При последних словах Алеша Попович поднялся с места, и потихонечку притиснулся к центру переговорного процесса.
— Винтовка Мосина, — сказал Попович достаточно громко. — Магазинная винтовка, огнестрельное оружие, была принята на вооружение Русской императорской армии более века назад.
— А вот то, что должно быть, — продолжал дед. — Это новые герои, новые персонажи. Древние и могучие. Чье могущество непоколебимо никакой цивилизацией.
— Это очень длительный процесс, — сказал после нескольких секунд размышлений Вольга. — Сказки не так уж быстро распространяются по миру. И еще нужно признание… А признание для сказочника — это вообще десятилетия. У нас нет столько времени. Нас здесь сметут. С лица земли… И может быть уже в этом году…
— Придется держаться. Я начал работать, — сказал Милослав Мстиславич. — Первые главы есть, и общая картина тоже.
Сашка увидел, что от этих слов на лицах многих появилась снисходительная усмешка. Такую усмешку часто видят дети на лицах взрослых. Когда дети пытаются доказать, что заняты важным делом.
«Да они тут все гораздо старше дедушки», — понял Александр. Они только выглядят так… молодо. А большинству несколько столетий от роду. Если не больше.
— Наш мир немного… изменился, — продолжал между тем дед. — Сейчас признание может прийти к сказочнику в каждую секунду. Книги, то есть информация в них — передаются очень быстро, в любую точку мира, за долю секунды…
— Телевидение внушило нам веру в то, что все мы станем миллионерами, звездами кино и рок-н-ролла…, - вдруг сказал Вольга.
— О! — изумился на мгновение Милослав Мстиславович. — Вы читали…
— Мы достаточно много знаем о вашем мире, — жестко ответил сказочный князь. — И хорошо понимаем его. И по каким законам он живет.
— Тогда вы должны хорошо понимать, что грамотная маркетинговая компания может решить большинство наших проблем…
— Маркетинговая кампания — это комплекс мероприятий в рамках определенной стратегии по продвижению товаров или услуг, запланированных на обозримый промежуток времени, — быстро сказал Попович. Потом заметил недоумевающие взгляды:
— Ну это когда Кот в Сапогах маркиза Карабаса расхваливает и выдвигает — вот это маркетинговая компания, — добавил он.
— Ясно, — громыхнул Кощей. — Но котейке насладко было, и пришлось много потрудиться.
— Я довольно долго живу на том свете, и понимаю все трудности. Поэтому и пришел. За помощью. Нам потребуются ваши возможности. И я хотел, чтоб и вы приняли во всем этом самое деятельное участие.
При этих словах многие улыбки в горнице погасли.
— Сколько вы хотите? — медленно спросил князь Вольга.
— Мне потребуются люди в типографии. И очень много людей на рассылке. У вас же есть гонцы? И другие персонажи, которые могут взять груз и доставить его из точки А в точку Б. Желательно — очень быстро.
— Да, понятно, уважаемый Милослав Мстиславович. Но сколько это будет в звонкой монете?
Дед недоуменно огляделся, а потом понял, почему погасли улыбки.
— Стоп-стоп! — сказал он громко. — Мне лично не надо ничего. Никаких звонких монет, особенно с учетом того, что все ваши драгоценности — сказочные, и вполне возможно обладают некими… свойствами.
— Так не бывает, — сказал Кощей. — Каждому из вас что-нибудь да надо. Обычно, конечно, эти ваши странные бумажные деньги. Но бывают и позаковыристей желания.
— Многоуважаемый Кощей, вы наверно столкнулись с одним из немногих людей, которые четко осознают, что без ничего приходят в мир, и без ничего уходят из него, — внушительно произнес дед. — Я вот такой человек. Мне от вас ничего не надо. Ну, разве что памятник мне поставите, — добавил он усмехнувшись.
И Александр увидел, как загорелись вслед дедовской усмешке другие улыбки.
Однако Вольга Всеславьевич принял его слова более чем всерьез:
— У нас Данила-мастер присутствует? Есть? Да? Прекрасно. Данила-мастер, справитесь с озвученной задачей?
Из дальних рядов поднялся молодец. Пристально посмотрел на Милослава Мстиславовича.
