Платье, которое выбрала для себя Татьяна, было чудо как прелестно. И в другое время и в другой обстановке я бы только обрадовался возможности еще раз взглянуть на ее ладную фигурку, затянутую в тонкий шелк. А если бы мне еще довелось затем ее из этого шелка вызволять…
Одиночная мысль выбилась из общего, окутанного сплошным пессимизмом потока и свернула в другом, но столь же неподходящем направлении.
– Вряд ли он рискнет на что-нибудь во время бала. Скорее подстроит неожиданную встречу по дороге в гостиницу. А это уже наша забота, чтобы с госпожой ничего не случилось.
Подобным образом мы разговаривали уже не меньше получаса. Высказанная кем-нибудь фраза разбивала вязкую тишину, чтобы вернуть ее, как только отзвучит последнее слово.
Затем мы с Таней или Таня с Ингваром обменивались многозначительными взглядами, делая при этом вид, что без всяких пояснений прекрасно понимаем, что именно за ними стоит. Мы были втроем: Ингвар решил, что его воины не нуждаются в том, чтобы им что-либо объяснять, и выдворил их за дверь.
Потом каждый вновь задумывался о своем, чтобы через некоторое время осчастливить остальных следующим глубокомысленным высказыванием. И все начиналось сначала.
Лично меня это нисколько не смущало. Как и то, что сейчас я собирался произнести очередной шедевр изящной словесности.
– В доме градоначальника слишком много помещений и запасных выходов. А мне не позволят постоянно находиться рядом с ней. А если я попробую на этом сильно настаивать…
Как бы мне хотелось, чтобы хоть один возразил. Нет ведь… Сидят. Молчат. Смотрят на меня и… соглашаются. Ну демон-то понятно… Судя по тому, насколько тщательно он скрывает свое происхождение, с которым был вынужден смириться даже граф, он если и не был в этом здании, то очень хорошо представляет себе, какая именно логика используется при создании такого рода архитектурных сооружений.
Еще бы узнать, что именно прячется за его тайной… Да только я явно не отношусь к тем, с кем он намерен этим поделиться, а Татьяна… знает, но радовать меня этим знанием тем более не собирается.
И это был еще один вопрос, на который мне хотелось бы получить ответ, пока мы окончательно не завязли в этой авантюре.
– А может, амулет какой? На случай опасности.
Уж если она готова себе на шею повесить магическую штучку… дела у нас совсем плохи. Или, что не менее вероятно, она продолжает стимулировать наш мыслительный процесс. Мол, вы ж мужчины…
Да, уж больно подозрительным показался мне интерес графа. Или я совершенно не разбираюсь в том, что вижу.
– Во время таких мероприятий использование магии и магических предметов запрещено. А на тот случай, если кто решит нарушить правило, в зале находится магический патруль.
И опять они со мной согласились. Осталось лишь понять, с чем именно: с тем, что есть такое правило, или… что его не стоит нарушать.
– А может, ну его?.. Как пойдет, так и пойдет. Где наша не пропадала! – Она вскинула ресницы, обдавая нас изумрудным сиянием шальных глаз.
Не знаю, как у демона, а у меня тут же забурлила кровь в жилах, а настроение… Никакой отпрыск свихнувшегося от вседозволенности герцога в этот момент был мне не страшен.
– А может, я лучше дам клятву крови и буду сопровождать госпожу по праву?
Хотел бы я удивиться больше, да… уж некуда. Чтобы демон, да добровольно, да человеку, да женщине…
История этого мира такого еще не знала. И желал бы я лично присутствовать при таком повороте сюжета, но в мои дальнейшие планы это совершенно не вписывалось. Пока я не определился, кого из двоих обманул… лучше обойтись без столь крайних мер. Да и сама Татьяна вряд ли воспылает стремлением принять такую клятву.
– Может, мне за тебя еще и замуж выйти?!
И бровки так… удивленно-вопросительно. А ноготками – в подлокотник кресла, в котором она сидела.
Я же говорил… Все, что становилось угрозой для ее свободы, отвергалось мгновенно и безоговорочно.
– Если ты не против, то я готов сделать предложение немедленно.
А во взгляде… И ведь действительно готов.
Только этого мне еще не хватало!
– Так, – резко оборвал я начинающуюся перепалку, пока наша хрупкая и нежная барышня не начала клыки демонстрировать и шерстью покрываться. – Ты, Ингвар, со своими ребятами должен попасть как можно ближе к зданию ратуши. Как ты это сделаешь – твои проблемы. – Тот, несмотря на ожидаемые мной возражения, спокойно так покивал и ждал продолжения. – Ты, Тиана, – вот что значит правильно подобрать интонации, – на балу изображаешь из себя в меру скромную и наивную, воспитанную в строгости и рамках провинциальной морали барышню. На все вызывающие у тебя хоть малейшие сомнения предложения отвечая одинаково: «Мне не дозволяют батюшка и брат». Ну а я…
Что буду делать я, было понятно и без слов. На мне бремя ответственности за сестру, которую я должен передать жениху, никому не позволив запятнать ее честь. И если для этого мне придется быть чрезмерно внимательным и излишне мнительным…
На все воля нашего отца.
На этом и остановились. Демон пошел инструктировать свою братию и соображать, как пробраться незамеченными мимо гвардейцев, которые и без всяких знаменательных событий охраняли своего градоначальника со всем возможным служебным рвением, и как не попасться в сети защитных заклинаний, контролируемых магами.
Не знаю, что они там придумают, но если, не приведи предки, они понадобятся, а их не будет… останется от этого младшенького в роду только хвост. Не будь я драконом!
Татьяна отправилась к себе в спальню прихорашиваться. Была б моя воля…
Надо было просить у лорда кристалл перехода. Я, конечно, ничего не имею против приключений, но не тогда, когда они тянут на десятку по моей десятибалльной шкале. Будь я один, это всего лишь согрело бы мою кровь. Но когда речь идет о женщине, которую я, сам того не желая, втянул в такие неприятности…
Хорошо еще, эта барышня сама способна устроить весьма непредсказуемые проблемы любому, кто вовремя не осознал, с кем имеет дело.
Эта мысль пусть немного, но вернула мне душевное равновесие. Я на миг представил, какое разочарование могло ожидать графа, если бы судьба, лишив его своей благосклонности, сумела б отправить мою спутницу в его опочивальню…
Как бы мне ни хотелось досмотреть развернувшееся в моем воображении представление, я решил, что допускать этого не стоит. О мстительности графа впору было складывать легенды.
Так что отправился я переодеваться в соответствующий мероприятию костюм.
Когда вернулся в гостиную, Таня была уже там. Стояла у окна, то ли разглядывая что-то, то ли просто думая, зацепившись взглядом за первое, что попалось ей на глаза, и в такт своим размышлениям покручивая в руке метательный нож.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
