Женщина, стоявшая у алтаря, стала медленно поворачиваться. У меня перехватило дыхание, и Агнес положила мне руку на колено, успокаивая. Огромные клубы сероватого дыма окатывали женщину и, змеясь, поднимались в ночное небо. На ее лице призрачно выделялась белая, словно вырезанная из камня, маска ягуара. Черные пятна ягуаровой шкуры подчеркивали окружающие тени. Протянув руки, женщина выкликнула мое имя.
Взяв трубку и узелок с подношениями, я двинулась вверх по лестнице к ней. Агнес последовала за мной. Я прошла сквозь клубы копалового дыма и села напротив женщины, по другую сторону алтаря, на травяной коврик. Агнес села слева от меня, тоже держа в руке трубку. Затем она протянула трубку через алтарь женщине, и та положила ее на него. Я сделала то же самое со своей трубкой. Взгляд мой был прикован к этой женщине. Она обращалась со своей силой с таким кошачьим величием, что я была ошеломлена и напугана одновременно. Я знала, что это женщина, но порой, когда она, совершая обряд, расправляла плечи или хватала что-нибудь своими мощными ягуарьими лапами, можно было поклясться, что под маской скрывается мужчина. Пристально глядя на меня, она заговорила на ломаном английском; маска слегка приглушала звук ее слов:
– Ты доказала, что можешь служить сестрам-шаманкам. Теперь я знаю, что ты можешь служить Духу.
Она ловко сняла маску и перевернула ее вогнутой стороной вверх. Затем она налила в нее какую-то жидкость и быстро выпила. Ее лицо густо потемнело, так что я видела теперь только ее глаза, сверкавшие лунным светом. Женщина протянула маску мне. Глядя ей в глаза, я взяла маску. Маска была гладкой на ощупь и тяжелой, словно каменная. Глотнув ее содержимого, по вкусу напоминавшего вино, я вернула маску в раскрашенные руки женщины, и та вновь надела ее. Я не могла ясно разглядеть лица женщины, но чувствовала, что мы уже виделись. Я протянула ей принесенный узелок. Следуя указаниям Агнес, я взяла с собой настойку, белый копал, табак, шоколад, благовония, свечи и много цветов. Женщина приняла подношение, произнося множество звучных майянских слов, и разложила содержимое узелка на жертвеннике. Набрав в рот настойки, она прыснула ею на жертвенник рядом с несколькими предметами, лежавшими возле меня позади зажженных свечей.
Я рассматривала красивую россыпь священных предметов на жертвеннике. Там были цветы, свечи, камни, оперенные палочки, пустотелые камешки с вложенными в них предметами, узелок с неизвестным содержимым, распятие, травы и множество других предметов, скрытых в тени. Я смутно ощутила, что мое тело пронзает некое силовое поле, своего рода магнетизм, исходящий от жертвенника.
– Знание – это узнавание, - произнесла женщина, глядя на то, как я обвожу взглядом ее алтарь. – Ты ведь узнаешь ее, не так ли? Теперь ты знаешь ее силу, хотя и не понимаешь ее.
Она села напротив меня, свернувшись на коврике, подобно большой кошке, и кивнула. Ее слова теперь звучали так убедительно, что сразу же проникли в самый сокровенный уголок моей души – мою магическую точку.
– Встань, – велела она и повернула меня спиной к алтарю так, что я могла теперь видеть две шеренги женщин, все еще стоявших на каменных ступенях. Они, казалось, вни мательно рассматривали нас. – Долгое время, – продолжала жрица, – наши сестры не пользовались своей силой. У тебя есть злейший враг, он рыжеволос и находится сейчас рядом с тобой. Однажды ты выследила его, но это было давно. Из-за своего страха и чувства вины ты стала его жертвой. Он пога сил огни вокруг тебя. Он выслеживает тебя сейчас. Выслеживающего нужно выследить. Все мы – твои сестры. Что слу чится с тобой, то случится с нами. Протяни руки.
Я протянула к ней руки. Она сняла свои напоминавши лапы перчатки и положила свои руки на мои. Я шевельнул пальцами, и на них вдруг появились острые когти. На мгновение у меня помутилось в глазах, но затем я стала видеть вс чрезвычайно отчетливо. Женщина-Ягуар сняла с себя накидку и, набросив ее мне на плечи, застегнула. Женщины, стоявшие на ступенях, молча обступили меня полумесяцем. Все они пристально смотрели на меня и, казалось, сосредоточились на моем пупке. Я почувствовала, что Женщина-Ягуар стоит позади меня, подняв руки вверх. Я ощущала, как мен пронизывают потоки ее силы и силы жертвенника. Я взглянула на Агнес, ища ободрения, но она смотрела так же сосредоточенно, как и другие женщины. Меня охватил жар, по телу прошла дрожь.
