расположенном на границе с Нью-Йорком, в тумане были похожи на бледно-серые коробки с круглыми крышками. Электрические фонари тщетно пытались разогнать промозглый мрак.
На асфальте летного поля неподалеку стоял гигантский трехмоторный цельнометаллический самолет. На фюзеляже, сразу за носовым двигателем, черными буквами было выведено: "Кларк Сэвидж-младший".
Один из самолетов Дока!
Служащие аэропорта, одетые в форму, которая стала очень неопрятной из-за грязи, жира и сырости, занимались переносом ящиков из грузовика в салон большого самолета. Эти ящики были легкими, но прочными, и на каждом из них были напечатаны, как это принято в исследовательских экспедициях, слова:
Кларк Сэвидж-младший, экспедиция "Идальго".
— Что такое Идальго? — поинтересовался толстошеий механик.
— Не знаю - страна, я думаю, — ответил ему спутник-жирдяй.
Разговор был неважным, разве что он показал, какой малоизвестной страной является Идальго. А ведь центральноамериканская республика была немалых размеров.
Наконец последняя коробка оказалась в самолете. Работник аэропорта закрыл дверь самолета. Из-за туманного рассвета и влаги на стеклах невозможно было заглянуть в пилотский отсек большого трехмоторного самолета.
Механик забрался на жестяные колпаки над большими колесами и, стоя там, запустил инерционный стартер сначала одного, потом другого мотора. Все три больших радиальных двигателя взревели. Более тысячи пульсирующих лошадиных сил.
Большой самолет содрогнулся в такт гулким выхлопным трубам. Это был не особенно новый самолет, ему было около пяти лет.
Возможно, один или двое из обслуживающего персонала услышали звук другого самолета, который пролетел над головой. Может быть, взглянув вверх, они увидели, как огромная серая летучая мышь проносится сквозь туман. Но не более того, и шум его огромного, приглушенного выхлопа был едва слышен над гулом старомодного трехмоторника.
Трехмоторник уже двигался. Хвост был поднят, готовясь к взлету. Все быстрее и быстрее он мчался по асфальту. Он медленно поднялся в воздух.
Не отклоняясь ни в одну сторону, плавно набирая высоту, большой цельнометаллический самолет пролетел, наверное, милю.
Затем произошло удивительное событие.
Трехмоторный корабль, казалось, мгновенно превратился в гигантский шар раскаленного добела пламени. Затем оно превратилось в чудовищный клубок зловещего дыма. Затем оторвавшиеся фрагменты самолета и его содержимого обрушились на крыши Джексон-Хайтс, консервативного жилого пригорода Нью-Йорка.
Взрыв был настолько сильным, что в домах под ним выбило окна, а с крыш сорвало черепицу.
От огромного самолета не осталось ни одного фрагмента площадью более нескольких ярдов. Власти никогда не смогли бы его опознать, если бы работники аэропорта не знали, что он только что взлетел оттуда.
Ни один человек не мог выжить на борту трехмоторного самолета.
Док Сэвидж лишь моргнул своими золотистыми глазами после ослепительной вспышки, ознаменовавшей взрыв, уничтоживший трехмоторный корабль.
— Этого я и боялся! — сухо сказал он.
Порыв воздуха, вызванный взрывом, привел к крену самолета. Док умело поправил рычаги управления чтобы выровнять его.
Док и его люди не были в злополучном трехмоторном самолете. Они были на другом борту, который пролетел над аэропортом за мгновение до взлета трехмоторника. Более того, Док сам управлял взлетом трехмоторника, используя дистанционное радиоуправление.
Аппарат дистанционного радиоуправления Дока был точно такого же типа, как и тот, что использовался армией и флотом в обширных экспериментах; для его работы использовались меняющиеся частоты и чувствительные реле.
Док не знал, как их таинственному врагу удалось взорвать трехмоторник. Но благодаря его предусмотрительности люди Дока избежали дьявольского взрыва. Док использовал трехмоторный самолет в качестве приманки. Это был один из его старых кораблей, почти готовый к утилизации.
— Должно быть, им удалось подложить взрывчатку в один из наших ящиков, — вслух заключил Док. — Жаль, что мы потеряли оборудование в уничтоженном самолете. Но мы можем обойтись и без него.
— Что меня удивляет, — пробормотал Ренни, — так это то, как они закрепили свою бомбу так, чтобы она взорвалась в воздухе, а не на земле.
Док повернул свой самолет и взял курс прямо на Вашингтон, используя не только гироскопический компас, которым был оснащен аппарат, но и умело рассчитывая направление ветра.
— Как они заставили бомбу взорваться в воздухе, легко объяснить, — сказал он наконец Ренни. — Вероятно, они поместили в бомбу альтиметр или барометр. Альтиметр регистрировал изменение высоты. Все, что им нужно было сделать, — это установить электрический контакт, который должен был замыкаться на определенной высоте, и - бах!
— Бах, точно! — добавил Монк, ухмыляясь.
Их самолет промелькнул мимо поднятой руки статуи Свободы и, набирая скорость, понесся на юг над болотами Джерси.
В отличие от разрушенного трехмоторника, этот самолет был новейшей конструкции. Он тоже был трехмоторным, но большие двигатели были встроены прямо в крылья. Пилоты называли его низкопланом: крылья крепились не вверху, а внизу фюзеляжа. Шасси убирались, складываясь в крылья, чтобы не оказывать сопротивления встречному потоку ветра.
Этот суперсамолет был идеальным для летчика. И двести миль в час — это только его крейсерская скорость.
Не последнюю роль в этом сыграло и то, что кабина была звуконепроницаемой, что позволяло Доку и его друзьям разговаривать на обычных тонах.В заднюю часть кабины скоростного корабля была погружена действительно необходимая часть оборудования. Компактно упакованные в легкие металлические контейнеры, изготовленные из сплава металлов, которые были легче даже дерева, каждая коробка была снабжена ремнями для переноски.
Через удивительно короткое время они заметили скопление зданий Филадельфии. Док провел самолет немного восточнее здания мэрии, центра делового района города.
Они устремились дальше, чтобы приземлиться в аэропорту на окраине Вашингтона.
* * *
Посадка, которую совершил Док, была легкой - образец его мастерства в управлении. Резкими оборотами носового мотора он подрулил к небольшому административному зданию аэропорта.
Тщетно он искал свой автожир. Хэму следовало бы оставить автожир здесь, если бы он уже прилетел. Но автожира не было видно.
Навстречу им выбежал служащий - бодрый и подтянутый парень в белой униформе.
— Разве Хэм здесь не появлялся? — спросил Монк.
— Кто?
— Бригадный генерал Теодор Марли Брукс! — объяснил Монк.
Служащий аэропорта испытал шок, а затем сильное смущение при этих словах. Он открыл рот, чтобы заговорить, но вместо этого от волнения стал просто заикаться.
— Что случилось? — Док спросил мягким, но властным тоном, который требовал немедленного ответа.
— Начальник аэропорта задержал в полевом офисе человека, который говорит, что его зовут бригадный генерал Теодор Марли Брукс, — объяснил служитель.
— Почему?
— Начальник также является заместителем шерифа. Нам позвонили и сказали, что этот парень украл автожир у человека по имени Кларк Сэвидж. Вот мы его и арестовали.
Док рассеянно кивнул.
