Живёт поныне в городе Горьком на Волге в четырёхкомнатной квартире Сахаров. Замечены регулярные перепады в его настроении. Спокойные периоды, когда Боннэр, оставив его, уезжает в Москву, и депрессивные - когда она наезжает из столицы к супругу. Приезжает, побывав в Москве в посольстве США, встретившись с кем-то, аккуратно получив за него академическую заработную плату. Засим следует коллективное сочинение супругами какого-нибудь пасквиля, иногда прерываемое бурной сценой с побоями. Страдающая сторона - Сахаров. К тому же он понимает, что он боль и горе наше. И куражится. Вот на этом фоне я бы рассматривал очередные “откровения” от имени Сахарова, передаваемые западными радиоголосами. Почему “от имени”? Подвергнув тщательному, если угодно, текстологическому анализу его статьи и прочее (благо по объему не очень много), не могу избавиться от ощущения, что немало написано под диктовку или под давлением чужой воли. Н.Н. Яковлев. Из книги «ЦРУ против СССР». (М., изд. “Правда”, 1983 г.)
Боннэр: как зарождалась тварь...
Обратимся к официальной биографии Боннэр:
“После ареста родителей уехала в Ленинград. В 1940 году окончила среднюю школу и поступила на вечернее отделение факультета русского языка и литературы Ленинградского педагогического института им. А.И. Герцена. Начала работать, еще учась в старших классах школы.
В 1941 году добровольцем пошла в армию, окончив курсы медсестер. В октябре 1941 года - первое тяжелое ранение и контузия. После излечения направлена медицинской сестрой в военно-санитарный поезд №122, где служила по май 1945 года”. http://www.sem40.ru/famous2/e217.shtml
Просто, ясно, героически...
Аж плакать хочется...
А теперь другая история - про тот же 1941 год:
“8 июля 1941 года, через две недели после начала войны, от перрона Савеловского вокзала столицы отошел эшелон с детьми московских медиков. Их эвакуировали на Урал, в специально созданный интернат. Сначала он разместился в пионерском лагере у подножия горы Егозы, а к началу учебного года перебазировался на «зимние квартиры». Детям отвели пустующее здание дома отдыха на берегу пруда, недалеко от села Метлино. Так неожиданно оказались связанными две далёкие точки на карте: Москва и Метлино.
Уральский след в душах воспитанников интерната остался на всю жизнь. В 1998 году небольшим тиражом на свои средства они издали книгу воспоминаний. Она называется «Интернат. Метлино. Война». В ней повествование о двух годах жизни на Урале (в 1943 году воспитанники интерната вернулись в Москву), рассказ о том, как жили, взрослели, дружили...”
А ТЕПЕРЬ САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ:
“Во многих воспоминаниях мелькает имя: Люся Боннэр.
Пионервожатая Люся из интерната оказалась той самой известной Еленой Боннэр, супругой академика Дмитрия Сахарова.
В воспоминаниях ребят – энергичная, симпатичная девушка, сорвиголова.
Вот только администрации интерната пришлось с ней помучиться: утром не торопилась вставать, распоряжений начальства не выполняла. После того как директор интерната застала Люсю ночью играющей с детьми в карты на деньги, ее терпение лопнуло: пионервожатую уволили...”
http://ozvest.ru/2011/05/11/internat-metlino-vojjna-supruga-dmitriya-sakharova-elena-bonnehr-v-voennye-gody-rabotala-pionervozhatojj-v-internate-metlino/
И КАК ВАМ ТАКАЯ “ВОЕННАЯ” ИСТОРИЯ ПРАВДОРУБКИ БОННЭР, “ТЯЖЕЛО РАНЕННОЙ И КОНТУЖЕННОЙ” В ОКТЯБРЕ 1941 ГОДА?
Интересно, когда она себе успела такие документы о ранении и контузии состряпать?
Наверное, когда в военно-санитарном поезде медсестрой подвизалась...
http://drututu.livejournal.com/554438.html
ЗОВ
ГЕРИЛЬЯ-ТУРЫ
Туристы едут в Грецию, в первую очередь чтобы посмотреть развалины эллинской цивилизации и лишь потом поваляться на пляже. В Италию – увидеть памятники Древнего Рима. Во Францию – пройтись по памятным местам революции 1789 года и её выдвиженца Наполеона Бонапарта, а также Парижской Коммуны. В Китай, который стал по посещаемости 1-й туристской страной мира, опередив Францию и Италию, – увидеть памятные места председателя Мао, китайскую революцию и её зримые плоды. Нет ничего удивительного в том, что иностранные туристы, в большинстве своём американские, едут в Сальвадор смотреть памятные места недавней партизанской войны – герильи.
