на душе.
- Эля, откуда жениха то надуло? Где познакомились, ведь дома все вечера или может в магазине?
- Может и в магазине – Эля закончила красить ресницы и придирчиво оглядела себя в зеркало – Вера познакомила нас. Это ее брат. Вполне приличный мужчина, правда младше меня на три года, но это ничего. Работает на стройке.
Вера работала продавщицей в магазине, которым Эля заведует. Таня осталась недовольна новостью.
- Значит работает на стройке? И жилья поди нет, а Вера прознала, что живем в трехкомнатной в новом доме, ведь так? Ты ведь язык за зубами не держишь. Сколько раз тебе говорила, что простота хуже воровства.
- Мама, не начинай. Да, он из деревни, приехал учиться в АЛТИ на строительном. Работает на стройке, скоро дадут квартиру. Пока не женат - может претендовать только на однокомнатную. Если поженимся – дадут двухкомнатную.
Тане все это не нравилось, какие-то квартиры, разве об этом надо думать, когда замуж собираешься. С другой стороны, может Эля и права, что о квартире думает, а не голову от любви теряет.
- Он хоть нравится тебе? Познакомила бы нас, в гости пригласи его и Веру.
Эля нехотя соглашается, хотя она ничего не решила. Будет думать. Это она подчеркивает. Не решила и будет думать. Она не девочка, чтоб за первого встречного, да и он не принц сказочный.
Жених Тане не понравился. Невысокий, плотного телосложения, с намечающейся лысиной. Одет в старый заношенный свитер, какой-то весь помятый и неприглядный.
Таня напекла пирогов и потушила курицу, сварила картошку. Эля приготовила салат с дефицитным майонезом и зеленым горошком. Говорила одна Вера, они с Элей обсуждали каких-то общих знакомых и выполнение плана.
- Он не нашего круга, деревня деревней, о чем разговаривать будете?
- Ничего, я его по театрам и кино, да книг дам интересных. Может он не сильно развит в культурном плане, но и не глуп, раз поступил в вуз и учится на заочном. Это он тебя пока стесняется – вот и молчит, а потом привыкнет.
- Значит, жить вы здесь собираетесь?
- Я же сказала – дадут квартиру на Тимме. Дом уже сдан, недоделки устраняют, ну и ремонт надо в квартире сделать.
Эля и Олег поженились и несколько месяцев жили у Тани. За это время, она возненавидела Олега, да и тот явно не смог привыкнуть к порядкам в доме тещи. Эля пыталась культурно развивать мужа, но это было не так просто. Читал он исключительно газеты, театр не любил. Каждую субботу уходил в гости к сестре и там напивался с ее мужем. К тому же оказался ревнив и узнав историю безответной любви Эли к Алексею, в пьяном виде непременно учинял скандал. Таня пыталась не вмешиваться, она прекрасно видела, что Эля будет несчастна с этим человеком, но молча запиралась в своей комнатке.
- Они взрослые люди, не буду я лезть в их жизнь. Пусть сами разбираются.
Так она обычно говорила соседкам, с которыми коротала время на скамейке у подъезда. В душе она надеялась, что как только они заживут отдельно - все наладится.
Глава 10
Комната давно требовала ремонта, обои выгорели, потолок у окна потемнел. Все стареет и приходит в негодность, но у нее нет сил обновить комнату. Можно было бы попросить детей помочь, но у них своих дел полно. Время бежит и она чувствует, как оно утекает безвозвратно. Все подходит к концу, двадцатый век, ее жизнь – такая маленькая и незначительная на фоне событий истории. Жизнь круто поменялась уже не один раз на ее глазах, вот только человеческая натура не меняется. Это она отчетливо понимает теперь, оглядываясь назад. Вспоминая, сколько лет она провела в коммунальной квартире, Таня с удивлением понимала, что соседи были ей порой ближе чем родные. Они никогда не ссорились на кухне, а ведь было тесно и тяжело, делились последним и не только куском. Не жалели доброго слова, поддерживали друг друга как могли.
Она переводит взгляд на отрывной календарь. Он висит на расстоянии вытянутой руки, и она протягивает ее, обрывая листок с датой прожитого дня. За окном глубокая ночь, пора бы ложиться, она уже помянула всех ушедших и помолилась за живых.
Перевернув листок календаря, она рассматривает через очки рецепт какого-то пирога и салата. Вот за что она любит эти календари – тут всегда есть пара советов, как вывести пятно с дивана или почистить хрусталь.
- Татьяна Ивановна, вы опять взяли мою сковородку.
Галчонок – так называл Сережа свою молодую жену. Она и правда чем-то походила на галку. Длинноносая, с круглыми черными глазами, она сразу не понравилась Тане. Когда молодые вернулись в город, Галчонок принялась наводить свои порядки в квартире.
- Сережа, надо на кухне второй стол поставить.
- Да зачем? Мы и за одним отлично поместимся.
- Нет. Я хочу свой стол и свой шкафчик для продуктов. Я считаю, нам надо раздельно питаться. Я так привыкла.
Сергей пытался возражать, мямлил что-то типа – это моя мама и так нельзя. Нехорошо. Галчонок смотрела на него круглыми как пуговицы, пустыми глазами и пожимала плечами.
Таня молчала. Она не хотела быть камнем преткновения в их ссорах. Пусть ссорятся, но только не из-за нее. Хотя какая разница. С первых дней она поняла, что милый Галчонок та еще стерва. Она виртуозно могла создать скандал на пустом месте. Начиналось все с упреков про сковородку, а заканчивалась обвинениями в неприязни к ней.
- Твоя мать ненавидит меня. Вот за что? Что я ей сделала – она кричала, распушив свои волосенки как перья и расставив локти, безвольно опущенных рук. Всем своим видом она говорила – я жертва, но я не смирилась.
В такие моменты, Таня спешно собиралась и уходила из квартиры под предлогом навестить внучку.
- Мама, она ведь в садике, не ходила бы ты туда, Элька будет недовольна.
Таня прекрасно помнит, что раньше за кольцом Обводного город резко обрывался. Болота и мхи, на которых расстреливали людей во время Гражданской войны и Интервенции, вот что помнит Таня об этом месте, да и то, по воспоминаниям коренных горожан. Сейчас на месте болот стояли дома типовой застройки, вместе с домами появлялись новые школы и детские сады. В 1974 г. построили Дворец культуры строителей. Тане не очень нравилось, что
