Читаем без скачивания Черный фотограф. Бунт марионеток - Александр Белогоров

— А в чем же еще? — недоуменно спросил Антон. — Тут же ясно написано.

— Ну, должны же были объявить какую-то причину! — ответил Алешка. От своего дедушки он слышал, что в те времена виновников любых происшествий старались найти обязательно, причем ими запросто могли объявить и совершенно не виноватых людей.

— Давай лучше другие номера посмотрим! — продолжил он. — Может, там продолжение. А может, это и вообще случайность, и газеты понадобились дяде Семену совсем по другому поводу!

Информация в те времена в газетах давалась довольно-таки скупо. Так что ребятам пришлось изучить множество статей, прежде чем они нашли то, что искали. И тем не менее о многом они все равно могли только догадываться.

В газете сообщалось, что школа была на некоторое время закрыта на карантин. Мальчишки решили даже, что это не так уж и плохо: когда зимой был карантин по случаю очередной эпидемии гриппа, никто, даже отличники, не был сильно огорчен. Мальчишки подумали, что, может быть, и сейчас в школе объявили бы карантин, если бы не начались каникулы.

В другом номере, который датировался несколькими неделями позже, сообщалось, что несколько работников школьной столовой были посажены в тюрьму за «халатность и нарушение санитарно-гигиенических норм, повлекших тяжкие последствия». О том, что это за последствия, разумеется, не было сказано ни слова. Но сроки несчастные работники столовой получили большие.

Еще в одной газете было напечатано объявление о розыске. В отличие от большинства объявлений такого рода, оно было без фотографии и даже без имени разыскиваемого. Там говорилось только, что ищут высокого человека пожилого возраста, худощавого телосложения, который был одет в черный костюм, черную шляпу и перчатки. Далее сообщалось, где его в последний раз видели, и давались телефоны и адреса, куда должны были обращаться граждане, знавшие о его местонахождении.

— Долго же им пришлось искать! — прыснул Антон. — Под такие приметы каждый десятый подойдет!

— А то, что он был весь в черном? — спросил Алешка. — Таких людей не очень-то много!

— Ну, ты лопух! — рассмеялся Антон. — При чем здесь одежда! Ее поменял, вот ты и не в черном костюме! Некоторые преступники специально необычную одежду надевают, чтобы свидетели на нее смотрели, а их примет не запомнили!

— Да, с приметами тут негусто! — согласился Алешка. — Хоть бы написали, какие глаза, какой нос, какие волосы…

— Да и вообще непонятно, с чего это его разыскивают, — подхватил Антон. — Обычно же всегда пишут: «Разыскивается опасный преступник» или «Ушел из дома и не вернулся», или еще что-нибудь вроде этого…

Судя по тому, что это объявление появлялось еще в нескольких последующих номерах, поиски проходили без особого успеха.

— А я знаю только одного человека, который подходит под эти приметы! — вдруг заявил Алешка.

— Интересно, кто это? — спросил Антон.

— Фотограф, который нас снимал! — ответил Алешка.

— Ну, ты даешь! — Антон так смеялся, что у него даже слезы полились из глаз. — Он тогда разве что в пеленках лежал, а то и вообще не родился!

— Я и не говорю, что это он! — смутился Алешка. — Просто говорю, что очень похож. Может, это какой-нибудь его дед.

— Сам же видишь, что примет почти никаких! — продолжал смеяться Антон. — Ты нашего директора школы в такой костюм наряди, и он вполне подойдет!

— Ладно, проехали! — Алеша уткнулся в очередной номер газеты, но через минуту торжествующе воскликнул. — Ну, а теперь что скажешь?! — И показал другу очередное объявление о розыске.

— «Может выдавать себя за фотографа», — прочитал Антон. — Что значит «может выдавать»? Или он фотограф, или нет. А может, и действительно какой-то родственник, — продолжил он после некоторого раздумья. — Тогда фотографов совсем мало было… Неужели дядю Семена интересовали эти объявления?!

— Не знаю, — честно признался Алешка. — Только мне кажется, что его интересовало именно это. Если не это, то что еще?

— Да, — согласился Антон. — В остальных статьях тут вообще читать нечего! Давай лучше посмотрим другие газеты, — продолжил он.

На последних страницах газет тех времен помимо новостей спорта и прогноза погоды печаталась радиопрограмма (телевидения тогда еще не было), шахматные задачи, а также поздравления и некрологи. Антон очень скоро увлекся описанием какого-то футбольного матча, а Алешка с трудом оторвался от шахматной задачи: в школе он был одним из лучших шахматистов. Мальчик твердо решил прочитать газету целиком, от корки до корки, и выяснить, что же в ней было такого особенного.

