усиливающийся и усиливающийся, наконец он превратился в ливень, да такой, что на нас не осталось сухой нитки очень скоро. Настроение наше не падало; нам нравилась молния, гром, черное небо. Мы даже смеялись от удовольствия, а мне еще импонировало, что мои спутницы, как и я, не боятся грозы. Но постепенно к ливню стал присоединяться очень сильный, а главное очень холодный ветер. Это было уже неприятно, так как насквозь промокшее платье липло к телу, и мы буквально дрожали от холода. Наконец, уже порядочно уставшие и продрогшие, мы добрались до Мальчезине; вот ставшая потоком улица, по которой мы храбро бежали, боясь только, чтобы этот поток не сшиб с ног, так как мокрая обувь скользила по камням. Своим видом мы вызывали улыбки и даже смех спрятавшихся под воротами и смотрящих из окон итальянцев. Вот и последний поворот, сейчас улица выйдет к берегу озера, а там и наш отель. Когда добежали до берега, невольно остановились: озеро бесновалось. громадные волны, не ниже двух саженей, почему-то зеленоватого цвета, яростно лезли на берег, разбиваясь о каменную ограду порта и почти всей массой перекидываясь через нее, заливая часть сада и площадку перед нижней террасой, а брызги долетали до окон 2-го этажа.
Переодевшись, мы уже с балкона смотрели на эту разбушевавшуюся стихию. Озеро заметно утихало. Прислуга убирала нижний этаж гостиницы, который был затоплен. Буря стихла, как и началась, довольно скоро. Но до самого вечера дул порывами ветер и вспыхивали зарницы. Вскоре вернулись остальные экскурсанты, которые переждали ливень в каком-то итальянском доме. Вечером подошел пароход. Его отчаянно качало, и он не мог пришвартоваться, так как пристань сорвало с передних столбов, и она болталась в воде на петлях, прикрепляющих ее к помосту. У нашей купальни сорвало лестницу, мы увидели ее недалеко от берега. Моторную лодку, прозванную нами Психеей, стоявшую на якоре у решетки сада, потопило; так что на следующий день ее пришлось поднимать на блоках. А двухмачтовую лодку, которая была на плаву, разбило в щепки, но люди, к счастью, все спаслись вплавь.
И все же, как я люблю это озеро за его красоту и за его силу!
И какое удовольствие было ездить на пароходе по озеру во время наших экскурсий!
Кроме Gardone, мы посещали еще Solo в Тосколанском ущелье и Sirmione. Solo представляет собой центр курортной жизни озера Гарда; но курортная жизнь замирает на июль месяц – самое жаркое время года, и поэтому в ту пору городок, с его изящными магазинами и громадными отелями, казался вымершим, как и другой курорт этого берега – Gardone. В Gardone, например, у самой пристани стоял многоэтажный Grand Hotel с наглухо закрытыми во всех этажах окнами. Этот Hotel обратил на себя наше внимание еще безвкусием своей архитектуры и украшениями с многочисленной позолотой.
Isola di Garda (остров ди Гарда) на озере Гарда. Фото начала ХХ века
Несмотря на жару, пассажиров на пароходе было много. Может быть, потому, что было воскресенье; в этот день билет на пароход куда угодно стоит 1 лиру. На палубе трудно было найти местечко, чтобы присесть – сидят всюду: не только на скамейках вдоль бортов, но и на ящиках (багаже), наваленных посередине, некоторые на свернутых канатах. Я пристроилась на какой-то круглой тумбе у самого борта. До последней станции южного берега озера (Sirmione – предпоследняя станция) пароход идет 3 часа. Но кругом было так красиво и интересно, что никто из нас не устал, хотя Сережа, например, простоял всю дорогу. Когда мы огибали остров – isole del Garda[9] – увидели кружевной дворец герцогов Боргезе. Жаль, что мы не сошли на берег полюбоваться этим красивейшим зданием; когда мы проплывали мимо этой небольшой станции, где от пристани шла прекрасная кипарисовая аллея, с берега был дан знак, чтобы пароход не причаливал.
Мы сошли на берег, где расположился поселок Sirmione. Здесь все носит уже другой характер, чем там, на севере, у Ривы или Мальчезине. Здесь Низкий берег, неглубокое озеро, даже заросшее местами осокой; пристань выдвинулась далеко, так как непосредственно к берегу пароход подойти не может. Мы сразу же отправились к замку, который тоже называется, как и поселок, Sirmione. Это постройка XI-го или XII-го века с зубчатыми стенами, очень напоминающими зубцы Кремлевской стены в Москве. Это понятно, потому что русские цари для строительства Кремля приглашали итальянских мастеров. А Италия, как известно, родина Аристотеля Фиораванти.
Замок окружен со всех сторон водой – озером и мелкими каналами. Мы, конечно, взобрались на самую высокую башню, откуда был потрясающий вид. Профессор Цебриков нам рассказал о Карле Великом, Венецианской республике, которой много лет принадлежала Верона итальянских республиках Вероны и Венеции (Верона не была самостоятельной республикой никогда в своей истории, она была частью владений Венецианской республики), о битвах, которые разыгрывались недалеко отсюда – на Ломбардской низменности, которая была нам видна с башни. Мы даже смогли различить, где виднелся памятник какой-то битвы. Владимир Михайлович обратил наше внимание на скалу Гард, давшую озеру свое имя; скала – с плоской вершиной, на которой десятки раз воздвигались укрепления сталкивающихся здесь народов. Какие страсти когда-то здесь кипели, какая человеческая жестокость и грубость проявлялась на этих берегах, но «равнодушная природа» сияла и тогда красотой, как и ныне. Как и тогда, сияет солнце, так же чуть шевелилось озеро, так же голубели вдали горы, а мы сейчас стоим и вспоминаем отважных воинов, которые умирали в бою. Меня посетило тогда какое-то мистическое чувство – я почти воочию видела эти прошедшие времена и как бы побывала там. «Дух Времени» – очень точное и образное выражение.
С башни на дне озера мы увидели какие-то трубы. Оказалось, что это давно открытые серные источники, которые по трубам дают воду в лечебные заведения.
Налюбовавшись окружающим видом, мы спустились вниз и отправились, по совету Цебрикова, к римским развалинам, к гроту Катулла. Это самый конец мыса, выдвинувшийся стрелкой к озеру. Развалины огромные. Цебриков сказал, что здесь был дворец римского вельможи. Много веков прошло с тех пор, а озеро все то же. Исчезнем и мы, теперь любующиеся синей гладью, опять сменят друг друга много-много поколений, а озеро так же будет лежать в своих берегах, может быть, слегка изменив свои формы, так же будет отражать небо и прекрасные виды.
Замок Сирмионе на озере Гарда. Фото начала ХХ века
Мы долго сидели около развалин. Потом разбрелись кто куда. Сережа с Александрой
