тепло проникало сквозь ткань, успокаивая его.
«Вы все еще хотите его забрать?» – спросил он, стараясь, чтобы голос не дрожал, но дрожь все равно проскочила, выдавая его внутреннее беспокойство.
«Решение об этом будет принято не мной, Кай, – ответил Зерек, его голос был абсолютно ровным. – Орден должен оценить потенциальную угрозу и пользу. Каждый новый, неизученный фактор в Ткани Потока требует всестороннего анализа. Но пока… он останется с тобой. Я полагаю, твоя связь с ним слишком сильна, слишком глубока, чтобы просто разорвать ее без последствий. Для тебя, разумеется. И для самого артефакта». Он повернул голову к Каю, и его фиолетовые глаза, казалось, проникали до самой сути его существа.
Шаттл плавно, словно не касаясь поверхности, вошел в один из освещенных шлюзов астероида, скрытый под слоем органической маскировки. Кай почувствовал лишь легкий, едва заметный толчок, когда корабль состыковался с чем-то невидимым, но прочным. Шипение воздуха, наполняющего внутренние камеры, и внутренний люк шаттла мягко открылся, открывая вид на просторный, ярко освещенный ангар.
То, что Кай увидел, поразило его до глубины души, заставив забыть о боли и усталости. После мрачной, хаотичной, прогнившей Ржавой Ямы это место казалось другим миром, вырезанным из самых ярких снов. Все вокруг было сделано из светлого, полированного материала, похожего на кость, гладкую керамику или даже застывший свет. Чистота была идеальной, стерильной – ни пылинки, ни пятнышка, ни единого следа ржавчины или разложения. Воздух был свежим, прохладным и лишенным каких-либо запахов. Архитектура была плавной, органичной, без единых прямых углов, словно все это было не построено, а выращено из живого материала или соткано из чистого Нуль-Потока. Таковы были технологии К'зир.
В ангаре их уже ждали. Две фигуры. Одна – еще один К'зир, чуть ниже ростом, чем Зерек, его кристаллические нити были серебристого цвета, а кожа отливала скорее зеленоватым, чем голубым оттенком. Он держался с неприступным достоинством и некоторой строгостью, от него веяло холодом и властью. Это была его Обитель. Вторая фигура была… Ассимилянтом.
Кай удивленно моргнул своим живым глазом, пытаясь осознать увиденное. Этот Ассимилянт сильно отличался от тех, кого он привык видеть в Ржавой Яме. Его тело было напичкано имплантами, но они не выглядели как грубые, ржавые протезы, кое-как присобаченные к живой плоти. Наоборот, они были изящными, высокотехнологичными, идеально подогнанными к его органике, почти неразличимыми. Вместо одного глаза у него был сложный оптический сенсор с множеством линз, который тихо, почти неслышно жужжал, фокусируясь на Кае. Его руки до локтей были заменены тонкими, многосуставчатыми манипуляторами из какого-то черного, матового сплава, а на висках и затылке виднелись многочисленные разъемы и индикаторы, слабо мерцающие разными, меняющимися цветами. Он был одет в темный, облегающий комбинезон, подчеркивающий его кибернетические формы, и от него исходила аура сдержанной, профессиональной компетенции.
«Зерек, – произнес К'зир с серебристыми нитями, его голос был более резким и властным, чем у Зерека, похожим на сухой треск льда. – Ты вернулся. И, как я вижу, не с пустыми руками. Этот… дикарь, он же не принес Диссонанс прямо на наши пороги?» Его взгляд скользнул по Каю, оценивающий, холодный и полный нескрываемого скепсиса.
«Элтриан, – кивнул Зерек, его голос не изменился. – Да, миссия принесла неожиданные результаты. Это Кай. И артефакт, вызвавший аномалию. Он, к счастью, стабилизирован».
Ассимилянт с видимым интересом, смешанным с едва скрываемой насмешкой, посмотрел на Кая, его оптический сенсор несколько раз щелкнул, словно фотографируя. На его губах играла едва заметная циничная усмешка.
«Еще один дикарь с опасной игрушкой, – пробормотал он достаточно громко, чтобы Кай услышал каждое слово, прозвучавшее как приговор. Голос у него был низкий, с хрипотцой, словно он слишком много времени проводил в вентиляционных шахтах. – Надеюсь, он хотя бы приучен не мочиться в углах и не трогать своими грязными лапами наше оборудование».
Кай вспыхнул. Гнев, непривычный для него, ударил в голову. Он хотел что-то ответить, броситься на этого наглого технаря, но Зерек опередил его.
«Рекс, будь сдержаннее, – спокойно, но с нескрываемой ноткой предупреждения сказал К'зир. – Кай прошел через многое. И он – наш гость. По крайней мере, пока. И он не "дикарь"».
Значит, этого циничного Ассимилянта звали Рекс. Техник, судя по всему, но какой-то особенный. Рекс лишь пожал плечами, его манипуляторы едва заметно шевельнулись.
«Как скажешь, шеф, – он снова посмотрел на Кая, теперь уже без открытого презрения, но с явным, все еще ощутимым скепсисом и любопытством. – Добро пожаловать в нашу скромную обитель, дикарь. Постарайся ничего не сломать. Особенно себя. Или того артефакта. И будь осторожен, тут не Ржавая Яма, тут могут и без тебя дохлого мусорщика найдут, и даже прахом не покроют».
Элтриан, К'зир-начальник, чье лицо было сжато в гримасе неодобрения, жестом пригласил их следовать за собой. «Пойдемте. Нужно провести полное обследование… объекта и его… носителя. Чем быстрее мы поймем, что с ним происходит, тем лучше. А затем Совет Старейшин будет ожидать твоего доклада, Зерек. И он не будет ждать долго».
Кай следовал за ними по широким, светлым, изогнутым коридорам «Тихой Обители». Все вокруг было чужим, странным, неземным, но завораживающим своей идеальной чистотой и плавностью линий. Он видел других К'зир, занятых своими делами – они плавно скользили по коридорам, их кристаллические нити мерцали, они тихо переговаривались на своем певучем, мелодичном языке. Иногда встречались и другие Ассимилянты, похожие на Рекса – явно техники или ученые, полностью интегрированные в эту высокотехнологичную среду, но их было намного меньше, чем К'зир. Никто не обращал на Кая особого внимания, но он чувствовал на себе их любопытные, а иногда и настороженные взгляды – как на нечто экзотическое и потенциально опасное.
Его привели в небольшую, стерильно-чистую комнату, где не было ничего, кроме низкой, анатомически изогнутой платформы для обследования в центре и нескольких встроенных в стены панелей, покрытых непонятными символами.
«Здесь ты пока останешься, – сказал Элтриан, его голос был сух, как пыль в Яме, и лишен всякого тепла. – Рекс проведет первичное сканирование. Артефакт… тебе придется его отдать. На время обследования. Он слишком нестабилен, чтобы оставаться в твоем распоряжении».
Сердце Кая упало. Он инстинктивно вцепился в Осколок, спрятанный под курткой. Он посмотрел на Зерека, ища поддержки, хоть какого-то намека на отступление.
Зерек лишь слегка кивнул, его фиолетовые глаза были спокойны. «Это необходимо, Кай. Мы должны убедиться, что он не несет скрытой угрозы. Он будет в сохранности, в этом будь уверен».
С тяжелым сердцем Кай
