class="p1">Я сморщила нос.
– Тогда этот брак станет крайне неловким, потому что Торин был бы моим братом. И я точно не из Высших фейри, потому что они никогда бы не позволили пропасть кому-то из своих. В мир людей могли перевести только обычную фейри.
Вместо своего «Ламборджини» Торин подошел к серому «Хаммеру». Одарив нас широкой улыбкой, он открыл перед нами двери. На мгновение я вообразила, что он правда благородный рыцарь и что он не просто подкупил женщину, которую ненавидел.
Не то чтобы я была в положении строить из себя оскорбленную невинность, учитывая, что с радостью согласилась на взятку.
Я нырнула на переднее сиденье, мой взгляд блуждал по добротному кожаному салону. Я провела пальцами по сиденью, испытывая головокружение при мысли, что смогу купить нечто подобное. При условии, что он выполнит свою часть сделки.
Торин скользнул на водительское сиденье. Я едва успела пристегнуть ремень безопасности, как король повернул ключ зажигания и вдавил педаль газа. Мы начали набирать скорость, и к горлу тут же подступила тошнота.
Из всех дней, когда можно получить приглашение в Фейриленд…
Я с трудом сглотнула, все еще пытаясь осознать происходящее.
– Что именно представляет собой этот турнир?
Шалини наклонилась вперед.
– Могу я ответить? Я слежу за ним уже несколько месяцев.
– Пожалуйста, – согласился Торин.
– Ладно. Есть сто претенденток…
– В данном случае сто одна, – перебил Торин.
– Верно, и все они должны побороться за руку Торина. Эта традиция живет на протяжении нескольких тысячелетий. Итак, существует несколько различных соревнований. После каждого часть участниц выбывает. И в этом году впервые все это будет транслироваться по телевидению.
Я нахмурилась, стараясь не представлять, как все будут смотреть на меня в своих гостиных.
«Хаммер» свернул на шоссе, и мир помчался мимо нас.
В баре Торин был окружен охраной, а над головой летал вертолет, снимавший все происходящее. Теперь я видела только обычное утреннее движение. У меня было очень сильное подозрение, что Торин нанес этот визит тайно.
Он прибавил скорость, и мотор «Хаммера» взревел. У меня снова скрутило желудок, пока мы лавировали между мчащихся мимо машин.
От тошноты рот наполнился слюной, но при этом в горле пересохло. Взглянув на Шалини, я поняла по выражению ее лица, что ей тоже нехорошо.
Я вцепилась в дверную ручку.
– Торин, а обязательно так быстро гнать?
– Да.
– А что-нибудь изменится, если я скажу, что такая дикая гонка нарушает приличия? – спросила я в отчаянии.
– На данный момент нет.
Теперь машина была похожа на ракету, несущуюся по асфальту. Здания за окном сливались в одно серое пятно. Да что с ним такое?
– Торин! – закричала я. – Ты нас угробишь!
Шалини схватила меня за плечо.
– Смотри!
Я проследила по направлению ее вытянутого пальца. Снаружи исчезли размытые серые здания и резко посветлело. Торин начал притормаживать, и пейзаж обрел четкость.
Мы больше не были на шоссе номер 8. Теперь мы катили по узкой дороге в местах, напоминавших век шестнадцатый. По одну сторону дороги теснились крытые соломой деревянные каркасные дома. С другой стороны солнце заливало ярким светом покрытые толстым слоем снега поля. Затем мы миновали небольшую рощицу. В морозное небо из труб вился дымок.
У меня перехватило дыхание от невероятного ощущения, что я видела это место во сне.
– О боже! – выдохнула Шалини. – Ава.
Салон автомобиля вокруг нас тоже начал преображаться, отчего у меня закружилась голова. Ремни безопасности исчезли, и я обнаружила, что сижу на бархатной скамейке напротив Шалини. На окнах появились белые занавески. Когда я обернулась, то мельком увидела Торина, держащего поводья полдюжины лошадей.
Я ухватилась за борт кареты, борясь с головокружением. Мы ехали в экипаже, запряженном лошадьми, и у меня было адское похмелье.
Глаза Шалини казались остекленевшими.
– Это реально, да?
– Думаю, да, – прошептала я.
– Это самое волнующее, что когда-либо со мной случалось, – пробормотала она.
Мы ехали по зимнему Фейриленду мимо обледенелых деревушек с примыкавшими к дороге домиками, с крутыми остроконечными крышами, мимо магазинчиков с лившимся из окон теплым светом. Карета катила мимо лесов и замерзших полей. Из далеких труб поднимался дым, и в воздухе искрились снежинки.
Но меня снова начало окутывать темное облако печали, и когда я закрыла глаза, то снова оказалась дома, в объятиях Эндрю. Мне казалось, что моя грудь раскалывается надвое.
Вздохнув, я опустила взгляд на колени, думая о тех красивых фотографиях Эндрю, которые я сделала сама и сейчас не могла видеть. Эндрю, лежащий в постели. Золотистая кожа, руки заложены за голову, его улыбка обращена ко мне. Мне всегда нравилась эта фотография.
А еще было наше фото с вечеринки, которое сделала Шалини… Я вспомнила тот вечер. Эндрю сказал мне, что я выгляжу великолепно, что ему все парни завидуют. И все же в перерывах между такими вечерами он фотографировал Эшли на полях с красными цветами… Меня на части раздирало одиночество, волна усталости накрыла с головой. Мне хотелось свернуться калачиком в постели, натянуть на себя одеяло и никогда из-под него не вылезать.
Шалини бросила на меня гневный взгляд.
– Нет.
– Что «нет»?
– Я не позволю тебе хандрить из-за этого неудачника, пока мы в Фейриленде. – Она поджала губы и указала за стекло. – Посмотри в окно, Ава. Смотри, что ты упускаешь. И он того не стоит. – Она разглядывала пейзаж, и стекло затуманивалось от ее дыхания. – Я, конечно, много слышала о том, как здесь здорово, но даже не ожидала, что может быть настолько красиво.
Особенность разбитого сердца заключалась в том, что я знала, как его скрыть, чтобы никого не расстраивать. Улыбнувшись, я уставилась на улицу.
– Действительно потрясающе. Нам очень повезло здесь оказаться.
Шалини наклонилась и прошептала:
– Я подслушала, что говорил Торин… про умирающий Фейриленд. В это, кажется, трудно поверить.
У меня сдавило грудь.
– Я думаю, что с появлением на троне королевы снег растает и вновь вернется весна. – Я пожала плечами. – А потом я вернусь в мир людей, где каждый вечер буду заказывать доставку еды, а по утрам капучино.
Шалини уставилась на меня, нахмурившись.
– Пятьдесят миллионов долларов, а у тебя хватило фантазии только на доставку уличной еды и кофе?
– Это стало очень дорого. В любом случае я действительно не знаю, что делать со всеми этими деньгами.
– Дорогая, ты отправишься в отпуск. На Мальдивы или…
Шалини резко замолчала, когда карета начала замедлять ход. Мы свернули с дороги на чью-то подъездную дорожку. По обе стороны высились огромные деревья, и их темные стволы простирались высоко над головой.
Между стволами я едва могла
