, — без сведений о том, как именно вам удалось выжить под воздействием такого количества… кхм… враждебных воздействий, мне не составить подходящую формулу… «Полимер-К» синхронизируется с телом, а ваше имеет слишком специфические свойства, — деликатно подобрал слова Павел и окинул меня взглядом с ног до головы.
— Так, — поднял я палец, — во-первых, я бы предпочел вести речи о моем теле не с мужиком, а с красивой дамой.
— Могу позвать Аллу! — тут же оживился Павел и подорвался к двери, — и раздеть могу, да! Ну или вы сами…
— Во-вторых, — громко кашлянул я и поднялся на босые ноги, — я согласился тестировать ваш «Полимер», а не быть подопытным.
— Но ведь… — попытался возразить Павел.
— Никаких но! — с важным видом заявил я, — я тебе метрику приложил? Приложил. Температуру плавления ткани указал? Указал. Недостатки подчеркнул? Подчеркнул. На данном этапе, Паша, не поможет тебе знание как я выжил! Где это видано, чтобы защитная ткань теряла все свои защитные свойства после первого же пореза⁈
— Система поглощения энергии цельная и при нарушении структуры… — тут же начал тараторить Павел.
— Да похрен! — стукнул я ладонью по столу, — это непрактично! Что это за броня, если ее можно выключить одной дыркой от булавки⁈
С булавкой я чуть перегнул, конечно, но суть Матросов, кажется, уловил.
— Дерьмовая… — обреченно выдохнул Павел.
— Именно, Паша! Дерьмовая это броня! — кивнул я, — новый образец есть⁈
— Есть… но… — замялся Павел.
— Никаких но, боец! Недостатки доработаешь позже! Давай что есть, на улице не май месяц и жопу морозить я не хочу.
— Понял не морозить жопу… — выпрямился по струнке Павел и только потом понял, что ляпнул, смутился и убежал обратно в закрытую секцию.
Я же устроился обратно на мягкое белое кресло и принялся доедать пиццу.
* * *
Из лаборатории я вышел спустя полчаса.
Сытый, веселый и в одежде. «Полимер-К05», который Павел сварганил за период моего отсутствия в столице, ненамного превосходил своего предшественника, но это все равно было лучше всего того, что я мог достать в магазинах.
Держало какой-никакой удар, помогая тратить мне меньше энергии на защиту, не стесняло движения, да и экономия на одежде опять же. Ведь за «Полимер-К05» я вновь не заплатил ни импа.
Выбравшись на улицу, я поежился от осеннего ветра и поднял взгляд на окно кабинета майора Горемыки. Свет горел, хотя дверь в корпус была закрыта, и на звонок он не ответил.
Странно. Уснул что ли?
Я хотел перед уходом перекинуться с ним парой слов, но, видимо, не сегодня.
В квартал я вернулся под утро и на крыльце особняка меня встретила Лекса с двумя кружками горячего кофе в руках.
Одна кружка тут же была вручена мне, и мы молча вошли в особняк и двинулись в сторону центральной лестницы.
Я же, потягивая напиток, бросил взгляд на грациозно, словно покорная кошка, ступающую рядом Лексу.
В любое время суток девушка выглядела безупречно.
Вот и сейчас, на Лексе была строгая юбка с боковым вырезом, белый топ, едва скрывающий две трети груди и запахнутый бежевый кардиган. Идеальный баланс стиля, деловитости и сексуальности.
Достаточно строго, чтобы окружающие относились к ней серьезно и при этом достаточно откровенно, чтобы иметь возможность воспользоваться своей красотой в нужный момент.
При этом при минимуме макияжа, на лице девушки не было ни следа усталости, а лишь бодрый вид, милая улыбка и непоколебимая уверенность во взгляде.
Хотя при этом я знаю, что за последние сутки Лекса ни минутки не спала.
— Отдохнешь с дороги или сразу к
