Она заметила, как Сэйт расслабился, когда она спросила:
– Как кличка собаки?
– Хозер, – быстро отозвался Сэйт, довольный, что разговор перешел на другую тему. Он подтолкнул собаку поближе к кровати и скомандовал: – Поздоровайся с леди, парень.
Джулиана взяла протянутую собакой лапу и засмеялась:
– Я Джулиана Рэслер. После того, как вы спасли мою жизнь, можете называть меня «леди».
На губах Сэйта мелькнула усмешка. Ему хотелось сказать, – я сделал больше, Джулиана Рэслер. Ты не помнишь: я вдохнул в тебя жизнь, взбудоражил твою кровь.
Он опять торопливо спросил:
– Вы хотите есть, Джулиана? Я скажу индианке, чтобы принесла ужин.
– О, с удовольствием, – она радостно кивнула, – кажется, я не ела целую вечность.
– Это хорошая примета. Раз есть аппетит, значит, вы поправляетесь, – ответил он, сверкнув белоснежной улыбкой. – Я пока пойду проверю добычу. – Он встал. – Возможно, вы уснете, когда я вернусь, поэтому «Спокойной ночи».
Джулиана почувствовала разочарование, что он покидает ее. Она не разобрала, что он сказал тихим голосом Докси, но по ее суровому взгляду поняла, что женщине не понравились его распоряжения. «Индианка ревнует меня к нему», – подумала Джулиана и стала размышлять, какие в действительности отношения у охотника с этой девушкой.
Смешно сказать, но она мысленно убеждала себя в том, что между ними ничего нет. И в то же время провожала взглядом фигуру Сэйта. Он надел на мускулистые плечи тяжелую куртку, широко распахнул дверь и исчез в темноте. Она вообразила его в объятиях индианки. Когда Докси подошла к ней и жестяной миской в руках, их взгляды встретились: у обеих была в глазах одинаковая неприязнь.
– Вот, – отрывисто сказала Докси, швырнув миску в руки Джулианы.
Та посмотрела на большие ломти мяса, плавающие в жире, затем на Докси, которая и не собиралась скрывать свою ненависть. Джулиана стала внушать себе, что она не должна опускаться до словесной перепалки с невежественной индианкой. Она воткнула вилку в кусок мяса, поднесла ко рту и окончательно потеряла всякий аппетит. Ее взгляд упал на грязные руки девушки. К горлу подкатила тошнота. Она не могла заставить себя есть.
Джулиана оттолкнула миску и заговорила более резко, чем собиралась:
– Подайте чашку кофе.
Тут же почувствовала, что индианка не сделает этого и решила добавить:
– Пожалуйста.
Докси сняла с огня кипящий кофейник и принесла ей.
К своему удивлению, Джулиана отметила, что кофе заварен так, как она любит: крепкий и ароматный. Она стала пить, думая, что бы такое сказать этой глупой и злой индианке. Наконец произнесла:
– Очень благодарна хозяину за ужин.
Несколько секунд индианка молчала, затем последовал вопрос:
– Какому хозяину?
Джулиана раздраженно вздохнула:
– Живущему здесь мужчине. Сэйту Магрудеру.
– А, охотнику, – хитро блеснула глазами Докси. Прищурившись, она поучительно сказала, – ему не понравится, если ты будешь называть его по имени. Ты должна говорить ему «мистер».
Джулиана звонко рассмеялась:
– Почему это я не должна называть его по имени? – она вытерла слезы, выступившие на глазах.
– Потому что он так сказал, – зло огрызнулась Докси. Ее рассердил заразительный смех женщины. – Все женщины называют его «мистер».
Джулиана уловила злобу и ревность в ее словах. Переполненная ненавистью индианка хочет заставить ее поверить в то, чего нет на самом деле.
Джулиана сделала непроницаемое лицо и невзначай спросила:
– Ты его тоже так зовешь?
– Да, – глупо улыбнулась Докси и скромно потупилась.
Джулиану словно ударило током. Она получила подтверждение своим подозрениям. И решила ответить ударом на удар.
– Тебя разве не обижает то, что охотник пользуется тобой просто так, без всякой любви?
Докси побагровела от гнева, вспоминая, с какой нежностью обладал охотник этой женщиной. А ее ни разу не поцеловал, никогда не погладил ее грудь. Его не интересовало, получила ли она удовольствие от их близости или нет. Ну что бледнолицая женщина никогда не узнает об этом. Докси гордо подняла голову, ее глаза горели:
– Я не его женщина, хотя и называю его «мистер».
– Я тоже, черт возьми, – выдохнула Джулиана сердито.
Теперь огонь злобы горел в глазах Джулианы, она повторила, сжав кулаки:
– Я не его женщина! Слава богу, я его всего лишь случайно встретила.
Докси пожала плечами.
– Часто, чтобы принадлежать мужчине, достаточно одной встречи.
Затем подняла брови и отошла, усмехаясь.
Джулиана посмотрела ей вслед, швырнув на пол миску с мясом. Она взбила подушку и легла, накрывшись одеялом, упрекая себя в том, что позволила индианке взять верх.
Ну, какое ей дело до отношений между ними? Через неделю она забудет их обоих.
Она уснула и снова рядом был мужчина с колючими, голубыми глазами. Они со всей страстью любили друг друга…
ГЛАВА 4
Сэйт Магрудер тихо лежал, прислушиваясь к ровному дыханию Джулианы. Начинало светать. Его лицо выражало удовлетворение. Он оказался прав: она была здоровая и выносливая женщина.
Знакомый звук потрескивающих дров и шипения мяса прервал его размышления. Индианка ставила кофейник на горячие угли. В последнее время она не подавала поводов для недовольства.
Он наблюдал, как на потолке пляшут тени, отбрасываемые ее фигурой.
– Нет, я ей не верю, – шептал он сам себе. – И мне бы не хотелось оставлять Джулиану с ней наедине. Только бог знает, что эта мерзкая дрянь может наговорить ей.
Он отбросил одеяло, решив сходить проверить капканы. И, наконец, обследовать то место, где экипаж свалился в ущелье. И был даже доволен, что вряд ли лошади, а тем более кучер остались в живых. Тем не менее, здесь, в этой глуши, действовали свои законы: место нужно осмотреть и подобрать все, что можно. Если человек окажется жив, ему нужно помочь. Если он мертв, его надо похоронить.
Сэйт поиграл мускулами: пожалуй, на голой земле было бы гораздо удобнее спать, чем на твердом деревянном полу. Он сел и посмотрел в сторону своей мягкой кровати, где спала Джулиана, не возражая оказаться снова рядом с ней.
Сэйт печально усмехнулся, поднимаясь на ноги: Джулиана Рэслер вряд ли бы проявила гостеприимство, будь в полном сознании в те минуты.
– Видимо, снег шел всю ночь, – снова разговаривал Сэйт сам с собой, пытаясь плечом открыть дверь: ее совсем завалило. Ему с трудом удалось выйти. Перед ним предстал белый и безмолвный мир. Он внезапно нахмурился. Бегло осмотревшись, увидел следы волков. Они вплотную подходили ночью к его дому и сараю, где находится лошадь. Она, наверное, очень беспокоилась ночью.