— Да справлюсь, конечно, — сказал Мастер.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 7
После десятого января все дни слились для Сашки в один. На каждый день у него было четкое и жесткое расписание. С утра — школа. Куда же без нее? Из школы, нигде не задерживаясь — обычно в магазин. Купить деду сока, минеральной воды и еще чего-нибудь, на свое усмотрение. В типографии холодильника не было, только микроволновка. А вообще дед предпочитал всегда свежие продукты.
Милослав Мстиславович работал один, хотя остальных работников оставил на полной зарплате. Их у него было всего двое. И старый верстальщик со смешным именем Фрол, и милая девушка Анна пообещали, что с удовольствием отдохнут до конца месяца, не устраиваясь на другую работу.
Дед либо сидел за компьютером, либо расхаживал по кабинету «опасного человека». Обычно и то и другое он делал с отсутствующим взглядом, а иногда и вообще «проваливался». То есть вообще не слышал, что ему говорят. В таком состоянии его надо было спрашивать дважды, а лучше трижды. Чтобы он ответил хоть что-нибудь.
Но Сашка и не спрашивал. Разогревал в микроволновке плюшки, обильно посыпанные сладкой пудрой. Убирал пустую бутылочку из-под минеральной воды. Ставил новую. Чай он готовил только с четырьмя ложками сахара.
— Голова у меня сейчас чересчур серьезно работает, — говорил дед. — Требуется много простых углеводов. Для ясности мысли. Ну и чтобы мозг не пробуксовывал. А телу сейчас много не надо, даже наоборот, — и он с улыбкой похлопывал себя по едва заметному животу.
Саша готовил уроки под стучание клавиш. Много читал. Ему было совершенно не скучно. Даже наоборот. Он иногда смотрел на деда, а видел витязя. В кольчуге, по которой пробегают фиолетовые сполохи. С саблей по имени Вострая на боку. В обруче со звездой на голове. Рыцаря, который ведет долгий и упорный бой на дальнем рубеже. А он, Александр — его бесстрашный оруженосец. И не беда, что богатырский меч пока еще очень тяжел. А щит так и вообще неподъемен. Всему свое время. У него обязанности, может — еще и поважней будут.
— Вот что, милдруг, — сказал уже на второй день дед. — Задание тебе будет. И не простое. Выбери мне книгу, которая, на твой взгляд, лучше всего оформлена. Чтобы ее не то что читать, но и держать в руках приятно было. Чтобы шрифт там, и расположение картинок…
— Иллюстраций, — вдруг поправил Сашка деда.
Но тот даже и не заметил:
— …да, иллюстраций… чтобы это было так, что слова сами в глаза бросаются, и намертво в голове застревают. Чтобы ты книгу отложил, а страницы перед глазами горят… Сможешь найти такое? Для примера. Чтобы я понимал, как это выглядеть должно? А мы сравним твои и мои впечатления…
— Пойди туда — не знаю куда. Найди то — не знаю что, — ворчал Сашка, том за томом перебирая дедовские запасы. Было несколько впечатляющих экземпляров, но в конце концов Александр их со вздохом отложил.
— Это на любителя, — вынес он приговор.
Он знал, что действительно может помочь. Дома эта книга стояла между «Жизнью животных» Брэма и «Инженерным справочником по космической технике» Солодова.
Сашка раскрыл эту книгу с трепетом. Он так боялся ошибиться. Ведь несколько лет прошло.
Но ошибки не было.
Да, это именно то, что надо…
Маугли. Редьярд Киплинг.
Именно «Маугли» (а не «Книга Джунглей») — было написано на толстой, глянцевой обложке. Плотная бумага страниц. Не белая, но и не желтая. Что-то посередине. Словно бы древность вмешалась в дела современности. И пахла отчетливо деревом. Не березой, и не еловой смолой, а каким-то редким и благородным запахом, как будто реально вышла из глубины загадочного леса. Картинки-иллюстрации — живые и яркие, абсолютно реалистичные, обрамленные черными, золотыми и красными полосами-лианами. И притом, нет никаких сомнений — это не перерисовки чужих картин, а именно рисунки, из глубины воображения художника — как он это видел. Прочитал и увидел. А шрифт? Александр мог поклясться, что никогда не видел такого шрифта, только в этой книге. Он был не крупный, и не мелкий. Он был — размеренный. Как будто буквы тоже не напечатаны бездушным железом, а нанесены на бумагу прямо вживую. Тонкой кистью и твердой рукой, искусством неведомого каллиграфа.
