Читаем без скачивания Королевства Магии (ЛП) - Грабб Джефф

Родители всё ещё пытались разобраться, сердятся они или гордятся, когда он снова провалился в сон.

Он проснулся много позже, обнаружив, что проспал весь день. За открытым окном тысячей мерцающих огней раскинулся Уотердип, спускаясь до самого моря.

Внезапно около верфей темноту прорезала серия ярких вспышек. Прошла секунда, другая, и наконец его ушей достигла и череда раскатов, порождённая этими небольшими взрывами. Видимо, это Хелбен нашёл остатки запасов дымного пороха, подумал Джехан. Россыпь этих раскатов звучала в точности как смешки Черного Посоха.

Юноша ещё долго сидел, вглядываясь в темноту, окутавшую город, но подобное больше не повторялось. Молодой маг задумался: то, что Хелбен взял его учеником, это награда или всё-таки наказание?

Или, быть может, у него на уме что-то совсем другое?

Джехан всё ещё пытался это понять, решить первую из многих загадок, что Черный Посох наверняка поставит перед ним, когда сон вновь уволок его в свои объятья.

ПОХИТИТЕЛЬ МАГИИ

Марк Энтони 

Я сохраняю на бумаге эту историю как предупреждение, чтобы ничего подобного не случилось с другими, как это вышло со мной. Главной моей ошибкой при встрече того вора было то, что я пожалел его. Но в то время я всегда жалел таких как он: тех, кто посвятил свою жизнь тому, чтобы стать волшебником, но – из-за жестокой насмешки судьбы ли, или из-за обычного невезения – оказался неспособен осязать и плести бесплотные магические узоры. Как же это было просто для меня, уютно укрытого мантией колдовского величия, пожалеть такого несчастного. Но жалость может быть слабостью. Моею, как я узнал, не единственной. Выслушайте же мой рассказ.

Всё началось с любопытного приглашения, которое я получил, едва солнце полностью скрылось за горизонтом.

За окном моего кабинета последний день осени умер, залитый золотом, и серое покрывало сумерек обволокло бесчисленные шпили Старого Города. Я вздохнул и отложил перо, оставив его лежать рядом с кипой пергамента, который я заполнял размышлениями о природе магии. Как это всё чаще бывало в последнее время, необычайное оживление охватило меня. Рассеянно я скользил взглядом по своему прибежищу. Толстые сембийские ковры покрывали пол, ярко горел огонь в медной жаровне. Все стены заставлены шкафами из ценного дерева и забиты книгами, свитками и хрустальными флаконами. Всё в моей комнате говорило о познании, комфорте и спокойном достоинстве. Я обставил всё лично, позволю заметить.

Я глотнул вина из серебряного кубка, задаваясь вопросом, что же меня всё-таки тревожит. Совершенно очевидно, ничто не представляло для меня угрозы здесь, в надежных стенах моей башни. За все эти годы я усыпал стены, двери и окна защитной магией и ограждающими чарами. Никто не мог войти сюда без моего дозволения; я был в полной, абсолютной безопасности.

Я отставил кубок и поймал отражение человека в серебре его поверхности. Он был высок и величественен, и облачен в одеяние со вставками серого жемчуга. На его красивом лице не было морщин, а его голубые глаза блестели, словно сапфиры. Длинная грива золотистых волос упругими волнами рассыпалась по его плечам. Человек выглядел намного моложе, чем был на самом деле. Что ж, магия может иметь и сохраняющее действие на обладающих ею.

Я знал это, потому что в стакане отражался я. Морхион Джен’даар, величайший волшебник Ириэбора.

Я покачал головой – ведь этот титул не был выбран мной. Да, много лет назад я бывал в рискованных переделках. Я помог очистить землю от порождений древнего, неописуемого зла. Возможно, в то время я и познал нечто похожее на заслуженное величие. Но что я свершил с тех пор? Ничего, кроме того, что забился под своды умиротворенного спокойствия своей башни. Я был защищен, благоустроен и в безопасности. Да, безопасность – вот нужное слово, и внезапно оно стало моим проклятием. Я в гневе сжал руку в кулак.

