— Как ты там? — спросила Филли маму.
— Мы с Марджори играем в морской бой, — весело сообщила мать. — Я выигрываю, так что ни о чем не беспокойся. Мы прекрасно проводим время.
Филли, улыбаясь, повесила трубку. По крайней мере, на домашнем фронте все было в порядке. Завтра она вернется домой и постарается больше не думать о Дамьене.
С глаз долой, из сердца вон!
Ее появление, так же как и сегодня утром в аэропорту, произвело на Дамьена неизгладимое впечатление. Корсет платья кофейного цвета так сильно облегал фигуру, что сравнение со скрипкой напрашивалось само собой. Тоненькие бретельки были украшены бриллиантовыми стразами. Легкая летящая юбка, скроенная из отдельных клиньев, колыхалась при каждом движении. Волосы были собраны заколкой в строгую прическу, но один упругий локон свободно спадал на шею и подпрыгивал при каждом повороте головы. Лицо ее тоже изменилось. Искусный макияж сделал глаза больше, улыбку шире, а губы… Яркие, сочные, они манили его к себе.
Так, что же произошло с его Серенькой мышкой? Нет, не то чтобы он не одобрял этих перемен, просто перемены эти были очень неожиданные и такие соблазнительные…
* * *
Ужин проходил очень весело. Члены совета директоров «Палмкорпа» Стюарт и Шейн Мерчисоны представляли собой молодую динамичную парочку. Им обоим всего лишь под тридцать, но их достижения в бизнесе весьма впечатляющи. К тому же природа не обделила братьев привлекательностью. Они оба были высокими и голубоглазыми, с выгоревшими под солнцем волосами. Все свободное время братья проводили, занимаясь серфингом.
Вся компания сидела на террасе уютного ресторанчика, расположенного на морском берегу. Братья угощали своих гостей изысканными блюдами из морепродуктов, развлекали анекдотами и смешными историями из своей жизни.
— Так почему же ни один из вас до сих пор не женился? — спросила Филли то ли в шутку, то ли из любопытства.
— О, здесь все просто, — начал Стюарт.
— Мы так быстро плаваем, что нас никто не может догнать, — закончил Шейн, и братья рассмеялись.
— Однако, — глаза Стюарта лукаво заблестели, — это не означает, что мы прекратили поиски.
Филли залилась смехом, напряжение последних дней оставило ее. Давно ей не было так хорошо и спокойно. Она почувствовала себя здесь другим человеком. Ей не нужно было больше беспокоиться о матери, которая осталась в надежных руках профессиональной сиделки. Новая одежда придавала ей уверенности в себе. Переговоры прошли успешно и вот теперь они вчетвером сидели на террасе, и всего в нескольких шагах от них искрилась голубая бездна океана. Филли была единственной женщиной в компании трех привлекательных мужчин. Это новое ощущение волновало ее. Поездка оказалась совсем не такой уж плохой.
Трое мужчин, сидевших с Филли за одним столом, притягивали к себе взгляды всех посетительниц ресторана. Длинноногие официантки с завистью поглядывали в ее сторону. Однако сама Филли ни на минуту не сомневалась в том, кто из мужчин доминировал за их столом. Братья, несомненно, были хороши собой. Вряд ли нашелся бы человек, способный назвать их слабаками, но Дамьен подавлял их одним только своим присутствием. Он был сдержан, но каждый его взгляд, каждый жест излучал колоссальную энергию.
Неожиданно Филли поймала на себе сердитый взгляд Дамьена. Она резко отвернулась, не понимая, чем вызвала его гнев, и постаралась снова сосредоточиться на беседе.
— А что это у тебя за имя такое? — спросил ее Стюарт Мерчисон. Он наклонился к ней поближе и положил руку на спинку стула, на котором она сидела. В другой руке Стюарт покручивал бокал с дорогим шампанским. — За этим, должно быть, стоит какая-то история.
Дамьен ощетинился и сверкнул глазами в сторону Стюарта. Он размешивал свой кофе значительно дольше, чем это было необходимо, затем с раздражением бросил ложку на блюдце. «Скорее бы этот ужин заканчивался», — подумал он.
Филли сидела рядом и, потягивая из стакана минеральную воду, улыбалась Стюарту.
— Это может показаться вам довольно глупым, — сказала, она, смущенно улыбнувшись.
Стюарт погладил ее по плечу.
— Ну, что ты, Филли. Нам ты можешь рассказать все.
Дамьен уже едва сдерживал себя. Но Филли, обхватив ладонями стакан, стоявший перед ней на столе, улыбнулась.
— Что ж, тогда слушайте. Мои родители хотели дать своим детям необычные имена. Они решили, что это будут красивые названия городов. — Филли неожиданно замолчала и посмотрела сначала на одного брата, потом на другого. — О, я понимаю, это звучит так странно, особенно если учесть, что никто, кроме моей матери, ни разу не назвал меня Филадельфией. Все всегда звали просто Филли.
— Ты не должна ничего стесняться. Все это абсолютно нормально. — Шейн тепло улыбнулся, пытаясь подбодрить девушку. — Так, значит, родители назвали тебя Филадельфией? Мне нравится это имя. А как звали других детей в вашей семье? Мельбурн? Париж? Константинополь?
Филли пропустила эту шутку мимо ушей, ее взгляд сфокусировался на стакане, который она по-прежнему держала между ладонями, но Дамьен кожей почувствовал, что в ней произошла какая-то перемена.
— У меня был всего один брат. Младший… Родители назвали его Монреалем.
— Монреаль. Это так необычно, — снова заметил Стюарт.
— Я знаю. — Филли снова мило улыбнулась. — Брат ненавидел свое имя, поэтому мы звали его… — Она прикусила нижнюю губу и немного помолчала. — Мы называли его Монти.
— С ним что-то произошло? — мягко спросил Дамьен, почувствовав, что Филли тяжело говорить.
Филли, не отрываясь, смотрела на свой стакан и молчала. Пальцы нервно поглаживали запотевшую стеклянную поверхность.
— Он был пилотом. Вместе с Эннилайз, его женой, они летели к родителям на выходные, чтобы показать своего, только что родившегося сынишку. Они назвали его в честь нашего отца. Он умер десять лет назад, и мама гордилась тем, что они назвали ребенка в его честь. Мама не могла их дождаться. Она так хотела увидеть своего первого внука! — Филли помолчала. — В пути их застигла страшная буря. С самолетом что-то случилось. Наверное, это был удар молнии. Он вывел из строя электрическую систему. — Она дернула плечами. — В общем, самолет разбился, и все они погибли. Все… — Голос Филли стал едва слышен. — Томасу было всего десять дней.
Мужчины молчали. Дамьен с болью посмотрел на Филли. Она подняла голову и взглянула на лица своих собеседников.
— Ох, мне очень жаль, — спохватилась она. — Вам совсем не хотелось выслушивать все это. Простите меня.
Стюарт отреагировал первым. Рука, лежавшая на спинке стула, переместилась к Филли на плечи. Он обнял ее, поставил почти пустой бокал на стол и освободившейся рукой сжал ее ладони.
