– Куколка! Моя принцесса! – заплакала Кристина. – Что мы с ней сделали!
Феликсу стало жаль сестру, и он бросился ее утешать.
– Не стоит плакать о какой-то кукле, – бормотал он. – Если уж эта принцесса не может бегать по лесу, то на что она годится? Подумаешь, недотрога!
И он зашвырнул куклу на середину пруда. Кукла плюхнулась в зеленую ряску, распугав лягушек. Бульк! Бульк! Бульк! – попрыгали в воду лягушки. Кристина громко зарыдала.
– Не плачь, – успокаивал ее Феликс, – я тебе сейчас подстрелю настоящую утку и подарю большое перо.
Он снял с плеча деревянное ружье, прицелился и – бахтарарах! – выстрелил. Вспугнутые его криком сидевшие в камышах утки с шумом поднялись в воздух и улетели. Феликс с отвращением поглядел на игрушечное ружье.
– И это ружье, и музыкант, и принцесса – все ненастоящее! Как и наши заносчивые братец с сестрицей! Долой весь этот хлам! – И он зашвырнул ружье следом за куклой в самую гущу камышей.
Избавившись от игрушек, дети теперь могли свободно гулять по лесу, бегать по лужайкам, забираться в самую чащу. Но что-то невесело им стало. Нет-нет, Феликс нисколько не жалел, что эти глупые игрушки сломались. И все же веселье куда-то ушло. А тут и небо нахмурилось, и лягушки расквакались, предупреждая о скором дожде. Ветер тревожно загудел в верхушках деревьев, тени облаков накрыли лужайку. Дети печально побрели домой.
Матушка фон Бракель очень рассердилась, узнав, что дети сломали и выбросили все дорогие подарки почтенных родственников. Но барон Таддеус фон Бракель задумчиво глянул на Феликса и Кристину и тихим голосом произнес:
– А я очень рад, что наши дети предпочли общение с живой природой искусственным радостям.
Только много времени спустя Феликс и Кристина поняли эти странные и загадочные слова отца.
Прекрасное Дитя
На другое утро матушка фон Бракель велела детям сесть за книги. Пора уже немного позаниматься чтением и письмом, чтобы не краснеть перед учителем, которого скоро пришлет дядюшка Киприанус. Но Феликс и Кристина упросили матушку отпустить их ненадолго погулять в лес.
На знакомой лужайке детей встретили бегающие по мягкой траве солнечные блики, похожие на веселых лесных зайчиков, мягким шелестом приветствовали их камыши, тихо плескалась вода в ручье. Феликс тут же предложил поиграть в охоту на зайца. Кристина в белом платьице зайчиком скакала между кустов, а Феликс вприпрыжку гонялся за ней, изображая охотничью собаку. Но вдруг девочка споткнулась о корень, упала и порвала платье, зацепившись за сучок. Только она хотела захныкать, как Феликс уже придумал новую игру.
Теперь они превратились в заблудившихся путников и залезали на деревья, чтобы увидеть вдали огонек костра. Но и в этот раз игра не задалась: ветер сорвал с Феликса шляпу и унес ее далеко в пруд. Все новые и новые игры придумывали дети, но каждый раз случалось что-нибудь неприятное. То Кристина споткнулась об острый камешек и поранила ногу, то Феликс наступил в яму среди камышей и насквозь промочил ноги. Наконец дети устали и решили отдохнуть. Феликс улегся под березой и стал смотреть в небо, разглядывая облака, Кристина присела рядом и лениво перебирала травинки. Они загрустили, и впервые в лесу им стало скучно.
– Ах, если бы со мной была моя куколка-принцесса, – вздохнула Кристина. – Хорошо бы к нам возвратились наши игрушки!
– Вот еще! – недовольно проворчал Феликс. – Чтобы мы их снова поломали?
Кристина посмотрела на Феликса и тихо сказала:
– Если бы мы учились наукам, как наши знатные братец и сестрица, то уж сумели бы сберечь наши игрушки. А моя чудесная куколка не плавала бы в утином пруду… Мне так ее жалко!
Кристина заплакала. Тут и Феликс почувствовал, как слезы наполняют его глаза. И вот уже дети вместе всхлипывают, уткнувшись лицом в траву, размазывают слезы на щеках, и кажется им, что они самые несчастные на свете. Облачко, скользившее над березой, расплылось и превратилось в туманное пятно.
Вдруг Феликс приподнялся.
– Кристина, ты слышала? – недоуменно спросил он.
Кристина перестала плакать и прошептала:
– Ты видел, Феликс?