— Что-то много народу в то время помирало, — заметил Алешка, просматривая коротенькие сообщения о смерти и соболезнования. И вдруг замер на полуслове. Потом он выхватил газету у Антона и внимательно прочитал скорбную колонку.

— Ты чего? — не понял Антон, увлекшийся перипетиями давнего спортивного состязания. — Нашел что-то?

— Смотри! — Алешка ткнул пальцем в колонку.

— «…выражают соболезнование по поводу безвременной смерти сына…» — читал Антон одно из сообщений. В другом говорилось о безвременной смерти чьей-то дочери… — Так вот что значит «тяжкие последствия»! — воскликнул он.

Алешка только молча кивнул в ответ. Он представил себе, что такие же «тяжкие последствия» могут случиться и в этот раз.

— Но все-таки это было очень давно, — сказал Антон, немного подумав. — И при чем тут дядя Семен? Он что, знал кого-то из этих людей?..

— Как при чем?! — почти закричал в запальчивости Алешка. — Разве ты не понимаешь, что это значит?!

— И что же это значит?

— Да то, что много лет назад происходило то же самое! — крикнул Алешка.

— Происходило, конечно, — согласился Антон. — Но тогда время было тяжелое, с лекарствами плохо. Тогда люди и от тифа умирали, и от этой, как ее, холеры, и от чахотки…

— От чахотки! — передразнил Алешка, немного успокаиваясь. — Просто дядя Семен заметил, что тогда и сейчас было одно и то же! Вот и стал раскапывать! Наверное, его за это убили!

— Ну, ты хватил, убили! — озадаченно произнес Антон. — Тут доказательства нужны. Там милиция работала: если бы его убили, они бы какие-то следы нашли. К тому же кто его будет убивать за то, что тот узнал что-то о том, что было так давно! Об этом все уже давным-давно позабыли!

— А если сейчас та же причина? — не сдавался Алешка.

— Уже и преступника давно в живых нет! — сказал Антон.

— Ну, значит, это кто-то другой, кто действует таким же способом! — не сдавался Алешка.

— Ага, семейка маньяков. Это у них по наследству передается! — издевался над версией друга Антон.

— Все равно надо того старичка найти и с ним поговорить! — решил Алешка.

— Чего его искать! Я знаю, где он живет! — заявил Антон. — Все равно ему газеты надо отдать. Заодно и поспрашиваю.

— Эх, жаль, не могу с тобой пойти! — произнес Алешка, глядя на загипсованную ногу. После сегодняшних похорон он так устал, что его ужасала сама мысль, что опять придется спускаться и подниматься по лестнице.

— Ничего, я все выясню и тебе расскажу, — успокоил его Антон. — Ну, ладно, мне, пожалуй, пора. А после обеда я к этому старичку заскочу!

Глава X

Разговор с чудаком

Когда Антон подходил к квартире странного старичка, любителя газет, он не знал, как приступить к расспросам. К тому же он так и не смог узнать, как же. зовут этого старичка. А как тогда к нему обращаться? «Товарищ»? «Господин»? Назовешь не так, еще обидится. Пенсионеры — они такие!..

Звонка у двери не было. Антон подумал-поду-мал и постучал. Никто не открывал, поэтому пришлось постучать гораздо сильнее. Потом Антон подумал, что старичок, может быть, глуховат, поэтому забарабанил что есть сил.

— Вы ко мне, молодой человек? — послышался сзади слегка насмешливый голос. — Тогда незачем так стучать. Я, слава богу, и без того прекрасно слышу.

— Я? Да, то есть к вам, — нескладно пробормотал растерявшийся Антон. Почему-то ему и в голову не пришло, что старичка может не оказаться дома. — Вот! — добавил он, протягивая старичку пачку газет, оставшихся после дяди Семена.

— А! Принесли? Это хорошо! — забормотал старичок, просматривая газеты и, как видно, проверяя, все ли на месте. — А то, знаете ли, архив неполным будет. А таких газет теперь не найти! Да-с!

Антону было очень непривычно, что его называют на «вы». До сих пор на «вы» его называл только школьный историк, и то лишь когда был сильно рассержен или собирался поставить очередную двойку, на которые был щедр.

Сейчас Антон в первый раз смог рассмотреть этого любителя старых газет вблизи. Старичок этот был небольшого роста, не выше Антона, хотя, быть может, так казалось потому, что он сильно горбился. Одет он был очень неопрятно: его неизменный серый плащ вблизи выглядел еще более потрепанным; немногим лучше той одежды, которую можно видеть на бомжах. Очки на веревочке придавали старичку еще более непрезентабельный вид. Но глаза из-за стекол смотрели на удивление умно и живо, можно даже сказать озорно. Они совсем не походили на глаза человека, живущего исключительно прошлым, а уж тем более на глаза сумасшедшего.