Потухший вулкан Гуазапа во время сальвадорской революционной войны являлся, возможно, наиболее известным очагом сопротивления, своего рода сальвадорским Сталинградом. Особую ожесточённость боёв за него вызывал тот факт, что прилегающий регион, находившийся под контролем партизан, был расположен всего в двадцати километрах от столицы страны, с высотных зданий можно видеть вершину этой горы. Именно это место партизаны облюбовали как свою базу в регионе, организовав там не мобильную, как в остальных местах, а позиционную, траншейную войну с окопами, блиндажами, туннелями и минными полями.
Городок Сучитото расположен в центре бывшего партизанского района, я там живу в крохотном семейном «хостеле». В местном туристском информационном бюро мне дали мобильный телефон профессионального гида Орландо Барера. Мои хозяева помогают созвониться и записывают мне на бумажку: завтра проходящий автобус будет в 8.30 утра в сторону вулкана Гуазапы. 7-й километр, сойти возле коммунальной кассы, 20 долларов за индивидуальный тур, на лошади.
Не без некоторых приключений сумел сесть на нужный автобус, сойти, где нужно, и разыскать самого Орландо. Лошадь, которая вызывала у меня больше всего сомнений, оказалась смирной кобылой, и обращаться с ней было несложно.
Несмотря на свой вид, совершенно не отвечающий понятиям «престижных туристских туров», и отсутствие даже отдалённого владения английским языком, Орландо как гид был вполне профессионален – чувствовался большой опыт. Все формируемые в Сучитото или столице туристские группы выходят, в конечном счёте, именно на него, Орландо, и на его лошадей, но за счёт тучи посредников и переводчиков стоимость туров, разумеется, многократно возрастает. Его родные тоже были в партизанах, как я понял, в рядах FARN, одной из пяти партизанских организаций, социал-демократической ориентации.
Вначале он меня проводит по музею, представляющему собой всего одну комнату с фотографиями. Чтобы избежать обвинений в пропаганде техники и тактике «терроризма», этот музей и тур носят лукавое название «экотуризма». Никакого «эко» тут нет, никаких выдающихся водопадов и иных чудес природы тоже, туристские группы приезжают сюда, чтобы посмотреть, как жили партизаны. Интересно и то, что некоторая скромная туристская инфраструктура Гуазапы, судя по надписям, финансировалась какими-то левыми западными спонсорами.
Я оказался внимательным и интересующимся туристом, и мой индивидуальный тур растянулся с обещанных 4-5 часов до 6.
Ближе к концу Орландо завёл меня внутрь тайного убежища партизан, облюбованного ныне летучими мышами. Судя по его сохранности и невытоптанного множеством ног входа, подавляющее большинство туристов ограничиваются фотографиями снаружи. Сидя там, где четверть века назад скрывались партизаны от прочёсывающих лес войск, я задался вопросом: кто из самых любознательных туристов сидел тут до меня? Здесь, безусловно, не торопясь посидели в качестве туристов руководители ЦРУ, ответственные за борьбу с терроризмом. Тут, без сомнения, побывали в поисках творческого вдохновения режиссеры и сценаристы Голливуда, готовящие соответствующие боевики. Здесь, конечно же, сидели в компании Орландо создатели компьютерных игр, специально прилетевшие в Сальвадор для ознакомления с первоисточниками. Нынешние колумбийские и иные партизаны тоже наверняка посетили это место здесь под видом туристов, изучая опыт коллег.
Сидя в укрытии в компании летучих мышей и гида в подраной кепке, я отчётливо понял, что организовал себе самый «эксклюзивный» и элитарный туристский тур, какой вообще можно придумать – герилья-тур, причём по трём различным странам Центральной Америки. Возможно, подобное можно заказать и из Москвы через какие-то элитные агентства, которые будут грызть землю, идя навстречу состоятельному заказчику, связываясь и созваниваясь с цепочкой зарубежных коллег и посредников, например, со специализирующимся на подобной военной тематике агентством «Reyna Tours Salvador». Однако если они и смогут организовать нечто подобное, то за сумму, от которой потемнеет в глазах.
Перкин, бывшая партизанская столица. В рамках того, что в туристских буклетах лукаво именуется «Дорога мира», в Перкине создано три музея – всемирно известный музей Сальвадорской революции, а также музеи «Партизанский лагерь» и «Дозорная башня». В последнем случае экспозиции, собственно говоря, нет, но один доллар с иностранцев за право подняться на вершину горы и посмотреть бывшие траншеи берут исправно. За отдельную плату можно купить соответствующие сувениры, есть возможность за деньги сфотографироваться в надетой кепке, рюкзаке и с настоящим оружием партизан.