Где-то невдалеке, в таинственной тени кустов, нежно прозвучал серебристый голос флейты. Неожиданно он замер и потом словно взлетел ввысь, рассыпавшись звонкой трелью колокольчиков. В тот же миг кусты озарились голубым светом, как будто средь бела дня взошла луна и ее прозрачные лучи пробиваются сквозь густую зелень. Все светлее и светлее становилось в гуще кустов, тени бледнели и медленно таяли, мерцающий свет заливал все вокруг. И вдруг это волшебное сияние сгустилось, и дети увидели в колеблющихся волнах света прекрасное личико. Огромные глаза приветливо лучились, улыбка озаряла это необыкновенное, словно бы сотканное из утреннего света лицо.
С восторгом глядели дети на это чудо. Их слезы сразу высохли, тоска и скука улетучились, радостью наполнились души.
– О, кто ты? – воскликнула Кристина.
– Иди к нам, – позвал Феликс.
– Иду-у, – ответил им нежный голосок.
Над кустами, будто подхваченный легким ветерком, вспорхнул прекрасный малютка. Он мягко, словно на крыльях, опустился возле Феликса и Кристины.
– Какая чудесная девочка! – воскликнула Кристина.
– Мальчик, – спросил Феликс, – ты станешь с нами играть?
Прекрасное Дитя лишь улыбнулось. Легкий ветерок раздувал его рубашку, и казалось, что прозрачные крылья трепещут у него за спиной. Откуда он взялся, этот малютка?
– До меня донесся ваш плач, Феликс и Кристина, – прозвенел голосок. – Я хочу вас утешить. О чем вы горевали?
Феликс смущенно отвернулся.
– И вовсе мы не плакали, – буркнул он.
– А мне было жалко наших игрушек, – пожаловалась Кристина. – Нам не во что больше играть.
Прекрасное Дитя взмахнуло рукавом.
– Оглянитесь вокруг! Весь лес наполнен чудесными, забавными игрушками.
– Где? Где они? – озирались дети.
И тут они словно увидели мир другими глазами. Цветы подняли свои головки, распрямились над густой травой, смотря на Феликса и Кристину своими разноцветными глазами. Пестрые бабочки порхали, кружились в воздухе, водя причудливые хороводы. Важные жуки, взобравшись на травинки, раскачивались на них, как на качелях. Камыши, будто солдаты в высоких меховых шапках, стройными рядами шагали вокруг пруда. Улитки, украсив свои завитки-дома зелеными листочками, облепили большой валун и шевелили тонкими рожками, словно стражники у ворот королевского замка.
– Давайте строить дворец! – предложил малютка.
– Давайте! Давайте! – обрадовались дети.
Они пригоршнями набирали воду и смачивали песок, возводя крепкие стены. В ход пошли ракушки и блестящие камешки, и вот уже выросли зубчатые башенки, высоко поднялись острые шпили. Крыша дворца, выложенная цветными ракушками, словно черепицей, поблескивала на солнце. Стройными колоннами стояли тонкие камышинки, поддерживая изящные своды. Гирлянды цветов украсили окна и двери дворца. Белоснежный малютка взмахнул рукавом, и тысячи золотых жучков и прозрачных стрекоз засверкали в воздухе. Радуга заиграла на их крыльях. Словно по волшебству ожили валявшиеся под ногами детей сухие сучки и корешки. И вот уже один из них превратился в музыканта с арфой в руках, а другой поднял деревянное ружье и – бабах! – выстрелил в летящую по ветру пушинку. Пушинка медленно опустилась на землю и обратилась в чудесную куколку-принцессу, одетую в прекрасное бальное платье. Охотник выстрелил еще, и еще раз, и новые пушинки спускались прямо в руки Кристине, превращаясь в нарядных кукол.
Что за веселье началось на лужайке! Куклы кружились хороводом. Музыканты играли, струны их арф серебрились тонкими паутинками. Кристина танцевала вместе с куклами, тихо напевая любимые песенки.
Охотники, улюлюкая, гнали зайцев, охотничьи псы заливались веселым лаем.
– Ату! Галло-у! О-го-го! – подзадоривал Феликс охотничьих собак.
Незаметно летело время, наконец веселье утихло. Не слышно больше выстрелов, умчались в глубину леса зайцы, смолк вдали заливистый лай собак. Куклы устало опустились на землю и снова стали пушинками, музыканты перестали играть и затерялись среди травы. Лишь невидимые кузнечики неутомимо пиликали на своих скрипочках. Привычный шум леса снова окружал Феликса и Кристину. Только теперь они заметили, что Прекрасное Дитя исчезло.
– Где ты, чудесная девочка? – оглядывалась Кристина.
– Эй, приятель, куда ты подевался? – позвал Феликс.
Тут показалось им, что где-то в слепящих лучах солнца на миг мелькнуло милое личико, и серебристый голосок ответил:
– Я еще вернусь. До завтра!
И дети услышали нежную мелодию забавной песенки:
Фея лесная летает,
Бабочки кружатся с ней.
Лягушка на флейте играет,
Кузнечик – на скрипке своей.
Фея лесная возводит
Замок в тумане цветном.
И в замок воздушный приходят
Король, королевич и гном.