Внезапно я выскочила из собственного тела и взлетел над вершинами деревьев. Затем я очутилась на земле и поразительно быстро побежала сквозь джунгли, чувствуя, что понимаю их, как никогда прежде. Я остановилась, принюхалась и развернулась под острым углом на юг. В этот миг поняла, что теперь я дух ягуара, и запах, увлекающий меня погоню, принадлежит Рыжему Псу.
Я взбежала на холм, проносясь над плотно переплетен ной травой, после чего двинулась осторожной, бесшумно поступью. Из-за дерева я увидела стоящего ко мне спиной Рыжего Пса. Я припала к земле, изготовившись к прыжку, Рыжий Пес обернулся и увидел меня. В его глазах мелькну ужас. Я зарычала; он топнул ногой и завопил. Вдруг он бешено закружился на месте и полностью исчез из виду в воздушно воронке, начавшей стремительно перемещаться. Я попыталась атаковать этот вихрь, но он держался прямо над моей головой. Мне хотелось проникнуть внутрь и растерзать Рыжего Пса на куски. Вдруг я ощутила, что мое тело разваливается.
Открыв глаза, я увидела, что лежу в своей кровати в асьенде и Агнес прикладывает мне лед ко лбу и щекам.
Глава 6. Зеленый карлик
Совершая дальний путь, ты узнаешь: место есть, где, как только ты придешь, вмиг тебе предложат сесть, лишь тебе – прекрасный трон. И друзья со всех сторон Улыбаясь, подойдут, И они все, как и ты, Место здесь себе найдут.
Роберт Крили, «О нет»Далекие раскаты грома прервали мой рассказ, и в хижине повисла тишина. Внезапный порыв сквозняка задул лампу, мы продолжали сидеть, глядя друг на друга при свете одной лишь печки. История о ягуарьей охоте на Юкатане так поглотила наше внимание, что нам пришлось сделать усилие, чтобы вспомнить, где мы в действительности находимся. Вдалеке раздался вой волка. Справа ему подтянул другой. Несколько волков отозвались позади нас. Обычно мне нравилось слушать их, но сейчас, посреди этого необычно: безмолвия, их голоса приводили меня в бешенство.
– Будет снег, – сказала Руби, закуривая трубку.
– Надеюсь, нас не занесет, – проговорила Агнес.
– О чем это ты? – нервно спросила я.
– Вслушайся в эту тишину. Вслушайся, и заметь, как потеплело. Это значит, что надвигается снегопад и нашу хи жину может завалить по самую крышу.
Агнес поднялась и зажгла погасшую лампу.
Ночью пошел снег, и мне снился прекрасный молодой человек на дереве бабочек. Он стоял рядом со мной, так же, как во время нашей первой встречи. Он был неотразимо добр, и мне хотелось уйти с ним, забыться в его объятиях. Вдалеке текла другая жизнь, где не было ни предназначения, ни судьбы, одно лишь чувственноенаслаждениеземлей и ее плодами. Неподалеку виднелась церковь. Была ночь, и нам с молодым человеком захотелось войти туда. Но ворота оказались заперты. Вся земля вокруг нас была усеяна бабочками, и мы легли, испытывая величайшее наслаждение. Да, я хотела остаться с ним и никогда не возвращаться к той жизни, которую знала до сих пор.
Проснувшись, я была не расположена к разговорам; мои мысли все еще занимал сон о юном полубоге с дерева бабочек. Когда же я наконец заговорила, мой голос показался мне отвратительным карканьем. Горло мое опухло и воспалилось, слова застревали в нем и мучили его еще больше.
Агнес выглядела необычайно озабоченной.
– Такие вещи добром не кончатся, если не принять меры, – сказала она, заглядывая мне в рот.
Она отвела меня в сторону и усадила.
– Хорошо, мамочка, – сказала я, чувствуя себя пол ностью в ее власти.
Она вынула из шкафчика узелок и разложила его на столе. Джули и Руби она попросила встать примерно в шести шагах позади меня и сосредоточиться на моей пояснице. Затем она вынула из печки сковороду с дымящимися кедровыми щепками и четырежды обнесла ее вокруг меня. Поставив сковороду на камень у моего стула, она, размахивая пятнистым орлиным пером, стала гнать дым на меня, затем окурила мое лицо.
– Закрой глаза, – велела она мне. – Напряги свое воображение.
Мягким голосом она стала рассказывать о тех местах, где мы с ней бывали. Я увидела безмятежные горные пейзажи цветущие луга и другие прекрасные места, где мы наслажда лись нашей дружбой. Это привело меня в глубоко расслабленное состояние.
– А теперь, – сказала Агнес, – я буду пускать дым тебе в лицо. Этот дым вызывает видения. Закрой глаза и не пытайся ему сопротивляться.