Мгновенье спустя я моргнул, и горький смех сорвался с моих губ. Если башня и стала моей тюрьмой, то лишь благодаря мне самому. Смиренно вздохнув, я вновь потянулся за пером.

Моя рука остановилась на полпути из-за чарующего перезвона маленького бронзового колокольчика. Кто-то поднимался на крыльцо моей твердыни. Заинтригованный – ведь у меня было мало посетителей в последнее время – я поспешил спуститься по винтовой лестнице во входной зал. Запоздало я повёл рукой, снимая заклятия, охранявшие дверь – иначе бы меня хорошенько тряхнуло – и распахнул створы.

На пороге никого не было.

Дорога, что вела от Рунной улицы до моего жилища, также была пуста. Непонятно почему разочарованный, я уже начал закрывать дверь, как вдруг заметил кое-что краем глаза. Это был клочок бумаги, покоившийся на каменных ступенях. Я наклонился, чтобы подобрать его, и обнаружил на нём послание, написанное тонкими острыми буквами:

«Я хочу встретиться с тобой. Приходи к Вороньему Гнезду, когда взойдёт луна. Я верю, что мы многое можем почерпнуть друг у друга. Зет».

Я уставился на слова с легким интересом. Это было далеко не первое такое приглашение, что я получал. Обычно они были от людей, желающих стать моим учениками, странствующими магами, ищущими знания, или – намного реже – нахальными юнцами, желающими бросить мне вызов. Я изучил бумажку, размышляя, к какой же категории принадлежит этой таинственный Зет. Последняя строка была необычна – большинство требовало от меня чего-либо, но этот человек похоже считал, что я сам могу получить что-то от него.

Но, несмотря на интригующее послание, я знал, что должен отказаться. Внезапно меня охватило острое нежелание возвращаться в застенки своей башни. Я слышал о Вороньем Гнезде – это была мрачная таверна на набережной, опасное местечко. «Не я ли величайший маг Ириэбора? – хмыкнув, подумал я. – Так чего же мне бояться?» Даже не осознавая свои действия, я схватил с вешалки темно-серый плащ. Закрыв за собой дверь и, одним лишь взмахом руки вернув на место охранные заклятья, я направился на встречу, погружаясь в сгущающуюся темноту ночи.

Быстрым шагом я двигался вниз по виляющей Рунной улице. Неясные очертания неисчислимых башен Старого Города вырисовывались над головой, заливая петляющие внизу улицы густыми тенями. Вскоре я добрался до выхода из этого лабиринта и, срезав путь через крутой склон одной из гор хребта Тора, спустился вниз, к растекшемуся пятну Нового Города. Здесь улицы были шире и просторнее, чем в Старом, и были хорошо освещены рядами ярко горящих факелов.

Я едва достиг границы самого обветшалого и неприглядного района города, когда был перехвачен девчушкой.

- Не хотите ли приобрести немного магии, милорд? – бойко поинтересовалась она. Широкая улыбка зажглась на её чумазом лице, когда она достала из складок своей потрёпанной одежды какой-то предмет.

- Хм, говоришь, это магия? – с оттенком торжественности в голосе спросил я, принимая протянутую вещь. Это была маленькая трубка, сплетённая из соломы.

– Если вставить пальцы с обеих сторон, то их нельзя будет вытащить. И чем сильнее тянешь – тем крепче она держит. Это колдовство! - рьяно закивала беспризорница.

- О, причём весьма сильное! - тихо посмеялся я. Не было сомнений, что девочка – сирота под присмотром одного из здешних мелких мошенников. Если у неё не получится продать свои безделушки, то, скорее всего, она будет наказана. Я вытащил серебряную монету и кинул её ребёнку.

- Благодарю, милорд! – вскрикнула она, поймав деньгу, и сразу же скрылась во тьму аллеи. Я засунул дешёвую игрушку в карман и продолжил свою прогулку, слабо улыбаясь своим мыслям.

Я добрался до таверны как раз в тот момент, когда бледная сфера Селуны выкатилась на небосвод над сторожевыми башнями города. Луна взошла. Развалюха располагалась на старом, далеко вдающемся в воды реки Чионтар причале; запахи рыбы и мусора плотной пеленой висели в воздухе. Я отворил дверь этой пивнушки и вошёл в слабо освещенное помещение.